Абсолют (СИ)

— Дрон… Попал… В облако…
Я оглянулся. На том месте, где порхал квадрокоптер, образовалась синеватая взвесь, а под ней находился монстр, похожий на дикую кошку. Существо ударило лапой (видимо, окончательно уничтожая аппарат), а следом, победно задрав голову, бросилось к нашей компании.
В этот момент я по-настоящему осознал, что Веня всё знал. Мир летит к чертям. Вся моя рациональность окончательно разбилась о нынешние реалии. Раз так, то нужно действовать исходя из текущего «магического» положения дел.
  
Веня застрелился, а после растворился. Перед этим он сказал, что подселится в другого человека. Что из этого следует? Да то, что после смерти мы — инициализированные — неведомым образом сможем сменить тело. То есть гибель теперь не означает, что наш жизненный путь подошел к концу. Эти мысли, конечно, до сих пор кажутся бредом, но на фоне исчезнувшей скалы, явившихся порталов и внедренных в наш мозг слов они смотрятся не так убого.
— Кто ещё не вошел в луч? — крикнул я, привычно продырявливая голову мутанта и оглядываясь на командира.
Томас Рид указал на двух человек, которые тащили неправильно собранные рюкзаки, а после на себя.
— Хорошо, — у меня будто открылось второе дыхание. Все тревоги и заботы ушли. Осталось только довести доблестную троицу, а дальше нас ждёт смерть и перерождение. Если же ошибаюсь, то мне будет уже всё равно. Веня говорил, что мы не сможем сбежать от какого-то элементалиста. Думается, что кошка и есть этот монстр. И быстрая тварь была уже близко. — Она рядом! Оставляем только оружие. Разбегаемся!
— Вы — туда! — крикнул Томас Рид, указывая вправо. Там, по всей видимости, были лучи, но я их уже не видел. — Снять рюкзаки! — он выкрутил громкость на максимум и бросил рацию землю. Быть может на секунду-другую это отвлечет тварей. — Джейми, Йенс, за мной! — он побежал влево.
Я слышал, как Каспар что-то прокричал, но уже не смог различить его слов. Через сотню метров оглянулся и увидел, что индийцы остались на месте, отвлекая от нас монстров и давая возможность людям пройти инициализацию. Ямир точечно стрелял по элементалисту, но либо постоянно мазал, либо обычные пули не могли нанести урона. Каспар же лихо расправлялся с мутантами копьём. Он потянулся к карману, достал серебристую нить и разрезал её ножом. Что происходило дальше, рассмотреть не удалось, так как на периферии зрения показалась тень очередной твари.
— Всё! — сказал Томас Рид через минуту.
Мы посмотрели туда, где остались наши индийские товарищи. На том месте крутилась ледяная взвесь, а монстр-элементалист уже мчался за другой группой. Я заметил, что вторая многочисленная команда распалась — люди неслись куда попало. Наш коллега из Мельбурна поскользнулся, а через миг его погребла четверка тварей.
— Мы останемся здесь все! — припечатал я. Нет, это не было жестом отчаяния, а лишь констатация факта. Факта, очевидного для всех. — Давайте к той исчезнувшей скале! Рискнем! Мы ничего не теряем!
— Вперед! — Томас Рид тыкнул «мосинкой» в морду мутанта. Запасные патроны кончились.
В этот момент тварь, отличающаяся от других монстров дополнительными наростами на теле, взмахнула конечностью. Пальцы, оканчивающиеся поблескивающими остротой когтями, чиркнули по винтовке. Дуло, способное выдержать на излом вес в пару тонн, отвалилось. Срез получился идеально ровным, будто по металлу прошлись лазерным мечом из фантастических фильмов.
Наш командир запнулся, а следом словил боковой выпад. Даже сквозь шум ветра и царящий гвалт я услышал, как затрещали его колени. Томас Рид не вскрикнул — не успел. Следующий молниеносный нисходящий удар обрушился на его ключицу. Плечо рефлекторно поднялось к уху, но лапа твари продолжила ход, ломая ребра и перемешивая внутренние органы.
Я всадил острие в затылок мутанта. Тварь сдохла так же, как и остальные монстры.
Томас Рид замерцал, но в следующую секунду его оболочка начала растворяться.
— Бежим! — заорал Йенс.
И мы побежали.
  
Глава 3
 
Каспар всегда отличался немногословностью. В некоторых экспедициях он, бывало, молчал по несколько дней, беспрекословно выполняя все распоряжения своего непосредственного начальника Вени и человека, которого ставили старшим над отрядом (как правило, в роли командира выступал Томас Рид).
По обрывкам разговоров я узнал, что индиец был не кадровым военным, а, скорее, наёмником широкого профиля, выступающим за ту сторону, которая больше заплатит. В нашу организацию, предположительно, попал через Веню: не думаю, что человеку, свободно разгуливающему с винтовкой по ресторанам и отелям, было сложно протащить определенного бойца в свою группу.
Как-то раз мы попали под камнепад в горах Северного Кавказа, что находятся на юге России, но, к счастью, без особых проблем выбрались из этой передряги. После, на привале, группа заговорила о таком абстрактном понятии, как везение. Фактически мы спаслись только по той причине, что успели вовремя среагировать, прижавшись к крупным валунам — обломки скал пролетели мимо нас. Веня на том привале с ухмылкой произнес странную фразу: «Удачи не существует».
Ко всеобщему удивлению к беседе присоединился и Каспар. Он поведал, что во многих спецподразделениях мира существует такая практика: бойцов, уверовавших в собственное бессмертие, либо оставляют в тылу, либо в добровольно-принудительной форме отправляют в отпуск (если, конечно, в этот период страна не участвует в полноценной войне). В качестве примера индиец поделился историей из личного опыта.
Точных дат и мест Каспар не называл, потому о каком именно конфликте шла речь, оставалось только гадать. Индиец рассказал, что тогда он был совсем молод. По стечению обстоятельств ему довелось за четыре дня поучаствовать в семи штурмах зданий. Каждый штурм сопровождался нешуточными потерями состава, но Каспару необычайно везло: вражеские пули шуршали рядом, но не поражали цель; осколки гранат бессильно разбивались о бронежилет, не попадая в незащищенные участки кожи; задетая растяжка, установленная между этажами, волшебным образом сработала только после того, как он отдалился на безопасное расстояние.
Перед восьмой вылазкой индиец полыхал отвагой и энтузиазмом, ведь он считал себя неуязвимым. Благо, что командир их группы уже насмотрелся на таких отчаянных сорвиголов, которые из-за нескольких проведенных подряд успешных операций теряют связь с реальностью. Парочка увесистых моральных тумаков и отправление во внеочередной месячный отпуск остудили рьяного вояку.
— И знаете, парни, — говорил Каспар на привале, — я тогда по своей молодости и наивности оскорбился, но через некоторое время понял, что прав был командир. Если бы в тот момент он не остановил меня, то я бы с вами сейчас не сидел. На восьмом или девятом штурме меня бы кончили, потому что я уже и на седьмом перестал заботиться о своей безопасности. Раз двадцать высовывался из укрытия и трижды проверял комнаты без страховки. В общем, к чему я это? Если вам часто везёт, не теряйте голову. Это случайность. Статистика рано или поздно возьмёт своё.
Сейчас я, убегая от тварей, вспоминал этот разговор. Почему именно его? Причина проста: на миг возникла иллюзия, будто богиня удачи поцеловала меня в лоб.
Моя качественная одежда превратилась в изорванное тряпьё. Шапку сорвало — тварь зацепила её когтями. Капюшон также отсутствовал — я случайно пригнулся, когда перепрыгивал через небольшую расселину, и неведомое явление, походящее на серповидный сгусток света, срезало его.
Хоть во мне и играл адреналин, но я всё же ощущал потоки морозного воздуха в районе спины и бёдер: мутанты изодрали походную экипировку, оставив на ней внушительные прорехи. При этом на мне самом не было ни царапины. Десятки раз я на миллиметры расходился со своей смертью, до сих пор продолжая топтать землю. Хотя если бы госпожа Фортуна действительно облагодетельствовала меня своим касанием, то я бы не оказался в подобной ситуации.