Эскапада

Он кинулся к мотоциклу, мелькнув большим твидовым пятном. Я снова повернулся к мисс Тернер. Когда развязывал галстук на ее шее, услышал, как у меня за спиной взревел мотоциклетный мотор. Лорд Боб завел машину.
— Господин Бомон! — обратилась ко мне госпожа Аллардайс.
Мотоцикл, с ревом вздымая кучи гравия, исчез из вида.
— Ей нужен воздух, — объяснил я и расстегнул две первые пуговички на ее блузке. Легонько похлопал мисс Тернер по щеке. Никакой реакции. Я заметил, что кожа у нее нежная, как у ребенка. Но постарался не обращать на это внимания.
— Позвольте мне? — Госпожа Корнель. Она стояла рядом со мной справа. Когда она наклонилась над мисс Тернер, ее блестящие черные волосы упали вперед, как шелковая занавеска. Я почувствовал запах ее духов. Но постарался и на это не обращать внимания.
Она взяла руку мисс Тернер в свои ладони и легко потерла ее. Я снова похлопал мисс Тернер по щеке.
— Мисс Тернер?
Она глубоко и прерывисто вздохнула, веки резко поднялись, и ее потрясающие синие глаза уставились на меня.
Дважды за последние двенадцать часов я был первым, кого видела женщина, возвращаясь на грешную землю. Мисс Тернер, похоже, была не в большем восторге, чем Сесилия Фицуильям прошлой ночью.
Она нахмурилась.
— Что случилось?
— Вы потеряли сознание, — пояснила госпожа Корнель.
Мисс Тернер взглянула на нее. Приподняла голову со скамейки, как будто пытаясь сесть. Госпожа Корнель мягко коснулась ее плеча.
— Нет-нет, Джейн, не надо вставать. Отдохните минутку.
Я поднялся.
Госпожа Аллардайс повернулась к мисс Тернер.
— Вы нас ужасно напугали. Какого черта…
Госпожа Корнель обернулась и взглянула на нее. Она ничего не сказала, но глаза ее сузились, а губы строго сжались. Госпожа Аллардайс прикусила язык.
Справа от меня по склону от дома бежали два маленьких человека в черном. Слуги.
Я подошел к Великому человеку. И вполголоса сказал:
— Идите в дом вместе со всеми. Ждите меня в своей комнате.
— Фил…
— Ступайте, Гарри. Я скоро приду. — И я рванул вслед за лордом Бобом.
Я мчался сначала по пешеходной дорожке, потом вниз через лужайку к саду по следу мотоцикла, оставленному в высокой траве. Машина стояла рядом с кустами в дальнем конце сада, на опушке леса.
Почти точно, прикинул я. Стреляли, скорее всего, откуда-то отсюда.
Впереди вилась узкая тропинка, уходившая дальше в лес. Я вышел на нее, остановился и обернулся, рассматривая высокое дерево с бронзовыми листьями. Кто-то из слуг уводил лошадь по той дорожке, по которой я только что пробежал. Остальные разбрелись по зеленому склону, направляясь к дому. В ярком свете солнца, под чистым голубым небом они напоминали людей, возвращавшихся после веселого летнего пикника.
Вот тут, подумал я. Тут он, скорее всего, и стоял, когда выстрелил.
Я огляделся. Ни одного кающегося на коленях снайпера, который умолял бы меня его арестовать. Ни собственноручно подписанного признания, прикрепленного к дереву. Да и пустой гильзы нигде не видно. Земля после вчерашнего дождя еще не просохла — следов на ней было видимо-невидимо. Лорд Боб, ясное дело, потоптался здесь от души.
Тропинка, извиваясь по склону холма еще ярдов двадцать или тридцать, вела к другой тропинке. Эта была пошире — почти дорога, покрытая черным щебнем. Если идти по ней направо вверх, она приведет к дому, но его пока не было видно. Налево она спускалась вниз и ярдов через сорок скрывалась за деревьями.
Лорд Боб появился из-за поворота и остановился. Я подошел к нему.
— Бомон, — сказал он, — видели кого-нибудь?
— Нет.
— Послушайте, — сказал он. — Вы американец. Значит, умеете ориентироваться в лесу? Ну, идти по следу, Фенимор Купер и все такое.
— Вы имеете в виду — сгибать ветки, надламывать сучки?
Он обрадовался.
— Ну да.
— Не умею.
— А-а.
— Куда она ведет? — Я показал на дорогу.
— А? Вниз к реке. Там тоже ничего. Только что сам ходил туда. Ничего. — Он оглянулся на лес, который, казалось, тянулся на мили. — Проклятый ублюдок может быть где угодно.
 
— Что там дальше? — Я кивнул на дорожку.
Казалось, вопрос его удивил.
— Разумеется, особняк.
— Можно взглянуть?
Он нахмурился.
— Не думаете же вы, что браконьер побежал туда?
— Надо глянуть.
Он какое-то время смотрел на меня, потом снова нахмурился. Похоже, гадал, с чего это личный секретарь так интересуется браконьерами. Но он был джентльменом, поэтому просто пожал плечами.
— Ладно. Пойдемте.
Мы с ним потопали по гравийной дорожке. Земляные насыпи с обеих ее сторон все росли, пока не оказались выше наших голов. Дорога превратилась в своего рода узкую долину, протянувшуюся между крутыми земляными холмами и высокими деревьями позади них. Мы уперлись в высокую широкую, двойную деревянную дверь, вмонтированную в каменную стену высотой футов пятнадцать.
Мы находились в дальнем конце сада, в самой низкой части.
— Что это? — спросил я, кивнув на дверь.
— Грузовой туннель, — сказал он. — Идет под садом в дом. Выходит рядом с кухней. Они раньше доставляли по нему всякие товары. Сперва на баржах по реке, потом телегами по дороге, а отсюда по туннелю прямо в дом. Тогда так было быстрее. Сейчас им не пользуются.
На правой створке двери, на уровне живота, как раз в том месте, где она соединялась с другой створкой, виднелась ржавая железная пластина с замочной скважиной посередине. Я наклонился, чтобы получше рассмотреть скважину. Выглядела она так, будто ею давно не пользовались. Однако я не большой специалист по замкам. Я глянул вниз. Но никаких следов на щебенке не увидел. Впрочем, как я уже признался лорду Бобу, следопыт из меня тоже был никакой.
Я выпрямился.
— У вас есть ключ?
Серые глаза в белых кругах моргнули.
— С собой, конечно, нет. Да и какая разница. Там, изнутри, простой засов.
Я нажал на дверь. Она не сдвинулась.
Лорд Боб снова хмурился. Его аристократическое терпение было на пределе. Он, верно, и так всю дорогу терпел, как истый большевик.
— Что вы тут все ищете?
Я достал часы. Без десяти час.
— Давайте с вами встретимся где-нибудь в доме, скажем, через час?
— Зачем?
Он снова нахмурился. Я, очевидно, переступил какую-то черту, а простому секретарю это не пристало.
— Не могли бы вы объяснить мне, — сказал он, — в чем, собственно, дело?
— Извините, пока не могу. Через час?
Легкий вздох. Он полез в карман жилета, достал часы, взглянул на них, потом на меня.
— Очень хорошо. Через час. В моем кабинете.
— Где это?
— Вам покажут.
— Хорошо. Благодарю.
— Гарри, — сказал я, — мы должны ему все рассказать.
— Но, Фил…
— Я побывал там еще раз, — перебил я. — Прежде чем прийти сюда, я вернулся к большому дереву, под которым мы стояли. Там дырка в стволе, Гарри. — Я сунул руку в карман. — А вот это было в дырке. Увесистая такая пулька, где-то тридцать третьего калибра. Я вспомнил, где каждый из нас стоял. Если стреляли оттуда, откуда я думаю, эта пуля прошла примерно в двух дюймах от вашей головы.
Мы уже вернулись в его комнату. Он сидел на кровати, прислонившись к спинке и решительно сложив руки на груди. Я сидел на стуле у письменного стола.
— Но, Фил, — сказал он, — лорд Перли считает, что это браконьер.
— Лорд Перли не знает про Цинь Су. — Я бросил пулю на кровать.
Он сделал вид, что ее не заметил.
— Но это же мог быть браконьер. Я покачал головой.
— Звук выстрела. Резкий и четкий. Не приглушенный. Тот, кто стрелял, стоял на опушке, не в глубине леса. Он целился не в оленя или кабана, или чертового бродячего слона. Он целился в вас.
Гарри сжал губы и отвернулся. Я сказал:
— Простите, Гарри, но пора с этим кончать. Если вы не скажете, я сам скажу.
Он удивленно взглянул на меня.