Избранные циклы фантастических романов. Компиляция. Книги 1-16 (СИ)

Наше приближение совершенно не заинтересовало двух стражников-близнецов, они оставались все такими же неподвижными и безмолвными, чем живо напомнили мне часовых с поста номер один в бывшем Советском Союзе. Правда, рожи у этих, завернутых в багряный шелк, ребят были не в пример свирепее, а глаза, упертые в пространство перед собственным носом, гораздо стекляннее. Мой наставник, остановившись шагах в четырех от стражи, поклонился дверям и неожиданно елейным голосом пропел:
– Господа гвардейцы, сообщите советнику Шу Фу, что учитель Фун Ку-цзы смиренно ожидает его у ворот.
Ни один мускул не дрогнул на лицах «господ гвардейцев», однако правый глаз у меченосца, стоявшего слева, вдруг поехал в сторону и уперся в нас. Глаз этот по-прежнему оставался совершено бессмысленным и стеклянно поблескивающим, и тем не менее я понял, что нас видят.
Это странное, молчаливое и довольно жутковатое разглядывание длилось около минуты, после чего гвардейский глаз вернулся на место. Затем позади гвардейца распахнулась крохотная, неприметная дверка, и в нее просунулась круглая ушастая голова, увенчанная вместо шляпы согнутым под острым углом куском жесткой кожи, который удерживался с помощью пришитой к нему широкой голубой ленты, видимо, завязанной под подбородком этой самой головы. Голова улыбнулась, так что и без того немаленькие щеки стали похожи на волейбольные мячи, и затараторила:
– Ну что же вы, учитель, куда ж вы запропастились?!! Проходите, проходите скорее!!! Все с нетерпением ожидают вашего прибытия!!! – а затем она, не переставая улыбаться, вдруг гаркнула, – Открыть парадные двери!!!
И в то же мгновение лаковые двери меж двух свирепых гвардейцев торжественно распахнулись.
Мой наставник, не поворачивая головы и странно скосив в мою сторону губы, внушительно шепнул:
– Сам советник Шу Фу!!!
Затем он, приосанившись, шагнул вперед, дважды шаркнул своими сандалиями, словно стирая с них дорожную грязь, и перешагнул порог. Я постарался в точности воспроизвести все его действия и даже придать своему телу такую же осанку. Не знаю, насколько точно мне это удалось, но перебраться через порог я смог без проблем.
Едва мы оказались в передней зале дворца, как двери с поразительной поспешностью захлопнулись, едва не прищемив мой и без того достаточно драный халат. Немедленно вслед за этим в левой стене небольшой залы открылась дверь, и навстречу нам выскочил небольшой толстячок с уже знакомой кожаной береткой оригинального покроя на голове. Поскольку длинный темно-синий халат полностью скрывал его коротенькие ножки, создавалось впечатление, что он не идет, а стремительно перекатывается. Взмахивая коротенькими ручками, и по-прежнему лучезарно улыбаясь, советник Шу Фу продолжил свой монолог:
– Прошу вас, учитель, проследовать за мной!!! Правитель примет вас немедленно, а госпожа… тетушка… ожидает вас к ужину!!!
Не прекращая своего катящегося движения, он внезапно развернулся и устремился к противоположной стене слабо освещенной залы, в середине которой виднелась арка, открывавшая целую анфиладу комнат.
Мы с Фун Ку-цзы поспешили за ним, именно поспешили, поскольку при своем небольшом росте и длиннополом халате передвигался Шу Фу удивительно быстро. При этом он продолжал тараторить:
– Правитель очень доволен, что вы появились в его дворце именно сегодня. У него появилось несколько вопросов… э-э-э… философского толка, – тут советник сам себя перебил, – Да будет вам известно, что правитель пишет книгу! Философскую книгу!! Так вот, он надеется, что ваша мудрость позволит осветить с позиций современной науки несколько вопросов философского толка… конечно в рамках учения Желтого Владыки!!!
В этот момент мы как раз проходили под аркой, и советник, внезапно остановившись и резко повернувшись, неожиданно сурово посмотрел на моего наставника:
– А вы знаете, учитель, что ваша яшма со щербинкой?!
– Но согласитесь, советник, что это весьма пикантная щербинка!.. – льстиво улыбнулся старик и склонил свою голую голову.
 
– Но все же, со щербинкой!.. – упрямо повторил советник противным голосом, а затем, снова покатившись вперед, опять резко сменил тон, – Госпожа, тоже очень рассчитывает на вашу помощь, правда в деле совершенно иного свойства! Вы знаете, младшая дочь четвертой наложницы правителя, помешалась!!!
Несмотря на визгливые вопли советника, я вполне отчетливо расслышал облегченный вздох своего наставника и понял, что вздох этот относится к «пикантной щербинке» на какой-то яшме. Услышав же последнее сообщение советника, Фун Ку-цзы весьма огорченным тоном воскликнул:
– Как, неужели несравненная Шан Те потеряла рассудок?!
– Рассудок, совесть, честь, уважение к старшим и все остальное! Все!!! – немедленно подтвердил Шу Фу.
– И в чем же выражается ее… э-э-э… помешательство?
– Она утверждает, что влюблена и собирается выйти замуж!!!
Последняя фраза в устах советника прозвучала как вопль раненого животного.
– Но она же, если я не ошибаюсь, с самого рождения была предназначена в жены вам!!! – совсем в тон ему возопил мой наставник, – И она никогда не давала повода усомниться в своем послушании и почтении к будущему мужу!!!
– Да?! – буквально взвизгнул Шу Фу, – А теперь она говорит, что я для нее слишком… э-э-э… не молод и слишком… э-э-э… не строен!!! Она говорит, что госпожа хочет свести ее в могилу, и что я – ее надгробная плита!!!
Советник на бегу метнул быстрый взгляд через плечо, и я буквально физически ощутил, как этот неприязненный взгляд мазнул меня по лицу.
– Тетушка надеется, что вы, учитель, со свойственным вам благоразумием и рассудительностью, а также знанием законов и обычаев, предписанных Желтым Владыкой, сможете объяснить Шан Те всю пагубность ее… как бы это сказать… настроений!!!
«Э-э-э… – подумал я, – Теперь понятно, почему советник не стал акцентировать внимания на „щербинке“…
– Я сделаю все, что в моих силах!.. – с чувством воскликнул Фун Ку-цзы, а советник, умерив на секунду свой бег и обернувшись, проверещал:
– Да уж… постарайтесь!.. Тетушка очень на вас рассчитывает!!!
В этот момент мы, пройдя уже около десятка невысоких комнат анфилады, оказались в довольно просторном зале, ярко освещенным потолочными светильниками. Зал этот был последним, и его противоположную стену украшали высокие, расписанные черным и красным лаком, двустворчатые двери, возле которых маячила знакомая фигура в багряном халате с остро-элегантным уже виденным мной да-дао в руках.
– А вот и кабинет правителя!.. – проверещал советник, правда, гораздо более тихим голоском, – Я зайду первым и узнаю, когда правитель удостоит вас аудиенции…
И он исчез за приоткрывшейся на мгновение дверью, словно бильярдный шар в лузе, а мы получили, наконец, возможность перевести дух и оглядеться.
Зал был не слишком большим, но по сравнению с оставленными позади комнатами казался огромным. Это впечатление создавалось в основном очень высоким потолком и узкими, высокими зеркалами, украшавшими боковые стены. Рамы зеркал, выполненные в форме странного вида птиц – узких, длинноногих и длинношеих, с короткими, словно обрезанными крыльями и живыми, мерцающими теплым блеском глазами – буквально приковали мое внимание своим совершенством. Увидев, с каким вниманием я разглядываю этих странных птиц, мой наставник негромко произнес:
– Не надо слишком пристально пялиться на луаньняо… Они этого не любят и могут покинуть свое место… И тогда тебе отрубят голову…
– Так эти птички что, живые?! – изумился я.
Фун Ку-цзы блеснул глазами и с легкой улыбкой спросил:
– Ты разве можешь определить что живо, а что мертво?..
– Конечно! – самоуверенно ответил я, – Если это «что» меняется, увеличивается или уменьшается, самостоятельно движется, изменяет форму или цвет, издает звуки, поглощает или испускает из себя какие-то вещества – значит оно живо!
– Значит, эти… «птички» живы… – улыбка старичка стала гораздо шире, и его крошечные глазки совершено исчезли в морщинах щек, – Если ты отойдешь в сторону, ты сразу же убедишься в этом.