Дар для инопланетных пилигримов (СИ)

— Ты возбуждена, Рита, — произносит он над самым моим ухом. — Неужели мой напарник не справился?
Дрожь проходит по спине. Я запрокидываю голову и встречаюсь с его ревнивым взглядом. Руки его скользят по моим плечам.
— Он был хорош, — отвечаю я с хитрой ухмылкой. — А что? Считаешь, что ты справился бы лучше?
— Я могу доказать, если только ты позволишь мне, — отвечает Эурион взволнованно.
  
Сомнения длятся всего секунду, а после я обвиваю его шею руками и притягиваю к себе. Касаюсь его губ своими. Эурион вдруг перехватывает инициативу, обходит кресло и нависает надо мной. Сильные руки поднимают меня на ноги и стискивают в тесных объятиях. Горячие губы целуют настойчиво. Я прижимаюсь к нему и чувствую, как сильно он возбуждён. Тело пробивает дрожь. Но мне хочется большего. Будто зная о чём я думаю, Эурион разворачивает меня и подталкивает к пульту управления. Я почти падаю на него, в последний момент, успевая упереться руками в металлическую поверхность, усеянную множеством кнопок и тумблеров.
Эурион прижимается ко мне сзади, вынуждая немного прогнуться в спине. Новая волна дрожи проходит по телу. Его ладони ощупывают мою грудь под платьем. Потирают, прищипывают соски. Потом медленно перемещаются к бёдрам. Гладят, сжимают, одновременно задирая длинный подол.
— Рита… — его голос вновь раздаётся над моим ухом.
Кончик его языка касается ушной раковины и плавно уходит вглубь. Внезапно моё ухо оказывается эрогенной зоной, о которой я даже не подозревала. Всё, что он делает настолько возбуждающе приятно, что я неволь начинаю тереться задом о его стояк. Моё тело дрожит. Перед глазами всё плывёт. Я схожу с ума от желания ощутить его внутри. Наконец, Эурион ненадолго отстраняется, чтобы расстегнуть свою униформу. Мне даже как будто становится холоднее. Оголённые участки тела желают прикосновений, ласки, стимуляции…
— Ах!
Он вставляет так резко и глубоко, что я не могу сдержать стон. Тело пробивает судорога, волна тепла растекается от низа живота. Не вынимая, он легко толкается внутри меня, помогая мне осознать, что я только что получила оргазм лишь от проникновения. Я немного обмякаю, полностью опустившись на пульт верхней половиной тела. Эурион, снова наваливается сверху и целует мою шею, неспешно двигаясь внутри. От каждого толчка мышцы внизу живота сокращаются, продлевая ощущения от оргазма.
Моё дыхание всё ещё тяжёлое. Сердце бьётся очень быстро. Никогда в своей жизни я не испытывала ничего подобного, а оттого мне не хочется останавливать Эуриона. К тому же от ласк возбуждение постепенно возвращается. Ощущения внутри становятся ещё приятнее. Я не могу сдерживать голос. И кажется, мои собственные стоны ещё больше возбуждают меня. Я опять будто поднимаюсь всё выше и выше. Пока не срываюсь вниз, падая в океан блаженства. Его член пульсирует во мне. Кажется, мы кончили одновременно. Мысль о том, что он сделал это внутри меня, будоражит. Хотя едва ли наши виды совместимы. И всё же, когда Эурион вновь обнимает меня, я невольно касаюсь своего живота.
Вдруг дверь кабины открывается и на пороге появляется чуть сонный Карсон. Он смотрит сначала на меня, потом на своего напарника. Отчего-то кажется удивлённым. Я не знаю, как реагировать на его появление. Чувствую себя очень неловко.
— Вы закончили? — спрашивает он каким-то странно спокойным тоном. — Рита, я приготовил ванну для тебя. Пойдём?
Я смотрю на Эуриона. Он кивает, хотя всё ещё обвивает мою талию руками. Оставить его и уйти с Карсоном кажется неправильным, но они словно бы только этого и ждут.
— Я рад, что ты нашла общий язык с Эурионом, — произносит Карсон, когда мы всё же покидаем кабину. — Он может казаться грубоватым, но ты нравишься ему.
Я смотрю на Карсона удивлённо, пытаясь отыскать на его лице следы обиды или разочарования.
— Ты не злишься на меня? — спрашиваю, так и не заметив ничего.
— За что? — он удивлённо вскидывает брови.
— За то, что я занималась любовью с твоим напарником, — произношу я, собравшись с мыслями.
— Нет, — мотает головой он, по-прежнему глядя на меня удивлённо. — Ты же воплощение богини. Было бы неправильно, если бы тебе служил только один последователь.
С его точки зрения всё звучит офигеть как логично. Однако у меня всё равно холодок пробегает по спине. Мы проходим в ещё один отсек корабля, посередине которого я вижу ёмкость, чем-то напоминающую бочку, заполненную на три четверти тёплой водой. Карсон помогает мне забраться внутрь. Я не лишаю себя удовольствия окунуться в воду с головой. Вынырнув, я вновь встречаюсь взглядом с пришельцем.
— Карсон, а если бы так случилось, что тут бы появились другие последователи вашей богини, вы бы отдали меня им? — спрашиваю я, наконец обратив в слова мысль, что меня тревожила.
— Только если бы ты сама этого захотела, Рита, — отвечает он вздохнув.
Мой вопрос взволновал его, но теперь мне стало легче. Кажется, эти двое действительно считают, что моё желание — закон. Осознание этого кружит голову. Всего на миг я задумываюсь, что бы было, если бы я осталась с Эурионом и Карсоном. Тут же встряхиваю головой и прогоняю её. Что за глупости?! Я ведь в экспедиции. Уже этим вечером меня доставят на туристический остров, а после я вернусь к своей привычной жизни. Так будет правильно. Но почему тогда мне так тоскливо от этой мысли.
  
Глава 6
 
Я брожу по коридорам корабля, глазея по сторонам. Хочется запомнить всё, что меня окружает, ведь я едва ли увижу нечто подобное когда-нибудь вновь. От последней мысли становится грустно. Чем больше времени я провожу здесь, тем отчётливее понимаю, что не хочу уходить. Меня тянет к этим пришельцам, к их странному, но завораживающему миру. Но как сказать им об этом? Как объяснить, что мне хочется попросить их задержаться?
Я останавливаюсь перед дверью в кабину пилотов. Оттуда доносятся голоса. Карсон и Эурион спорят о чём-то. Сердце начинает биться быстрее. Внимательно вслушиваюсь в их фразы и с удивлением понимаю, что они говорят обо мне.
Волнение разливается внутри. И потому что я, как мне кажется, стала причиной ссоры, и потому что я в принципе начинаю понимать их язык. Чтобы отвлечься, я пытаюсь анализировать его. Это занятие всегда меня успокаивало. Их речь отдалённо напоминает банту и западно-конголезские языки с частыми заимствованиями слов из романо-германских языков. Теперь понятно, почему я их понимаю — они адаптировали свою речь так, чтобы их понимали люди. Любопытно. Если бы у меня было больше времени, я бы обязательно изучила это наречие или, может быть, даже сам язык латорианцев.
Карсон дёргает дверь и видит меня.
— Рита? Что-то случилось? — он напряжённо прищуривается, в голосе появляется лёгкая настороженность.
— Ничего, — я едва не подпрыгиваю от неожиданности, — просто услышала, как вы ссоритесь. Хотела убедиться, что это не из-за меня.
Они переглядываются как-то странно. В их взглядах читается что-то, отчего внутри меня нарастает беспокойство.
— Дело не совсем в тебе, — Эурион первым нарушает тишину, и его голос звучит напряжённо. — Мы не можем отвезти тебя на соседний остров сегодня вечером.
Моё сердце пропускает удар. Не знаю радоваться мне или бояться.
— Почему? — спрашиваю я, преодолев ступор.
— Навигационная система корабля неисправна, — поясняет Карсон. — Я не заметил этого когда мы шли на посадку, но похоже она уже тогда дала сбой. Мы застряли здесь на несколько дней.
Несколько дней. Со мной. На этом корабле. Меня охватывает волнение. И как и все эмоции до этого, оно тоже двояко. Я рада, что смогу провести больше времени с Эурионом и Карсоном. И также я опасаюсь, что меня признают пропавшей без вести или мёртвой. Возможно, мне стоит, наконец, прийти в себя и постараться относиться ко всему серьёзнее. Настоять на том, чтобы они устранили неисправность как можно скорее. А так же у же перестать вести себя как мартовская кошка, что только и высматривает себе приключений на хвост. Но я снова просто отпускаю ситуацию. Объяснения, где я была, и что со мной произошло, — это всё проблемы завтрашней меня.