Эскапада

Он выпрямил ноги и сел, прижав ладони к полу. Взглянул на меня.
— Сделать больно? Боль для Гудини ничто. Вам бы уже следовало это знать. Нет, Фил, что меня беспокоит, так это грубость. Разве я когда-нибудь пинал вас в лодыжку?
Довольно занятная тема для разговора с полуголым человеком.
— Нет, Гарри, — сказал я. — Должен признаться, такого не было.
— Наверняка были другие способы дать мне знать?
— Возможно, просто ничего другого не пришло в голову. Наверное, нам следует выработать специальный код.
— Честно говоря, я не понимаю, что вас так заинтересовало в смерти старого графа. По-моему, это чистой воды самоубийство. И оно не имеет никакого отношения к Цинь Су. А он, если память мне не изменяет, единственная причина вашего пребывания здесь.
— Послушайте, Гарри, — сказал я, — не уверен, что Цинь Су не причастен к смерти графа.
Великий человек нахмурился.
— Что вы такое говорите?
— Кто-то взял винтовку из коллекции графа, выстрелил из нее в вас и затем повесил на место. Затем кто-то взял револьвер из той же коллекции, примерно через два часа после того, как снял винтовку, и графа находят застреленным из этого самого револьвера.
— Застрелить графа никто не мог. Кроме него самого. Я же говорил вам, Фил, я очень тщательно осмотрел дверь. Ее никто не взламывал. Даже если бы это сделал Цинь Су, что совершенно невозможно, зачем ему убивать графа?
— Не знаю. Но как револьвер оказался в комнате графа?
Он пожал плечами.
— Возможно, старший инспектор прав: его принес туда Карсон.
— Не думаю. Я разговаривал с камердинером.
— Тогда другой слуга. Тот, кто хорошо относился к графу. Он принес револьвер, потому что его попросил граф.
— Хорошо относился к графу и помог ему совершить самоубийство?
— Возможно, граф обманул его, сказал, что револьвер нужен для другой цели. Лорд Перли высказывал и такое предположение.
— Что-то больно много оружия перемещается сегодня по дому.
Гарри покачал головой.
— Совпадение, Фил. Только и всего.
— Я не люблю совпадений.
— Фил, я тоже не люблю, когда меня пинают в лодыжку. Но существуют очевидные вещи, с которыми приходится мириться.
Я улыбнулся.
— Гарри, я же извинился.
Он поднял руку.
— Да-да, разумеется, я принимаю извинения.
— Благодарю, — сказал я. — Ладно. Вы не передумали здесь оставаться?
Он как будто удивился.
— Почему я должен передумать?
— Гарри. Я практически уверен, что из этой винтовки, «винчестера», стреляли в вас. Если так и стрелял Цинь Су, значит, он побывал в доме, взял винтовку, вышел отсюда, выстрелил, вернулся в дом и повесил винтовку на место.
— Да, именно так вы и сказали лорду Перли. Но, Фил, честно говоря, немыслимо, чтобы Цинь Су вот так бегал в дом и из дома. Я пытался сказать это лорду Перли. Цинь Су недостаточно ловок. Да, он умеет вскрывать замки. Но чтобы болтаться по дому, входить-выходить, нет, это невозможно.
— Угу.
— Фил, я думаю, из винтовки стрелял не Цинь Су.
— Почему?
— Разве можно предположить, что Цинь Су станет рисковать, как вы сами говорите, и ставить себя под угрозу разоблачения только для того, чтобы взять в большом зале винтовку? Почему бы ему не привезти оружие сюда, в Мейплуайт, с собой? Он мог и купить его, и даже украсть.
— Хороший вопрос, — признал я. — Не знаю. Но из «винчестера» сегодня стреляли, и это факт.
— Возможно. Но сами посудите, Фил. — Он скрестил нога и наклонился вперед, как мальчишка у костра. И улыбнулся той самой улыбкой, какой он улыбался на сцене, перед тем как поразить зрителей каким-нибудь сногсшибательным трюком. — Может быть, когда стреляли из винтовки, целились вовсе не в меня.
— Гарри, пуля прошла в паре дюймов от вас.
— Да, — согласился он, поднимая палец и продолжая улыбаться той же улыбкой, — но она ни в кого не попала. Просвистела мимо примерно на том же расстоянии. — Он положил руки на колени. — Помните, мы все стояли довольно кучно под этим деревом. Вы с самого начала решили, что эта пресловутая пуля предназначалась мне. Но разве можно быть в этом уверенным?
 
Я сел на стул. Подумал.
— Нельзя. — Я кивнул. — Это вы точно подметили, Гарри.
Он пожал плечами. Ему, наверное, казалось, что так он выразил свою скромность, я же угадал в этом удовлетворение.
— Простая логика, — сказал он.
Я задумался.
— Так действительно логичнее. Как вы предположили, у того, кто уже находился в Мейплуайте, было куда больше шансов проникнуть в большой зал, чем у любого постороннего.
— Конечно.
— Но раз так, в кого тогда стреляли? Кто еще там был? — Я напряг память. — Мисс Тернер, госпожа Корнель, госпожа Аллардайс, лорд Боб.
— Лорд Перли, — поправил он меня. — Но еще интереснее — кого там не было?
— Точно. Мадам… как там ее… в общем, тогда она с мужем еще не приехала в Мейплуайт. И сэр Артур тоже. Значит, остаются леди Перли, доктор Ауэрбах и сэр Дэвид.
— И толпа слуг, не забывайте.
Я усмехнулся.
— Все так и норовят обвинить во всем слуг.
— Но, Фил, это же культурные богатые люди.
— Гарри, богатые люди убивают друг друга постоянно. Они этим занимаются в перерывах между подсчетом денег.
— Вы циник, Фил.
— Или сэр Артур прав. Он уже склоняется к тому, что тут не обошлось без гоблинов.
Гарри лег на спину, поднял колени и заложил руки за голову.
— Мы установили важную деталь, — сказал он, поднимая плечи и касаясь правым локтем левого колена. — Из винтовки стрелял не Цинь Су. А это означает, что мы с вами можем дышать спокойно.
— Не совсем, — возразил я.
Он взглянул на меня, но упражнения не прекратил.
— Мы установили, — сказал я, — что стрелял, возможно, не Цинь Су. Даже если так, это не значит, что он не болтается где-то рядом.
— Но теперь здесь полицейские, Фил. — Он опустил плечи.
— Цинь Су и раньше удавалось проскальзывать мимо полиции.
— В Филадельфии. А это британские полицейские. — Плечи снова опустились.
— Вы смогли бы пройти мимо парочки британских полицейских, Гарри?
— Разумеется. Но Цинь Су не Гудини. — И еще раз вниз.
— Угу. Ладно, послушайте. Я собираюсь немного порыскать кругом. Сделайте одолжение, подоприте дверь стулом.
— В этом нет никакой необходимости, Фил. Зачем вам понадобилось рыскать кругом? — Снова плечи вверх.
— Хочу убедиться, что в истории с винтовкой вы были правы.
— Простая логика, Фил. — Опять вверх.
— Верно. Так как насчет стула?
Он театрально вздохнул. Это не так уж просто в процессе упражнения.
— Ради меня, Гарри.
— Ладно. Если настаиваете. — Он снова вздохнул и сел.
Я встал.
— Фил! — Плечи пошли вниз.
— Да?
Он улыбнулся.
— Я понял, зачем вы помянули Бесс. Просто хотели, чтобы я открыл дверь. — Вниз.
Я улыбнулся в ответ.
— Но вы же клюнули, Гарри. Есть несколько способов войти в закрытую дверь.
— Клюнул, — согласился он, поднимаясь с пола, — но только потому, что Гудини не умеет долго злиться.
Последнее слово, как всегда, осталось за ним. Я пошел за Бриггзом.
 
Глава двадцать первая
Бриггза в гостиной не было, как, впрочем, и всех остальных. Я пошел бродить по коридорам и через некоторое время нашел другого слугу — он сообщил, что видел Бриггза около оранжереи. И я двинулся туда.
Наружная дверь в оранжерею была открыта. Она вела во внутренний двор с каменным полом, где гости собрались за круглым белым столом под большим дубом. Там был и сэр Артур. Он увидел меня и махнул рукой, приглашая присоединиться. Еще там были госпожа Корнель, доктор Ауэрбах, мадам Созострис в инвалидной коляске и со своей поразительной прической, господин Демпси и сэр Дэвид. Перед всеми стояли напитки, так что, возможно, скоро появится слуга, и не исключено, это будет Бриггз.
День тянулся долго, но все еще было тепло и небо поражало синевой. К западу, далеко за огромной лужайкой, солнце уже скатывалось вниз по синему небосклону. Оно пока еще не достало до верхушек деревьев, но, когда выглянуло из-за небольшого белого облачка, его свет уже был желтым.