Воитель (СИ)

Самое забавное, что я не раз и не два замечал, что когда я появлялся в ангаре, техники били баклуши. Хоть я орал на них за это (когда в ангаре посторонний, такого они себе позволять не должны), но глядел на происходящее сквозь пальцы. В конце концов, если работу они свою выполняют, то чем занимаются, когда дел в общем-то нет — их проблема.
Помимо всего этого мне еще приходилось участвовать в учебной программе, которую разработал и ввел Рок Аран. Каждый день проводились тренировочные бои на мехах, и он устраивал эдакие поединки чести, естественно, тоже тренировочные, на которых обучал нас драться не только голыми руками, но и на шапрах.
  
Это было оружие дворян, и именно оно чаще всего использовалось в поединках чести.
— У каждого из вас есть шанс стать рыцарем короны (прим. автора: титул, который можно заслужить на поле боя), — говорил Рок Аран. — А раз так, то любой из вас сможет стать дворянином. Я не хочу, чтобы вы ударили в грязь лицом, чтобы я просто так тратил время на ваше обучение, чтобы какой-то столичный недоносок просто проколол вас, будто жука. Вы — воители, и вы важны для графства, для империи. Помните, если вам нет равных в кабине боевого робота, то это не значит, что вы неуязвимы. Какой-нибудь дамский угодник при дворе, который каким-то чудом прошел Испытание и с того момента ни разу не сидел в кресле пилота меха с легкостью сможет вас убить, вызвав на дуэль. И чтобы этого не случилось, с сегодняшнего дня я буду вас учить быть воителями не только в кресле меха, но и в обычной жизни…
Так что фехтование на шапрах стало нашим ежедневным занятием.
Для меня это, впрочем, было не в новинку: с детства меня приучали к этому оружию, как графского сына, так что довольно быстро я стал на базе одним из лучших фехтовальщиков, уступив разве что Рок Арану.
В этом был парадокс: калека, с трудом двигавшийся по базе, в бою словно преображался. В сражении на шапрах ему не было равных. Его оружие мелькало с такой скоростью, что его было невозможно заметить. В боевом роботе его приемы и вовсе повергали меня в шок. Как можно на легком мехе вывести из строя тяжелого? Рок Аран мог это сделать. Хотя, конечно же, в таком тренировочном бою и его мех уничтожался, а иногда и пилоту засчитывали уничтожение. Тем не менее разменять легкий мех на тяжелый и при этом выжить — однозначная и чистая победа.
Чуть позже, когда ежедневные физические упражнения, фехтование и тренировочные бои на мехах стали нормой, Рок Аран придумал еще одно развлечение: я и еще пятеро воителей были отобраны для обучения еще одному оружию — квилонам.
Эти короткие боевые ножи были, по моему скромному мнению, пережитком прошлого, анахронизмом, сохранившимся в дань традициям. Ножи эти носили на поясе за спиной, причем ножны крепились горизонтально.
При необходимости воин мог выхватить оба ножа за мгновение и отразить нападение. Рок Аран говорил, что раньше именно квилоны были ритуальным оружием для поединков чести, но мастеров, способных ими сражаться, становилось все меньше и меньше, тем более тех, кто способен был с квилонами выстоять против бойца вооруженного шапрой.
Однако кажущееся анахронизмом оружие довольно быстро пришлось мне по вкусу. Более того, под чутким руководством Рок Арана я научился обращаться с квилонами так, что было не стыдно выйти против бойца с шапрой. Конечно, пока соотношение побед и поражений было в лучшем случае один к одному, но я знал и чувствовал, что практика и оттачивание мастерства позволят освоить квилоны так, что ими я буду сражаться лучше, чем шапрой.
— Далеко не всем такое подходит, — говорил Рок Аран, — квилоны — оружие капризное и дается единицам, но ты, как мне кажется, один из них.
Похвала из уст Рок Арана — редкость и огромный мотиватор, поэтому я старался изо всех сил.
Еще одна странность, замеченная мной за Рок Араном, это то, как он сражался шапрой.
В свое время я был уверен, что он обычный простомордый, каким-то чудом дослужившийся до капитана, а его назначение сюда — пик карьеры.
Однако после того, как он начал учить новичков обращению с ритуальным оружием, я оценил его навыки владения шапрой и пришел к выводу, что он, скорее всего, рыцарь. Или даже рыцарь короны.
Однако во время последних поединков, когда я уже хорошо освоил квилоны, то обратил внимание на одну маленькую деталь: заставить его уйти в оборону получалось редко, но когда мне это все же удавалось, слишком уж характерными были его приемы, таким обучают только дворян. Я специально наблюдал за другими воителями, и никто не держал шапру так, как я или Рок Аран в оборонительных стойках. Никто не пытался удержать ее в строго вертикальном положении, потому что это неудобно, и только настоящий дворянин, которого с детства приучали к шапре, так делает, чтобы в любой момент легко повернуть оружие в нужную сторону и отразить удар.
Я заметил, что простомордые всегда стараются острие выставить чуть вперед, но ни я, ни Рок Аран так не делали.
А следовательно…
Я даже решил проверить свою гипотезу и после очередного тренировочного боя, хорошенько измотав своего начальника, сделал жест, который был принят между учителем фехтования и учеником. Взмахнул шапрой, продемонстрировав свою готовность к новому поединку.
Рок Аран ответил мне, показав жест, означавший, что тот не готов к сражению.
Когда он осознал, что выдал себя, нахмурился и уставился на меня в ожидании вопросов, но я лишь улыбался и ничего спрашивать не стал, ведь я уже узнал, что хотел: Рок Аран — вовсе не простомордый, он притворяется. А вот зачем и для чего — это любопытно. Еще интереснее мне было узнать, кто же он, к какому благородному дому принадлежит. Но, естественно, интересоваться этим бессмысленно: он не скажет. Что ж, рано или поздно я это узнаю…
* * *
Что касается нашего пополнения, то уже через две недели после прибытия нового коменданта прилетел транспорт с молодыми воителями.
Меня удивило, что среди них не было ни одного пожилого. Абсолютно все новоприбывшие только прошли Испытание и получили свои первые назначения.
Эту странность я отметил и указал на нее командиру.
— Ничего странного, — пожал тот плечами, — похоже, нашему графу надоело, что это место — отстойник, и он решил превратить его в полигон для обучения новых воителей. С моей точки зрения — более чем правильное решение. Еще один учебный центр не помешает, к тому же Вергин-4 слишком важна, а ее охраняет всего одна эскадра боевых кораблей и три мех-кулака. Если кому-то вздумается заявить права на планету и систему — мы практически ничего этому не сможем противопоставить.
С этим я был согласен. Вот только кто может заявить права? Даже если и найдется такой глупец, даже если ему хватит средств собрать экспедиционный корпус, бросить его на Вергин-4, то что дальше? Графство никогда не смирится с потерей, да и я знал своего отца и был уверен — отобьет. Даже если не сможет, тогда пойдет другая тактика: отрезать планету, не позволять вывозить с нее ресурсы и поставлять туда припасы. Отец перережет противнику все логистические пути, и тогда планета сама вернется в его руки…
Насчет идеи моего отца из отстойника сделать полигон: я знал причину происходившего. Пусть мой отец строг и скор на расправу, но в то же время он отходчив. Вот и сейчас граф наверняка пожалел о том, что сослал меня сюда, однако он слишком упрям, чтобы отменить наказание и вернуть меня, поэтому пытается облегчить условия моего пребывания здесь.
Мелькнула у меня как-то мысль, что я слишком много о себе думаю и происходящее на Вергин-4 никак со мной не связано, но я тут же откинул эту мысль. Пока что.
  
Из других новшеств и проблем, свалившихся на мою голову, одной из главной оказались новые мехи.
Один из них, «Волк», был предназначен для меня. Этот мех был новой моделью, причем разработали его в нашем графстве, на Тирре. Краса и гордость моего отца. И там было, чем гордиться, потому что «Волк» относился к тяжелым мехам, весил почти восемьдесят тонн, но при этом был гораздо быстрее машин своей весовой категории, а по огневой мощи был им равным, если даже не превосходил. В качестве основного оружия «Волк» использовал четыре высокомощных плазменных излучателя. Такой огневой мощи хватило бы, например, чтобы за один залп уничтожить «Рудокопа».