Сосед года (СИ)
М-да, с комплиментами я никогда не дружил. Зато у меня есть другие достоинства. Осталось только продемонстрировать их котёне. Этим я сегодня и планирую заняться. Жаль, времени в обрез. Хотя… Если задуматься, пять косарей в час для Витька не жалко, если у нас с Никой пойдёт, как надо.
Покупаю букет и спешу домой. Настроение приподнятое, фантазия в полёте. Нормально всё, как говорит Вероника. А будет только лучше!
Паркуюсь во дворе на своём месте и матерюсь — какой-то чёрт на блатной иномарке воткнулся криво и мне приходится попотеть, чтобы встать. Явно неместный бес — у нас на районе такой машины нет.
Иду к подъезду с огромным букетом в лапе, а под козырьком мужик стоит. Дверь у нас на электронном замке, и он, видимо, зайти не может. Не его ли тачка мне нервы на парковке потрепала?
— С наступающим, — встаю рядом с «понаехавшим». — Твоя машина? — киваю на мордатый внедорожник.
— Моя. А чо, проблемы какие-то? — быкует сходу.
Смотрю на этого ущербного и двинуть ему хочется. Одет дорого, а в руках роза не первой свежести и банальный новогодний пакет с зайцами. Дед Мазай недоделанный.
— Нормально машину парковать в автошколе не учили? Или ты права в переходе купил? — достаю из кармана куртки ксиву.
— А… извините, — желание наезжать на меня у мужика пропадает. — Джип большой, а места мало… — лопочет.
— Ты имей в виду, я номера твои запомнил, — намекаю недвусмысленно и прикладываю электронный ключ к замку.
Я бы ещё поточил с ним лясы, довёл до истерики, но у меня другие дела сегодня.
Захожу в подъезд, а Мазай за мной.
Стоять-бояться! У нас два этажа, на каждом по две хаты. Соседи с первого — пенсионерка баба Вера и волк-одиночка Ашот. Сильно сомневаюсь, что ущербный к кому-то из них с розой и конфетками прёт. На втором этаже моя квартира и Вероникина. Если Мазай не ко мне, то…
Поднимаюсь по лестнице и через плечо смотрю на гостя — тоже вверх топает. Интересное кино! Останавливаюсь, делаю вид, что ищу в кармане ключи, и пропускаю мужика вперёд. Он бодро шагает к двери котёны. Заинтриговал прям!
Встаю на лестничном пролёте, так чтобы был полный доступ к происходящему, а меня видно не было. Жду.
Мазай жмёт на кнопку дверного звонка моей соседки. Остаётся одна надежда — что он адресом ошибся…
— Стас? — тон у котёны удивлённый.
— Не ожидала? — а у Мазая Стаса тон воодушевлённый. — С наступающим, — вручает Нике розу, пакет с зайцами. — Соскучился по тебе, сладкая.
— Стас…
— Мне есть что сказать тебе. Только давай не в подъезде.
Подумав несколько мгновений, котёна впускает Мазая в квартиру.
Дверь её квартиры закрывается, а я остаюсь между этажами с увесистым новогодним букетом.
— Придурок!.. — из горла рвётся глухой злой смешок.
Лыжи намылил — по прямой к девчонке решил подкатить. Даже не поинтересовался, есть ли у неё кто, подумал, если Ника живёт одна, значит, свободна. Следак я неплохой, а вот в делах любовных дедукция прихрамывает.
Зато теперь всё стало ясно. Мазай этот, видать, с Никой в ссоре был — мириться пришёл. И они помирятся, наверное… Не просто так котёна его в хату пустила.
После того как в мою семью вклинился хрен с горы, я стал иначе смотреть на некоторые «запрещённые» приёмы в любовных делах. Приоритеты меняются, когда рушится всё: планы, надежды, мечты. Черпаешь пустоту из чаши, которая только что была полной, и понимаешь — сдох. Врагу не пожелаешь.
Кладу букет на подоконник и спускаюсь вниз по лестнице. На работу поеду. У меня дежурство, а оно в новый год всегда неспокойное.
Глава 7
За полчаса до нового года… Что тут делает Стас?
— Как ты узнал, где я живу? — недобро гляжу на него.
— Поспрашивал у знакомых, вышел на Настю, — улыбается довольно.
— Понятно… Эй-эй! — останавливаю бывшего, который собрался разуться. — Я тебя пройти не приглашала. Говори, что хотел, и уходи.
Стаса я пустила в квартиру исключительно, чтобы не стоять простуженной на сквозняке в подъезде. Мне только-только стало немного лучше. Бывший всё равно не отстал бы — поговорить ему приспичило.
— Серьёзно? — Стас гнёт бровь. — На пороге меня держать будешь? — косится на розу и пакет, которые сунул мне в руки.
Ага, понятно. Принёс занюханный цветочек и пакетик с утренника — и всё ему теперь можно. Целый цветок и целый пакет конфет! Но дело не в этом. Даже если бы он сейчас встал на колено и протянул мне коробочку с кольцом, я бы его послала.
— Серьёзно, — возвращаю ему подарки. — Нечего сказать — уходи.
— Есть, — хмурится. — Ты тогда всё не так поняла.
Это он про его измену сейчас ляпнул? Хорошенькое дело! Да, мы после того случая не разговаривали током — я просто ушла. Но я не слепая.
— Ты был без штанов, девка голая — что тут можно не так понять? — скрещиваю руки на груди.
— Не было ничего, — упорно врёт. — Я почти совершил ошибку… Но сейчас понял, что не могу без тебя, Никусь.
— Конкретно в тот раз, может, и не было ничего. Вы просто не успели, — хмыкаю. — Но то, что ты ходил налево — факт. Я не дура, Стас.
— Ты так легко вычеркнула меня из своей жизни… — с трагичной хрипотцой выдаёт бывший. — Может, ты меня и не любила никогда?
Решил на чувства надавить. Ну-ну…
— М-м, дай угадаю… — кусаю губы. — Твоя лакшери-тёлочка не хочет готовить первое, второе, третье и компот. Не желает пылесосить и гладить тебе рубашки. В этом дело, да?
Молчит. Но мне его слова не нужны. Я без них вижу — всё так, как я сказала.
У Стаса шикарный дом. На недвижимости он не экономит — это не траты, а инвестиции. Но на прислугу деньги жмотит. Как однажды сказал его друг обо мне: «Стасян, ты нашёл идеальную серую мышь». У Стаса я была за повариху, горничную, прачку и садовника. Ещё и работать успевала. Я делала это не за право проживания на дорогих квадратных метрах, а искренне. Заботиться о своём мужчине — это нормально. Да, он не идеальный, а мне бывало тяжело, но я ни разу не заводила разговор о помощниках по хозяйству. Тянула лямку — не бухтела.
— Никусь, давай начнём всё сначала… — Стас, будто не слышит меня.
— Угу… сначала, значит? — я потихоньку закипаю. — Только куда девать грязь, которую ты притащил в нашу постель?! — кулаки сжимаются от злости. — Как мне это развидеть, когда тебе захочется секса со мной?! — размахиваю ладонью перед его лицом.
— Гордая, да? — злая ухмылка мелькает на губах бывшего. — Лучше в сарае жить, чем со мной? — окидывает взглядом коридор. — В нищете этой… — бьёт розой таракана, который ползёт по стене.
Насекомое шлёпается на пол, а я добиваю его тапкой. Эту дрянь надо отсюда выпроваживать. И я сейчас не про тараканов. Хотя их тоже надо. Но сначала Стаса.
— У тебя всё через одно место — через банковский счёт. Уходи.
Он пытается что-то ещё говорить или даже предъявляет мне, но я не слушаю. Открываю дверь и выпихиваю бывшего на площадку. Щёлкаю замком и выдыхаю. Не было, блин, печали — нарисовался.
За окном бабахают фейерверки, люди кричат «С новым годом!»
— С новым годом, — повторяю за ними тихим осипшим голосом.
Стас, наверное, рассчитывал, что мы проведём эту новогоднюю ночь вместе. И вообще помиримся. Не угадал. Я многое готова простить, но не измену.
Дверной звонок снова тренькает.
Станислав не понял, что ему ничего не светит? Злость берёт в оборот мгновенно.
— Вали отсюда! — кричу, распахнув дверь. — Ой…
За порогом стоит совсем не Стас. Вера Иванна зачем-то пожаловала.
— И тебя с новым годом, Вероника, — отойдя от шока, выдаёт старушка. — Вижу я не вовремя. Позже зайду.
— Подождите! — мне дико неловко. — Я подумала, что… Неважно. Я не собиралась на вас кричать. Простите.
— Ладно, бывает, — Вера Иванна оттаивает. — Я чего пришла-то, — поглядывает в сторону. — Не знаешь, чей букет?
Высовываюсь из квартиры — действительно букет. На подоконнике подъездного окна лежат шикарные бордовые розы, декорированные плетёными снежинками и блестяшками. Выглядит интересно и точно стоит немалых денег. Кому в голову пришло бросить в подъезде такую красоту?