Темный Падший (ЛП)

«Эли! Эли, пожалуйста! Ответь мне!»
Затем, внезапно, поезд проезжает мимо, и крылья исчезают, как и непрерывное мелькание света и тени. Все вокруг меня становится тускло-серым. Поезд исчезает в темноте, а я освобождаюсь от удушающего страха, вырываюсь из объятий Ноя и, спотыкаясь, иду к краю платформы.
«Элигий! Пожалуйста!»
Ничего. Я ничего не слышу. Я ничего не вижу. Ни останков их тел, ни… че… го.
  
Невозможно.
Я осматриваю следы. Мой разум зовет его.
Только тишина. Только тени.
На платформе остались только мы с Ноем. Остальные исчезли. Ной смотрит на меня, целует в лоб и убегает вверх по рельсам. Он движется так быстро, что в следующее мгновение я теряю его из виду.
Я спрыгиваю с платформы 11 на рельсы, бросаюсь бежать, на мгновение забыв, что позади меня, на платформе, стоит… существо. Мне все равно.
Мне, блядь, все равно.
На бегу я мысленно зову Эли, быстро передвигая ноги по рельсам, и, оказавшись за пределами туннеля, следую за ними до самой границы Эдинбурга. Я не знаю, как далеко иду, и сколько времени это у меня занимает. Внезапно, однако, я замедляю шаг, а затем останавливаюсь. Я стою на пустынном пути, а позади меня, далеко позади, возвышается часовая башня вокзала Уэйверли.
Я чувствую холод внутри себя, что-то слишком близко, в моем пространстве, и я резко разворачиваюсь.
Тот, кто держал Йена, стоит там. Не более чем в двух футах от меня.
Он один. Падший. Высокий. Слишком темный, чтобы разглядеть черты его лица. Даже на расстоянии двух футов он давит на меня. Страх покидает меня. На смену ему приходит ярость.
— Скажи мне, где он, — требую я. Он знает, что я говорю об Эли. Не нужно ничего объяснять.
В темноте он склоняет голову набок. Изучает меня. Молчит.
Мне трудно отвернуться.
— Скажи мне! — кричу я во всю глотку. Этот голос мне даже не принадлежит. Он принадлежит той, кто сошла с ума. Ярость закипает у меня под кожей. Я чувствую, что в любую секунду могу взорваться.
Не говоря ни слова, он вытягивает руку, сжатую в кулак.
Я нерешительно протягиваю руку.
Когда он разжимает кулак, мне на ладонь падает медальон.
Медальон Эли. Его фамильный герб. Я узнаю его еще до того, как взгляну на него. Я чувствую особые выпуклости в узоре. Мое сердце уходит в пятки. Я знаю, что это значит. Я знаю, что это должно означать. Я чувствую это.
Но я отказываюсь это признавать. Я, черт возьми, отказываюсь.
Я поднимаю взгляд и смотрю на этого сумасшедшего ангела-засранца… кем бы он ни был. Через мгновение он поворачивается и уходит.
Я моргаю. Он ушел.
Я имею в виду, ушел, черт возьми.
Пробежав немного по дорожке, я осматриваю местность. С залива Ферт-оф-Форт поднимается туман и стелется по дорожкам. Воздух насыщен запахом морской живности, таким густым, что напоминает суп. Над головой кричат чайки. По крайней мере, я думаю, что это чайки.
Нет никаких признаков того парня. Эли. Или двух других.
Неужели Эли только что… Я крепко зажмуриваю глаза, чувствуя, как силы покидают меня.
— Нет, — говорю я, соскальзывая на землю. Грубый гравий и камни проникают сквозь лайкру и впиваются в колени. — Нет… — я едва могу выговорить это слово. Будто что-то застряло у меня в горле, и я не могу дышать. Не могу говорить. Чьи-то руки обхватывают мое горло, душат.
Ной присел рядом со мной на корточки, не сводя с меня глаз. Я никогда не видела его лица таким суровым.
— Рай, — спокойно произносит он. — Нам нужно выбираться отсюда. — Он убирает рукой мои распущенные волосы с лица и с глаз. — Сейчас, дорогая.
Я встаю и оглядываюсь по сторонам. Я осматриваю следы. Не может быть, чтобы то, что только что произошло, случилось.
Ни за что. Этого просто не произошло.
Ной рукой сжимает мое плечо.
— Сейчас, Райли…
— Отпусти меня, Ной! Сердито говорю я и делаю несколько шагов по рельсам. — Я не вижу ничего, кроме серости и тумана. Вдалеке грохочет поезд. Сталь бьется о сталь. Звук, от которого у меня щемит сердце.
— Ты не представляешь, с чем мы столкнулись, — говорит Ной позади. — Мы не можем справиться с этим в одиночку. Не только мы вдвоем. Возможно, не все мы.
Я поворачиваюсь и смотрю на него. Ошалелая.
— Ни черта не понимаю, Ной. — Я бросаю взгляд в сторону поезда. — Это нереально. Этого не было. — И снова воздух застревает у меня в легких. — Эти дети. — Я поворачиваюсь и смотрю на него. — Эли, Ной. — Я качаю головой и тычу костяшками пальцев в глазницы. — Этого, черт возьми, не было! — Пока я стою здесь и спорю с Ноем, я чувствую, что мои ноги снова становятся ватными. Клянусь Богом, не думаю, что смогу идти.
— Я вынесу тебя отсюда, если понадобится, — говорит Ной. — Но ты самая сильная душа из всех, кого я знаю, Райли По. — Он наклоняет мою голову, касаясь подбородка костяшками пальцев. Глаза, полные ярости и жалости, умоляюще смотрят на меня. — Но нам нужно убираться отсюда к чертовой матери. Сейчас же.
Я смотрю через железнодорожные пути на высокие серые здания. Туман стал еще гуще, чем раньше. Воздух наполняет тяжелый запах морской воды. Если где-то и есть горизонт, я его не вижу.
У меня все внутри онемело. Я даже не знаю, что делать. Я просто хочу провалиться сквозь землю.
— Я помогу тебе, — говорит Ной, кладя обе руки мне на плечи, сжимает их. — Но нам нужно возвращаться в Полумесяц.
Медальон Эли кажется тяжелым в руке, и я опускаю на него взгляд. Я сжимала его так сильно, что он отпечатался на моей ладони. Глубоко вздохнув, я киваю и надеваю медальон на шею. Я смотрю на Ноя, снова киваю и пускаюсь бежать. На улице все еще темно, но из-за клубящегося тумана даже тени кажутся расплывчатыми. Я чувствую, как на кожу падают струи воды, и вдыхаю их в легкие. Воздух холодный, солоноватый, и на секунду он напоминает мне о Саванне. О солончаках. О доме.
Только это место — не дом. Дом там, где был Эли, в безопасности. Бесстрашный. Вершина пищевой цепочки. Ни один хищник не мог противостоять вампиру и победить его. Невозможно.
И все же я даже не могу сказать, что слова, которые, как я знаю в глубине души, правдивы. Я наблюдала за этим. Была свидетелем каждого движения. Я видела, как это произошло. Я знаю, что это произошло.
В Эдинбурге обитает зло, которое я, кажется, не могу постичь.
Я только что столкнулась с ним. Я знаю это всем сердцем.
В Олд-Толбут-Уинд я проскакиваю под арками, взбегаю по узкой тропинке и перепрыгиваю через железные ворота Полумесяца. Ной следует прямо за мной.
Джейк должен что-то знать. Дариус. Габриэль. Кто-то из них должен знать, что делать.
Я торопливо взбегаю по ступенькам, и тяжесть медальона Эли впивается мне в грудь.
Темные Падшие просто облажались.
Я заставлю их пожалеть, что они пали сюда.
Или умру, пытаясь это сделать.
Часть 7: НЕЗВАНЫЙ ГОСТЬ
Зло подобно воде, оно изобилует, стоит дешево, скоро загрязняет, но само по себе очищается от скверны.
— Сэмюэл Батлер, 1835-1902
Перемена в Райли сейчас подобна превращению тумана в черный пар. Это так же очевидно, как нож, вонзенный в сердце. Она не смирится с судьбой своего партнера. Не смирится. Я вижу это в ее глазах. В них леденящая душу ярость. Впервые с тех пор, как я приехал в Эдинбург, я чувствую, что у Падших нет ни единого шанса выжить. Во всяком случае, не с Райли По.
— Люциан Маклауд
— Райли.
Как только я переступаю порог, передо мной оказывается Викториан. Ной тут же встает передо мной, загораживая румынского вампира от меня. Ной ничего не говорит. Он просто смотрит на Вика, который лишь на секунду отвечает ему жарким взглядом, прежде чем перевести свои карие глаза на меня.
«Что такое? Поговори со мной.»
Ной берет меня за руку и ведет через фойе в библиотеку. Все почти там же, где мы их оставили.