Просто Маша (СИ)
Во-первых, если такое объявление давала сама Эйлин, то это была не та Эйлин, можно хоть зуб давать, хоть вообще голову. Эйлин, которую я успела узнать, такого ни за что бы не сделала — да ей и в мысли бы не пришло. Кстати, как и Тобиасу. Во-вторых, кто бы у нее вообще это объявление взял — или она на это все приданое плюс карманные деньги просадила? Даже если Тоби — сквиб, не бьется. Единственный вариант — если кто-то богатый и со связями хотел ославить Эйлин на весь магмир.
Но в-третьих, еще вопрос: где в это время был папочка и вроде как еще живая мамочка? Не могли найти и разобраться? Вроде не самые слабые маги, по крайней мере папаня, да свою дочку-кровиночку не искал и не нашел, прям верю, ага. Значит, раскладов может быть три: Эйлин кому-то нехорошему дорожку перешла, Тоби перешел или оба разом. Охохонюшки. Железный занавес, спрячь меня… нас. Потому что разбираться в этом… ух, как воняет, дело-то, кажется, тухлое!
Ладно, думаем, что будет, если не разбираться, что-то мне не шепчет, а орет, что целее будем, если в это дерьмо не полезем. Значит, Северус отправится в Хог прилично выглядящим, имея почву под ногами, поддержку семьи, возможно, деда, возможно, даже фамилию поменяет, хотя, может, и не стоит. С Лилей, опять же, уже совсем другие отношения. Хотя не факт, что не найдется какая-нибудь другая «роковая красотка». Но еще есть время поискать и навесить на него как можно больше всяких защит, чтоб не заколдовал никто. И дедушка мне в этом поможет, или я сама его найду и вместе с фамильным мэнором, или что там у него, закопаю! Вроде не так чтоб ужасно, может, и выживем. Вот только все эти перепутанные проклятия-заклятия и пресловутые «восемь лет», но, опять же, если устроить мозговой штурм с папочкой-Принцем, может, и извернемся.
Но все же про то же… В-четвертых, ага. Объявление в газете простые люди не дают. Да и злопыхатели про простых людей — тоже, смысла-то никакого. И Принцы никогда не были особо публичными личностями — так, знали о них, как все обо всех в узком магическом мире. Так что Тобиас у нас явно не просто магглом был — кто вообще про такого напишет! И его семья по идее должна была принадлежать к «классу выше среднего». Кстати, теперь, когда с ним стало можно нормально общаться, было видно — да, и воспитание, и мораль, и отношение к семье — были вовсе не тем, что поначалу. Даже речь немного изменилась — я ведь уже заметила, как он прилично начал выражаться. Кому же ты, Тоби, дорожку перешел?
Эх, снова от чего начала, к тому вернулась!
*
Как выяснилось уже через несколько часов, терзалась я не зря, то есть очень даже вовремя.
Когда я кормила ужином своих мужчин (и свою Эйлин, хе-хе), уже знакомая сова притащила записку от папочки. В гости он к нам собрался.
— Тобиас, ты как, выдержишь папашу Эйлин в своем доме?
— А… — отвесил челюсть дражайший супруг моей Эйлин. — Я? Выдержу? Ты меня спрашиваешь, согласен ли я?..
— Твое слово решающее, — заявила я как по наитию, так что Тоби довольно приосанился, и сразу закинула удочку Эйлин, только вслух, чтобы всем было понятно: — Дорогая, может, в присутствии мужа и сына ты тоже решишься составить нам компанию?
И — о чудо! — мы ее уломали. Втроем — Северус тоже участвовал, и весьма активно. И уложились в каких-то десять минут. Впрочем, мистер Принц уже подходил к дому, когда мы (в смысле я и Эйлин в качестве зрителя) отправились выпускать сову с положительным ответом. Да, наш папа-Принц все же тот еще фрукт — прет, как танк, если что в голову взбрело. Поди, и в дом бы без приглашения заявился, вовремя мы успели — приличия почти удалось соблюсти.
А потом начались сюрпризы.
Сцена первая — папа-Принц, с выражением лица «доел три лимона», проходит в нашу весьма скромную гостиную, ему навстречу поднимается «наш супруг», и…
— Мистер Снейп, наследник Сейр, какой сюрприз, — совершенно спокойно, как будто так и надо, протягивает ему руку наш супер-пупер чистокровный предок. И кажется, даже делает вид, что не удивлен, правда, получается не очень.
Зато у меня очень даже получается.
— Приветствую вас, мистер Принц, — пожимает ему руку наш Тоби и морщится, как от головной боли, так что обе физиономии в настоящий момент друг друга стоят.
А у меня даже мысли никакой нет, ступор. Но Тоби продолжает открещиваться от всяческой принадлежности к магическому миру… и, кажется, насчет наследника он тоже не в курсе. И Эйлин то ли снова спряталась, то ли вместе со мной уехала в страну по имени Офигения.
— Мистер Принц, — робко говорю я, стараясь не слишком громко хлопать глазами. — Вы что, знакомы? Как?
И перевожу потрясенный взгляд на «дорогого супруга». Северус так просто в позе суриката покачивается — мнение-то о папеньке у него было, так сказать, диаметрально противоположное!
И тут мы узнаем, что наш «маггл» — не кто иной, как единственный внук покойного Теобальда Сейра, потомок Уильяма Сейра, кузена знаменитой основательницы Ильверморни Изольды Сейр. Вполне себе наследники великого Салазара, не чета Гонтам — если верить почти официальному заявлению нашего папы-Принца.
Как там маги борются с тем, что их заносит, предпочитая гуманный способ? Обтекаем, господа. Зато в голове заводится интересная мыслишка…
Нет, только в моей голове — Тобиас продолжает всячески открещиваться от родства, утверждая, что он маггл, зачем-то хватает мою палочку, демонстрирует, как у него не получается Люмос, апеллирует к своей семейной истории, которая… та-дам! — имеет серьезные дыры и нестыковки уже на его родителях, которых он «почему-то» плохо помнит. И которых уже не было, когда он женился на Эйлин. Вот только домик и остался, в память о них.
«Ага, и кресла», — посетила меня идиотская мысль, а потом оказалось, что я произнесла это вслух. И папочка Принц не погнушался «познакомиться» с этой дивной мебелью, конечно, тут же с ностальгической миной вспомнив, как пил Огденское с тем самым Теобальдом, вот в этом вот или точно таком же кресле сидючи.
И Тоби, оказывается, вдрызг разругался с родителями, когда те собрались переезжать в Америку к родне и переводить его в Ильверморни. Он, видите ли, влюбился и собирался доучиться вместе со своей девушкой. Эйлин Принц, да. Семья его не поняла и то ли отрезала, то ли просто оставила выживать как получится.
«Да уж, для магов часто встречающаяся ситуация, сириусли, — подумала я. — Теобальду же что мешало заняться единственным внуком, безвременная кончина?»
Ну как в воду глядела. Дедушка Тео уже был готов сговориться с дедушкой Принцем — в смысле, папой нашего папы, да только тот, оказалось, уже пообещал свою дочь Альфарду Блэку. Хотя Сейра, то есть Снейпа, привечал как приятеля дочери. Проблема была в том, что сговаривался он со старшими Блэками еще до того, как Эйлин в школу пошла.
Повздорили мужики. После чего выжил только наш дедушка, да и тот прожил не особо долго. Что не могло не сказаться на оставшихся — без опыта и защиты стариков кто-то пошел вразнос, кто-то попал под влияние, кто-то попросту расслабился, а магический мир — это отнюдь не курорт, там выживает тот, у кого булки крепче сдвинуты, это я уже поняла. Поэтому, кстати, мысли о Родине и стали посещать — там я хотя бы ориентировалась.
Дискуссия продолжалась, и мистер Принц, кажется, уже отчаялся убедить Тоби в том, кем он на самом деле является, мы с Северусом устали офигевать и занялись наконец чаем, и тут папочка-Принц снова отмочил:
— Серпенсортиа!
И посреди! моего! столика! материализовалась средних размеров гадюка, с характерным узором и весьма, весьма сердитая.
— Ш-ш-ш… моя девочка, ш-ш-ш… — услышала я от «дорогого супруга».
Змея к нему явно прислушалась: повернулась и замерла, внимательно глядя на него и часто работая своим раздвоенным язычком. И вроде как что-то даже ответила. Приплыли.
— Випера эванеско, — мистер Принц даже не понял, как близко он стоял к тому, чтоб я его… ладно, опустим. Но как же мне хотелось хотя бы налить чай прямо в эту его сияющую физиономию!