Жажда опасности (ЛП)

Мой обычный телефон вибрирует, и я хмурюсь, когда вижу, что она пишет мне на этот номер.
Саманта: У меня есть вопросы. Как ты мог быть таким милым со мной ночью, а днем относиться ко мне как к дерьму? Как ты можешь утверждать, что любишь меня, но угрожать мне, когда я хочу уволиться?
Франко: 1. У тебя был прогресс, и я не хотел ничего делать, чтобы его испортить, поэтому я продолжал притворяться засранцем в офисе. 2. Я никогда не угрожал тебе.
Саманта: Если твоя работа босса мафии не заладится, тебе стоит заняться шоу-бизнесом. Ты чертовски хороший актер.
Саманта: Кстати... Ты чертов босс мафии!!!!
Телефон вибрирует, и я снова переключаю устройство.
Саманта: Я не знаю, что делать. Я скучаю по своему парню.
МТМ: Я здесь, детка.
Саманта: Нет. Человека, в которого я влюбилась, никогда не существовало.
Я глубоко вдыхаю и, чувствуя себя чертовски расстроенным, встаю со стула и выхожу из офиса.
Саманта поднимает голову и смотрит на меня расширенными глазами.
Я хватаюсь за ее кресло и поворачиваю его так, чтобы она оказалась лицом ко мне. Ухватившись за подлокотники, я наклоняюсь над ней, и мы оказываемся лицом к лицу.
Мой голос - это низкий гул. — Я существую.
Ее зеленые глаза темнеют от гнева. — Да, конечно. Ты, мудак, стоишь прямо передо мной.
Я наклоняюсь еще ближе к ней. — Как и человек, который сказал тебе, что чертовски сильно любит тебя.
— Говорить и делать - две разные вещи, мистер Витале. Ты мне много чего рассказал, но при этом показал, как дерьмово ты обращаешься с людьми, которых, как ты утверждаешь, любишь.
Господи, мать твою.
Я обхватываю лицо Саманты и, удерживая ее на месте, прижимаюсь губами к ее губам. Она в шоке приоткрывает губы, и это открывает мне доступ к ее рту.
Мой язык скользит по ее губам, и моя душа стонет от того, как хороша она на вкус.
Саманта хватает меня за предплечья, и вместо того, чтобы попытаться оттолкнуть меня, ее рот вступает в борьбу с моим за контроль.
Поцелуй злой и дикий. Он вызывает бурю в моей груди и наполняет меня потребностью поглотить эту женщину.
Я перевожу руку ей на спину и, подняв ее на ноги, прижимаю к своему телу, продолжая овладевать ее ртом.
Саманта тянет руки к моим бицепсам и прижимается ко мне.
Наши губы сминаются, зубы сжимаются, а языки запоминают вкус друг друга.
Не заботясь о том, может ли кто-нибудь заглянуть к нам, я поднимаю ее и усаживаю на край стола. Мой рот освобождается от ее рта, и я осыпаю отчаянными поцелуями ее челюсть и шею.
Я слышу, как у нее срывается дыхание, прежде чем она издает тихий стон, полный желания.
Когда я раздвигаю ее колени, ее рука ударяется о мою грудь, и она пытается оттолкнуть меня назад.
— Подожди, — задыхается она.
Неохотно я отстраняюсь, и когда наши глаза встречаются, я понимаю, что собирался трахнуть ее на столе.
Я оставляю между нами больше пространства, и мы продолжаем смотреть друг на друга, переводя дыхание.
— Может, я и мудак, но ты не можешь отрицать, что между нами есть связь, — говорю я, мой голос хриплый от эмоций. — Я почувствовал это в твоем поцелуе и вижу в твоих глазах.
Ее щеки розовеют, а губы припухают. Она выглядит как гребаная богиня, когда смотрит на меня, а ее голос напряжен от гнева. — Мне плевать на связь.
Я снова подхожу к ней ближе. — Тебе есть, иначе ты бы не ответила на мой поцелуй.
— Мы из разных миров, — возражает она.
— Это ни черта не меняет, Саманта, — огрызаюсь я.
Она спрыгивает со стола и, ткнув пальцем мне в грудь, шипит: — Это меняет все. Твой мир опасен и полон преступлений. Из-за тебя меня убьют.
— Не убьют. — Я хватаю ее за руку и прижимаю к себе. — Я буду защищать тебя до последнего вздоха. Я доказал, что могу обеспечить твою безопасность.
Ее брови сходятся вместе, и часть ее гнева улетучивается. — Ты один из глав Коза Ностры.
— А это значит, что никто не тронет и волоска на твоей голове. — Я кладу руки по обе стороны ее шеи и наклоняюсь так, что между нами остается всего несколько сантиметров. — Я сожгу Нью-Йорк дотла ради тебя. Каждая унция моей силы будет принадлежать тебе. На этой планете нет места безопаснее, чем рядом со мной.
 
Ее глаза блестят от непролитых слез. — Ты обманул меня.
Я обещаю: — Я проведу остаток своей жизни, чтобы загладить свою вину перед тобой.
 https://t.me/bookswithlovefromgg
 
Глава 30
Саманта
Оторвавшись от мистера Витале, я выключаю компьютер.
Когда я достаю из нижнего ящика сумочку, он спрашивает: — Куда ты?
— Домой, — бормочу я.
— Сейчас только десять тридцать.
Я вздыхаю, глядя на него. — Я иду домой, чтобы обдумать все, что ты сказал. Если только ты не хочешь, чтобы я осталась на работе. В этом случае ты будешь ждать дольше, чтобы понять, отправляю ли я тебя в ад или даю тебе шанс.
Он отодвигается с дороги. — Ты можешь идти домой.
— Спасибо, — бормочу я, проходя мимо него.
Честно говоря, мне нужно переварить тот чертовски горячий поцелуй, который он мне подарил. Я не могу сосредоточиться на работе, пока мои губы все еще покалывает.
Выйдя из здания, я направляюсь к метро, а когда дохожу до своей квартиры, все еще чувствую губы мистера Витале на своих.
И тут меня осеняет осознание. У меня не было приступа паники, когда мистер Витале поцеловал меня.
Это победа, верно?
У меня начинает звонить телефон, и я почти игнорирую его, но передумываю, потому что это могут быть мои родители.
Посмотрев на экран, я вижу имя Дженни.
— Привет, — отвечаю я.
— Где ты? Я звонила тебе на работу, чтобы узнать, не хочешь ли ты присоединиться ко мне за обедом, и чуть не получила сердечный приступ, когда ответил мистер Витале.
Я прохожу к одному из диванов и опускаюсь на него. — Я дома. Мистер Витале дал мне выходной до конца дня.
— Почему? Ты заболела? — спрашивает она.
— Нет, просто мне нужно кое с чем разобраться.
— О? Хочешь поговорить об этом?
Я немного помолчала, а потом сказала: — Я влюбилась в одного человека, и оказалось, что он не тот, за кого я его принимала.
— Что? Подожди, — она удивленно выдыхает. — Ты влюбилась и не сказала мне?
— Я была занята на работе, а потом уехала в отпуск. А ты занята подготовкой к свадьбе. У нас не было времени, — говорю я в свое оправдание.
— У миссис Джонс сейчас совещание, так что у меня есть время. Выкладывай.
— Уф. Все слишком запутанно, чтобы объяснять.
— Ну же. Попробуй. Ты не можешь оставить меня в таком положении, — возражает она.
— Я встретила этого человека месяц назад. Он был идеален, и я влюбилась, но прошлой ночью я обнаружила, что он не тот, за кого я его принимала. Он хочет разобраться с этим, но я не уверена, что это хорошая идея. — Я вздохнула. — Так что теперь я застряла в неопределенности.
— Что значит, он не тот, за кого ты его принимала? У него вдруг выросла вагина? О, он шпион?
— Нет, — бормочу я. — Я не могу этого объяснить.
— Хорошо, но ты сказала, что он идеален? — Внезапно она замолкает. — Черт, он тебя ударил?
— Нет! — Я сижу прямо и качаю головой. — Он никогда бы меня не обидел.
Я слышу, как произношу эти слова, и они становятся понятны.
Он мог предать меня, но он никогда не причинил бы мне физического вреда.
— Слава Богу. Я на секунду забеспокоилась, — говорит Дженни. — Что сделало его идеальным?
— Он был нежным и заботливым. Я могла рассказать ему все, что угодно, и он заставлял меня чувствовать себя в безопасности, — говорю я ей.
Он заставлял меня чувствовать себя в безопасности.
Даже когда на нас напали, он был сосредоточен на том, чтобы я осталась жива. 
Мои глаза расширяются, и я бормочу: — Дженни, мне нужно идти. Я позвоню тебе позже.