Избранные циклы фантастических романов. Компиляция. Книги 1-16 (СИ)
– Ну! Так это новички! – нахально заявил я, – А ведь меня к нему в ученики само Высокое Небо рекомендовало!
Видимо эта девица, весьма подкованная и языкатая, несмотря на свой юный возраст, все-таки не нашла что ответить на такое мое заявление. Она только посмотрела на меня долгим и каким-то изучающим взглядом, а затем молча покачала головой. Я же про себя подумал, насколько непрочная вещь – авторитет, ведь только что я на глазах у этой самой пигалицы совершил несколько самых настоящих чудес: сделал ее саму невидимой, воскресил, можно сказать, из мертвых ее синсина, познакомил с самим Поганцем Сю – и что?! Она не постеснялась усомниться в моем праве быть учеником моего учителя!!
Однако эти мои горькие размышления были нарушены совсем уж неожиданным вопросом моей спутницы:
– А где, Сор Кин-ир, мы ночевать будем?..
Я поднял голову и огляделся.
В лесу заметно стемнело, и это было для меня неожиданно – по моему внутреннему времени день должен был быть в самом разгаре. Во всяком случае вчерашний местный день по своей продолжительности, на мой взгляд, не на много отличался от земного. Кроме того я вдруг почувствовал, что вокруг сильно похолодало, однако небо над далекими верхушками деревьев было чистым, да и солнце было хорошо видно!..
Выходит, что что-то было не так!
Я остановил свою лошадь, прикрыл глаза и прислушался. Впереди, именно там, куда мы направлялись, происходило что-то необычное, словно ровное, спокойно колышущееся магическое поле Мира скручивалось там в некий болезненный жгут и из этого жгута рождалось нечто… противоестественное… мертвое и… свирепое!.. И еще, я понял почему не почувствовал этой трансформации раньше – тот самый магический кокон, который начал формироваться вокруг меня еще в зале Алмазного фонда и окончательно укутал мою бренную плоть уже в этом Мире, бережно охранял меня от всяких магических колебаний и воздействий, охранял самостоятельно, без каких-либо усилий с моей стороны!
Я снова открыл глаза. Вокруг стало еще темнее, как будто кто-то поглощал свет солнца, высасывал его из воздуха. И мне вдруг страстно захотелось узнать… увидеть ЭТО! Вот только тащить с собой Шан Те ни в коем случае было нельзя. Я быстро огляделся, пытаясь увидеть Гварду и Поганца, и, словно исполняя мое желание, совсем рядом раздался притявкивающий голос синсина:
– Может мы сделаем привал?..
– Да, я бы тоже переждал некоторое время… – ответил ему писклявый голосок Поганца.
– Ну, тогда мы и перекусим немного, поскольку время обеда, если и не прошло, то уж непременно наступило… – поддержал я предложение своих маленьких друзей.
– А что, разве у нас есть чем закусить?! – радостно удивился Поганец, и его сложенные уши явственно встрепенулись.
– Конечно!
Я соскочил на землю, помог спуститься с лошади Шан Те и отвязав от седла мешок, наполненный Юань Чу, бросил его Поганцу.
– Буду тебе благодарен, если ты что-нибудь из его содержимого оставишь на ужин.
– Учитель! – взвизгнул маленький плут, – Можешь во мне не сомневаться! Я не позволю этим двум обжорам… – он кивнул в сторону девушки и синсина, – … Уничтожить все наши припасы!
– А мне придется вас ненадолго покинуть… – не слишком внятно пробормотал я и шагнул в сторону продолжавшего развиваться возмущения магического поля. И тут же поймал испуганный взгляд Шан Те, брошенный в мою сторону.
– Не пугайся, принцесса, – улыбнулся я ей, – Я буду осторожен.
После этого я быстро, не оглядываясь зашагал вперед.
Сначала идти было легко. Мои ноги бесшумно ступали по перегнившей хвое, а глаза отчетливо видели следы, оставленные ногами и лапами оборотней. Однако, уже через несколько десятков метров, я ощутил странное, быстро нараставшее сопротивление. Нет, мне ничто не мешало двигаться вперед, ничто не застило глаза и не сбивало с ног, но внутри меня неудержимо росло отвращение к тому, что я делал. Словно сам мой организм сопротивлялся дальнейшему продвижению, словно моя внутренняя суть, ужасалась желанию моего разума увидеть то, что творилось в центре скрученной магической спирали, пульсировавшей совсем недалеко.
И тем не менее я заставил себя шагать дальше! Правда, ноги мои сделались непослушными, а глаза так и норовили закрыться, но тут, в самый, казалось бы критический момент моей борьбы с самим собой, меня словно что-то толкнуло изнутри! До меня вдруг дошло, что надо сделать, чтобы снять это невозможное напряжение.
Я поднял руки, как будто собирался достать ими до нижней ветки ближайшей из сосен, а затем резко бросил их вниз. И одновременно с этим движением из моего горла вырвался странный, хрипловатый клекот, который я вряд ли смог бы повторить, находясь в нормальном состоянии. Перед моими широко раскрытыми глазами проплыла густая полоса красноватого тумана, и я сразу же совершенно успокоился. Пропало внутреннее напряжение, пропало терзавшее меня отвращение, даже свету в окружавшем меня, тревожно притихшем лесу, казалось, прибавилось.
Я осторожно двинулся вперед, наслаждаясь своим, ставшим вновь послушным и гибким телом, своими ловкостью и силой, буквально бурлившими во мне!
Пройдя еще метров сорок, я разглядел довольно далеко впереди слабое свечение, заметное исключительно из-за сгустившегося сумрака. Бесшумно, прячась за стволами деревьев, я направился в сторону этого свечения. Еще несколько десятков шагов, и я, осторожно выглянув из-за толстого ствола, увидел большую ровную поляну, покрытую невысокой, порядком вытоптанной травой. Буквально в десяти шагах от меня стояла телега, в которой, как я знал, оборотни увезли троих пленников, и около нее никого не было!
Первым моим побуждением было броситься к этой телеге и попытаться быстренько освободить учителя и Тянь Ши, однако, уже подавшись вперед, я вдруг уловил некое странное гудение… Словно совсем недалеко от меня находился трансформатор под нагрузкой. Я снова скрылся за стволом и еще раз внимательно и спокойно оглядел поляну.
Нет, напавшие на нас цзины были здесь, только все они почему-то собрались в центре поляны. Больше сорока существ и в человеческом и в зверином обличье расселись широким кругом, пятеро-шестеро бродили вокруг сидящих, как будто выискивая себе местечко поудобнее. Все они явно чего-то ожидали, и это «что-то» должно было появиться как раз внутри этого круга…
Прошло несколько минут. Никто из оборотней уже не ходил по поляне – каждый нашел себе место, все они замерли, повернувшись лицами и мордами к середине круга, а гудение, прежде едва различимое, становилось все сильнее, тон его понижался, принимая угрожающее звучание и вдруг из центра поляны ударил широкий столб света! Это было настолько неожиданно для меня, что я отпрянул в тень дерева, за которым стоял и на секунду прикрыл глаза.
Когда я снова выглянул из своего укрытия, поляна преобразилась. Столб света, бивший из ее середины, на высоте семи-восьми метров распадался на отдельные светящиеся нити, которые изгибались изящными дугами и возвращались к земле, накрывая почти всю поляну сверкающим световым шатром. Света было столько, что каждая, росшая на поляне травинка виднелась совершенно отчетливо. Человеческие и звериные фигуры, накрытые этим световым фонтаном, были совершенно неподвижны и выглядели некими изваяниями, высеченными из камня… А вот в телеге я заметил какое-то шевеление, впрочем, едва заметное.
Прошло еще несколько секунд, а затем над поляной тихо прошелестело:
– Вы слышите меня?..
В ответ раздался нестройный гул, состоявший из потявкивания, глухого, рыкающего ворчания, голосов, в разной степени похожих на человеческие и, наконец, когда этот гул несколько стих, кто-то из сидящих на поляне произнес вполне разборчивым, хотя и дрожащим голосом:
– Мы слышим тебя, дафэн…
– Я, дафэн Зиньяо, послан к вам, оборотни цзини, Хозяином, чтобы узнать, чем закончилось порученное вам дело?..
Голос, вначале звучавший едва различимо, окреп и шел, как мне казалось, из… светового столба!.. Приглядевшись я действительно увидел внутри столба, где-то на высоте двух его третей, некое неясное, размытое трепетание, приобретавшее порой на мгновение странные, причудливо уродливые формы. Ничего хоть сколько-нибудь определенного увидеть было невозможно, однако я почему-то был уверен, что в этом, магически наведенном световом столбе прячется какое-то существо.