Бывшие. Без срока давности (СИ)

Я даже представила, как это будет выглядеть. В другой раз, наверное, даже бы улыбнулась, но сейчас усталость брала измором и практически валила меня с ног.
Я даже зевок ладонью прикрыть не успела.
— Вот-вот, — заметила мама. — Иди поспи. Работа, не волк, в лес не убежит.
— Пожалуй, ты права. Яне намного лучше, я вздремну дома немного.
— Я щей наварила, поешь. И пирожки должны были остаться, в чашке под полотенцем. Все, иди! — мама поцеловала меня в щеку. — Без тебя разберемся.
— Хорошо, мамуль! Я только последний раз Хулиганку поцелую и все.
— Не разбуди, — строго добавила мама.
Впрочем, она производила куда больше шума, раскладывая из пакетов тормозок и пряжу, клубки со спицами.
— Как раз довяжу носки… — сказала она самой себе. — Отопление еще не подавали, и неизвестно, когда ремонт трассы закончат.
Я наклонилась над дочкой. Ее личико из-за болезни вытянулось, под глазами пролегли серые круги. Тени, отбрасываемые длинными ресничками, лишь подчеркнули следы болезни.
Сердце в очередной раз предательски сжалось.
Все мое существо кричало — останься!
Как можно было уйти, дочка будет здесь одна! Нет, не одна, с бабушкой, но без меня, без матери.
Как несправедливо, что из-за каких-то кретинов и лихачей на дороге страдают маленькие дети.
Я была на работе, когда это случилось.
Мама забирала Яну из сада. Темнеет рано, освещение там плохое. Я уверена, что вина была не на маме, ведь она очень осмотрительная. Мама с дочкой переходили дорогу по пешеходному переходу.
Яна шла на несколько шагов впереди, когда случилось несчастье. На дорогу выскочил лихач.
Водитель пытался вильнуть в сторону, но все равно задел ребенка. Яне много и не надо. Все произошло так быстро, за считанные мгновения!
Мама опомниться не успела, как на асфальте уже лежала без сознания Яна в луже крови.
Водитель скрылся.
Его до сих пор не нашли…
Вряд ли искать станут: мама запомнила, что машина была черная, большая и дорогая. Вроде какой-то крутой джип… Навороченный.
Я бы хотела остаться, но деньги сами себя не заработают.
Мы и так живем по средствам, не шиковали. Зарплата всегда распределена: ипотека, коммуналка, продукты, немного накоплений на черный день, сад, аптека.
Год назад я купила квартиру в строящейся многоэтажки под ипотеку…
Плюс ко всем привычным затратам добавится лечение Яны!
Я старалась не думать о плохом, просто запрещала себе думать плохо. Главное, угроза жизни миновала, а со всем остальным мы справимся.
Я смогу, я сильная. Ради дочери горы сверну!
— Если захочет смотреть мультики, на планшете загружены ее любимые.
— Никакого планшета, — отрезала мама. — У дочки сотрясение, а ты ей, что, мультики сунуть хочешь?
— Просто включишь, поставишь планшет подальше, развернешь экраном к стене, ей и слушать нравится, мама. И не забудь, мы не едим молочку…
— Да-да, помню я. Про лактозу и прочее… Придумали же болезни какие-то! Раньше всех манной кашей кормили.
— Мамуль, не ворчи. Или мне остаться.
— Иди! — едва ли не силой она вытолкала меня из палаты и закрыла за мной дверь.
***
Я планировала заехать на работу сначала, даже таксиста попросила поехать по тому адресу, но потом заметила машину, с разгружаемым товаром и поняла, если сейчас зайду, то точно ни о каком отдыхе не может быть и речи! Я трое суток не сплю…
Нет, пожалуй, мама права. Сначала домой, поесть, помыться, вздремну час-два, потом выйду.
Но планам не суждено было сбыться.
После теплого душа меня так разморило, что я даже треть тарелки маминых фирменных щей осилить не смогла, поплелась в свою спальню и рухнула без сил на кровать.
Сил не осталось, одеяло натянуть не смогла. Подушка пахла моей Яной, ее любимым шампунем с ароматом тутти-фрутти.
Золотая моя, душа моя, я все отдам, лишь бы ты выздоровела и снова встала на ноги…
Из глаз полились горячие слезы. Они выпили из меня остатки сил.
Обняв подушку Яны, я уснула.
Крепко, без сновидений.
Без кошмаров…
Просто рухнула в черный колодец без дна, но неожиданно проснулась…
 
Кое-что неприятное прервало мой сон.
  
Глава 3 
 
Она
Оторвав глаза от подушки, я невидящим взглядом несколько секунд пялилась в темноту.
По ощущениям будто бы только что глаза сомкнула, но первый же взгляд на экран телефона подсказал, что я проспала большую часть вечера и ночи!
Беспробудно!
Спала бы и дальше, до самого утра, если бы не эти звуки. 
Женские громкие стоны, высокие, частые, с всхлипываниями и вторящие им мужские, грубые стоны.
— Ааа… Аааа… Ааа… Еще… Даа… Аааа… — по голосу я узнала младшую сестру.
Ее голос перекрыл громкий стук кровати об стену. Толчки становились все яростнее и громче.
Я прикрыла глаза, испытывая стыд за поведение сестры.
Мне казалось, я такой в двадцать лет не была.
Надо будет снова сказать Даше, чтобы была скромнее, когда приводит своего парня к нам в гости с ночевкой. Ее парень нам всем, по умолчанию, не нравился. Но Даша упорно с ним водилась…
— Русла-а-ан! — выкрикнула Даша. — Аааа!
Что?
Руслан?
Парня сестры звали Дима!
Когда она успела завести интрижку с каким-то Русланом?
Еще несколько секунд общих криков, бешеной долбежки кровати в стену и стук по батареям от соседей, которые явно проснулись от таких страстных сцен.
Потом утробный, дикий рев мужчины… Он стонал, как будто ранили животное…
Почему секс других людей со стороны всегда слышится как что-то не очень приятное?
Я, если честно, не помню, чтобы мой мужчина звучал во время секса так по-звериному. Я вообще его плохо помню, вернее, усердно пытаюсь себя это доказать…
За стеной звуки, шорохи, шлепки босых ног по полу, устланному линолеумом.
— Когда увидимся снова? — томным голосом поинтересовалась сестра.
— Последний раз было, отвечаю, — приглушенно прозвучал ответ мужчины.
— Ммм… Последний раз, говоришь? Вчера на стоянке я у тебя последний раз брала, сегодня у нас снова был последний секс, — мурлыкнула. — А если так?
— Хватит передо мной ноги раздвигать! Вот, держи. И помалкивай, что было…
Я не особо хотела прислушиваться к тому, что происходило за стеной, но голос мужчины заставил меня проявить любопытство.
Я даже встала и подошла к двери, приоткрыла ее, увидев, как по коридору к входной двери вышагивал, натягивая брюки…
Руслан Гамзатович.
У меня от удивления чуть глаза не выпали из глазниц. Я кого угодно могла подозревать, но, чтобы хозяин магазина, где я работала, занимался сексом с моей сестрой?!
Да он же…
У меня от возмущения слова в глотке застряли. Тем временем Руслан Гамзатович обулся, схватил короткое пальто с вешалки и вышел.
Дверь хлопнула.
Следом из спальни неторопливо вышла младшая сестра.
— Даша! — позвала я, собравшись с мыслями. — Как ты это объяснишь?!
Она вздрогнула от неожиданности и обернулась, захлопала ресницами. Густые, длинные, изогнутые кверху. Ее ресницы от природы никогда такими не были…
Снова сделала наращивание, что ли?
Халат был наброшен на голое тело Даши, на груди красовались мощные следы укусов и алые, свежие засосы.
— Настя?! Ты дома? Я думала, что ты на работу ушла! Мама говорила, что ты перекусишь и поедешь обратно в магаз.
— Я не поехала, сил не было. Упала и уснула, а ты… Ты кувыркаешься с хозяином магазина! Даша!
Она сердито запахнула халат и закрыла дверь на замки.
— Слушай, я уже взрослая! Не читай мне нотации.
— Ему сорок семь, у него жена и трое детей! — всплеснула руками.
— Ну и что? Я же в его семью не лезу… Мы просто классно проводим время, — закатила глаза.
— У нас в квартире? Других мест не нашлось?
— Просто все вышло случайно, Руслан помог мне донести до квартиры пакет с продуктами. Я сама не понимаю, как мы в постели оказались.