Порядок подчинения (ЛП)

Львов, Республика Украина, Восточная Европа
Декабрь 1994 года
Поддержанный свежим холодным воздухом двухместный истребитель Микоян-Гуревич-23UB в тандеме взмыл в воздух на языке пламени, как тигр, преследующий свою жертву среди деревьев. Павел Григорьевич Тычина, капитан первого класса авиации противовоздушной обороны Четырнадцатой воздушной армии, Львов, Украинская Республика, перевел ручку переключения передач в положение «ВВЕРХ», как только увидел, что стрелка высотомера качнулась вверх. Это был такой отличный день для полетов, со слабым ветром и видимостью почти в пятьдесят километров, что Тычина даже не возражал, когда загорелась сигнальная лампочка НИЗКОГО ДАВЛЕНИЯ ВОЗДУХА. Он просто начал нажимать на ручку аварийного ручного наддува шасси возле правого колена, чтобы создать достаточное давление в системе блокировки шасси для полного подъема шасси. Ничто не могло испортить этот день полета, даже этот капризный военный самолет двадцатилетней давности.
  
Тычина, двадцативосьмилетний пилот и командир звена Воздушных сил Украины, немедленно снял кислородную маску и сделал глубокий вдох, как водолаз на платформе, который только что поднялся на поверхность после глубокого погружения, затем поднес к губам небольшой вспомогательный микрофон. Ему никогда не нравилось летать в кислородной маске — в любом случае в ней не было необходимости, поскольку они редко поднимались выше четырех-пяти тысяч метров, где кислород действительно был необходим. Полеты в юго-восточной Европе в целом были довольно хорошими, пока вы находились над уровнем смога около тысячи метров. Он поднял закрылки и предкрылки на скорости 450 км / ч (километров в час), затем проверил с правой стороны фонарь кабины, как продвигается его ведомый в сегодняшнем ознакомительном полете.
Его ведомым был истребитель F-16D Fighting Falcon из Турецкой Республики. Изящный двухместный истребитель-тандем и штурмовик находились с визитом доброй воли, представляя Организацию Североатлантического договора. С тех пор как Украина подала заявку на вступление в НАТО в начале года, страны-члены НАТО совершали все больше и больше таких обменных рейсов, знакомясь со своими украинскими коллегами. Пока происходили эти обменные полеты, турецкие диспетчеры радаров и военные командиры инспектировали украинские радиолокационные объекты и военные базы, а украинские военные командиры и политики делали то же самое в Турции, Германии, Бельгии и даже Соединенных Штатах. Павел Тычина никогда не думал, что когда-нибудь увидит, как его страна присоединится к западному военному альянсу, и он никогда не ожидал, что Запад когда-либо так сердечно примет его страну в ответ.
Когда-нибудь, думал Тычина, Украина станет достаточно богатой, чтобы строить самолеты, подобные F-16. Черт возьми, Турция была сельскохозяйственной страной, не намного более индустриальной, чем Украина, но там производили по лицензии истребители F-16 Falcon и даже экспортировали их в другие страны. Он с отвращением покачал головой. Украине следует распродать свои МиГ-23, МиГ-27 и Су-17. F-16, как истребитель и штурмовик, мог бы заменить их все. Вот что им следует купить: F-16. Может потребоваться пятьдесят МиГов, чтобы получить один хорошо оснащенный F-16, ну и что? Все знали, что F-16 был по меньшей мере в пятьдесят раз лучше МиГ-23.
Его фантазия о полете на F-16 Fighting Falcon с украинским флагом на хвосте была всего лишь фантазией, поэтому Тычина обратил внимание на свое заднее сиденье: «С тобой там все в порядке?» он перезвонил по интерфону на английском.
«У меня все в порядке, сэр», — последовал ответ. У Тычины на заднем сиденье МиГ-23УБ находился американский военный оператор с базы ВВС Марч в Калифорнии с американской «Боевой камерой», который снимал весь этот полет. Операторы и продюсеры НАТО всю неделю находились на авиабазе Львов на западной Украине и на других базах, проводя интервью и делая снимки. Это было далеко от старой советской многоуровневой секретности и изоляции. Но это заставило Тычину и его товарищей почувствовать себя хорошо, как будто они наконец присоединились к семье наций, как будто они принадлежали к чему-то другому, а не к удушающему, бездушному советско-российскому господству.
Как только скорость полета превысила 650 километров в час, Тычина развернул крылья своего МиГ-23 обратно на 45 градусов, и полет значительно выровнялся. Они маневрировали на восток, чтобы держаться подальше от польско-словенской границы, затем выровнялись на высоте трех тысяч метров. Видимость была значительно больше 160 километров. Горы, омывающие Черное море и Крым, были прекрасны, там было множество природных ориентиров, которые помогли бы сориентироваться отвлеченному пилоту, а ограничения контроля воздушного движения были довольно смягчены, даже при полетах вблизи российской и польской границ. Польским авиадиспетчерам понравилось опробовать свой украинский и английский языки на пилотах МиГов.
К сожалению, в Молдове этого не было. В течение почти пяти лет в бывшей Молдавской Советской Социалистической Республике бушевал конфликт между этническими русскими и этническими румынами. С тех пор как Молдавия провозгласила свою независимость от Советского Союза в 1991 году, став Республикой Молдова, русские, проживающие в Республике, особенно богатые землевладельцы и владельцы заводов в Приднестровье, боялись, что они подвергнутся преследованиям со стороны этнического румынского большинства. Молдова раньше была частью Румынии, еще до Второй мировой войны, и было много разговоров о том, что Молдова снова присоединится к Румынии — черт возьми, они даже сменили название столицы Молдовы Кишинева на его первоначальное румынское название Кишинев, точно так же, как они сменили Ленинград в России на Санкт-Петербург.
Русские толстосумы, живущие в Молдове, с их огромными фермами и современными заводами немецкого дизайна, были очень взволнованы — даже напуганы — тем, что Румыния может отобрать у русских землю и имущество в Молдове после воссоединения, поэтому они восстали против молдавского правительства, вспоминал Тычина из своих разведывательных брифингов. Для этого действительно потребовалось много смелости — Молдова все еще была частью старого Советского Союза, когда русские в Приднестровье «заявили» о своей «независимости». Но у этих парней всегда яйца были больше, чем мозги. Новое молдавское правительство, конечно, разозлилось, но они ничего не могли поделать, потому что большая часть их российских войск перешла на сторону чертовых русских в Приднестровье. Бывшие российские армии, расположенные в основном в двух городах на Днестре, Бендерах и Тирасполе, были в два раза сильнее остальной молдавской армии.
Входит Румыния, предлагая свои вооруженные силы для оказания помощи Молдове в возвращении Приднестровья. Вмешивается Россия, призывая Румынию не вмешиваться и подкрепляя свое предупреждение полетами военных самолетов из Минска, Бреста, Брянска и Москвы. Единственная проблема заключалась в том, что Россия никогда не удосуживалась спросить разрешения Украины, прежде чем отправлять военные самолеты в Молдову. Совместное соглашение Содружества Независимых Государств разрешает совместные военные маневры и предусматривает совместную оборону России и Украины, но в нем ничего не говорится об использовании территории государства-члена в качестве плацдарма для нападений на другая страна. Украина настаивала на прекращении огня, переговорах и территориальном суверенитете; Россия настаивала на свободном полете и полной поддержке со стороны Украины. Естественно, Молдова не доверяла как России, так и Украине. На самом деле это было немного глупо: Украина была большой, но по размерам она составляла менее одной десятой Российской Федерации во всех отношениях, включая категорию, которая здесь имела значение, — военную мощь. Россия могла бы раздавить Румынию, Молдову и Украину, не потрудившись над этим.
  
В любом случае, в наши дни никто никому не доверял, особенно президенту России Виталию Величко, бескомпромиссному психу, отнявшему власть у Ельцина, который сейчас жил в сибирской ссылке. Таким образом, молдавско-украинская пограничная зона была строго закрытой, как и российско-украинская граница. Подразделения ПВО Молдовы производили ракетные обстрелы «земля-воздух» по любому неопознанному самолету, пролетавшему вблизи. Обычно это были ручные снаряды SA-7 или малокалиберная зенитная артиллерия — они не представляли реальной угрозы для истребителей на высоте более двух тысяч метров или около того, — но лучше было держать молдаван подальше от выстрелов.