Избранные циклы фантастических романов. Компиляция. Книги 1-16 (СИ)

– И где же ты таких животин взял?
Карлик тут же бросил на меня настороженный взгляд:
– Где взял, там больше нет! Самое главное, что они слушаются только меня и очень по мне тоскуют, когда я надолго отлучаюсь. Сам видел, даже правитель Качей не стал их со мной разлучать.
И в этот момент высоко вверху что-то неожиданно грохнуло, степь под ногами наших коней заходила ходуном так, что даже козлы остановились. А я сразу припомнил, когда впервые столкнулся с таким же явлением.
Все подняли головы вверх, но небо над нами было совершенно ясным, да и земля уже успокоилась.
Когда же я снова перевел взгляд на Твиста, то увидел, что карлик бледен, как полотно, прошу прощения за избитое сравнение, губы у него трясутся, а руки, стиснувшие вожжи, побелели.
– Эй, малыш, – нарочно оскорбительно обратился я к Твисту, – что тебя так перепугало?
– Епископ… – буквально прохрипел онемевшими губами карлик.
– Что – Епископ? – не понял я.
– Это его волшебство… – Краски постепенно возвращались на крохотное личико.
– Ну-у-у, – удивленно протянул я и тут же возразил: – Нет, не думаю. Зачем ему нас пугать, если дотянуться до нас он все равно сейчас не может.
– Да он и не думает нас пугать! – раздраженно ответил карлик. – Это вообще не имеет к нам отношения! Что ты думаешь, у Епископа только и дел, что за нами гоняться?!
– Вообще-то я именно так и думал… – растерянно пробормотал я.
– А вот и нет! – с каким-то непонятным торжеством взвизгнул Твист. – Он уже несколько лет пытается пробить какой-то тоннель…
– Какой тоннель?! Куда?!
Карлик замялся и как-то нехотя ответил:
– Я подробностей не знаю, но как-то раз в порыве откровенности Епископ мне сказал, что он составил некое уравнение заклинаний, с помощью которого может пробить тоннель в другие миры. И тогда душ у него будет сколько душе угодно! Правда, это же уравнение вполне может отправить наш мир в полное небытие! – Твист зябко передернул плечами. – Теперь, когда вот так грохочет в небе или днем начинают вспыхивать белые звезды, я помираю от страха, а вдруг сейчас все кончится?!
– Так, значит, этот грохот и землетрясение происходят из-за епископских опытов с магией?! – догадался я. Карлик посмотрел на меня, как на недоумка.
– А я тебе про что толкую! Он пробует различные решения своего уравнения, а потом оценивает результаты этого решения. Хорошо еще, эти опыты требуют длительной подготовки и большого количества сил – Епископу приходится после каждого опыта подолгу отдыхать.
– А как он оценивает результаты опытов? – поинтересовался я с некоторым внутренним трепетом, поскольку в моем мозгу возникла некая мысль.
– По его расчетам, после правильно решенного уравнения в его лаборатории появятся сразу несколько душ не из нашего мира. Только пока что никто у него не появлялся…
– У него-то никто не появлялся, а вот… – И я замолчал. Моя только что появившаяся мысль успела полностью оформиться и касалась как раз появления в этом мире Братства Конца!
Несколько минут мы ехали молча, а потом я позволил себе задать вопрос:
– Значит, решение этого самого уравнения для Епископа на сегодняшний день – приоритетная задача?
– Конечно, – тут же ответил Твист.
– Так, может быть, он хоть на время оставит нас в покое…
– И не думай! – Карлик покрутил головой. – После того, что ты натворил в Храме, он тебя в порошок сотрет… как только поймает. Ведь рыцари ему для проведения опытов не нужны, вот они-то тебя и будут ловить.
– Значит, происходит смешение приоритетов… – задумчиво выдал я совершенно непонятную фразу.
– А может, мы его же приоритетом по его же приоритету? – поддержал мои маразматические размышления Фродо.
– Очень может быть… – согласился я.
В этот момент впереди, почти у самого обреза горизонта, показалось несколько быстро приближающихся точек. Скоро стало ясно, что это небольшой отряд всадников и что направляются они прямиком к нам.
Наша слегка растянувшаяся команда подобралась и вновь образовала компактный отряд, в середине которого расположилась повозка. Сотник и Шалай выдвинулись немного вперед. Именно к ним подскакал первый всадник, в то время как остальные полтора десятка остановились шагах в двадцати.
 
– Кто такие, куда и зачем следуете? – требовательно спросил приблизившийся всадник, совсем еще мальчишка. Однако ответ сотника был быстр и точен, без всяких скидок на возраст спрашивающего:
– Сотник Непобедимой тысячи Байсан Копыто провожает Шалая Непобедимого и его свиту в ставку Шахира Блистающего!
Мальчишка поднял своего коня на дыбы, заставил развернуться на одном месте и помчался назад к отряду. Резко осадив лошадь возле переднего всадника, судя по поведению – предводителя отряда, он начал что-то торопливо докладывать, указывая порой в нашу сторону рукой с зажатой в ней плетью. А я, пораженный внезапной догадкой, показавшейся поначалу совершенно нелепой, впился взглядом в этого всадника.
Одетый почти так же, как провожавший нас сотник, он имел на поясе саблю с золотым эфесом, но это было единственным украшением его костюма. Сидел он на лошади как-то сгорбившись, словно сильно устав, и слушал своего подчиненного, повернувшись к нему боком, как будто страдал глухотой. Но самое странное в его облике было то, что его лицо было закрыто плотной бархатной маской, спускавшейся из-под тюрбана и имевшей всего две узкие прорези для глаз. И тут я заметил, что сотник Байсан тоже смотрит на предводителя отряда, постепенно меняясь в лице и бледнея.
Внимательно выслушав своего мальчишку, этот странный всадник тронул лошадь и медленно двинулся в нашу сторону. Подъехав ближе, он остановился и медленно повернул голову, обводя нашу компанию внимательным взглядом.
– Кто из вас называет себя Шалаем Непобедимым? – глухо, без всякого выражения, прозвучал голос предводителя.
– Так называют меня, – ответил ему воевода.
– Чем ты можешь подтвердить свое имя? – повернулась в его сторону маска, и на мгновение мне показалось, что в ее прорезях блеснули багровые огоньки.
– Сначала назови себя, чтобы я знал, кто сомневается в моих словах. – В голосе Шалая зазвучала сталь.
– Меня зовут Касын Мудрый, и я являюсь первым советником Шахира Блистающего, – проскрежетал тот же механический голос.
– Мудрый? – с неожиданной насмешкой переспросил Шалай. – И давно ли ты получил такое прозвище?
– С тех самых пор, как Великий Шахир склонил свое ухо к моим советам, – не меняя интонации, ответила маска. – Но ты не хочешь или не можешь подтвердить свое имя…
– Его мог бы подтвердить мой побратим – Шахир, – ответил Шалай. – Но для тебя у меня есть и другое подтверждение. Не ты ли тот самый Касын, бывший сотник Орлиной тысячи, которого я лично после битвы у Свирепого Луга вытащил из-под перевернутой телеги? Ты там прятался с самого начала сражения! Если это ты, то у тебя на правой щеке красуется клеймо «заячье ухо». Ведь именно этим клеймом отметил мой побратим всех своих людей, показавших трусость в той битве!
– Да, я участвовал в той битве, – спокойно проскрежетал в ответ Касын. – В битве, которую ты начал, вероломно нарушив договор о перемирии! Иначе ты не смог бы разгромить наше войско…
– Ты брешешь, как ободранный трусливый шакал, – вскричал Шалай. – И я вобью твою мерзкую ложь обратно тебе в глотку! Выходи на поединок, и посмотрим, на чьей стороне правда!
Шалай потянул из ножен свой длинный меч, но его противник даже не притронулся к рукояти своей сабли.
– Я не бьюсь на поединках с клятвопреступниками, – прокаркал он в ответ на вызов воеводы. – Я уничтожаю их! – И, даже не поворачиваясь к своему отряду, он выбросил руку в нашу сторону с приказом: – Взять их!
Но его конники даже не успели подать лошадей вперед, как над степью разнесся веселый мелодичный голос:
– Взять?! Взялки коротки!
И вместе с этим возгласом первая стрела Эльнорды тихо свистнула с тетивы ее лука, чтобы помахать своим серым оперением из горла жертвы. А затем стрелы посыпались с трехсекундным интервалом, причем ни одна из этих стремительных посланниц не осталась без законной добычи. А всего полминуты спустя Душегуб, взмахнув кошмарной палицей, послал свою лошадь в атаку, Шалай и Крак пристроились на ходу по бокам от тролля, а сотник со своими людьми образовали третью линию страшного клина. Когда остатки отряда Касына увидели этот жуткий набирающий скорость смертоносный таран, они шустренько развернулись и прыснули в степь без всякого порядка и строя, откровенно спасая свои шкуры.