Дураки умирают последними

Выбрав наиболее подходящий образец, по своей конструкции похожий на британский ручной пулемет Льюиса с довольно большим барабаном под стандартный патрон, в комплект которого входило четыре дисковых магазина, а также ремкомплект. Остановив свой выбор на этом образце, Алексей, предъявив удостоверение и расплатившись за оружие, вернулся к бронеавтомобилю и, сев за руль, неторопливо взялся снаряжать магазины, одновременно обдумывая, что ему следовало делать дальше. Единственное место, где надо было искать концы, была авиабаза, и вот тут могли возникнуть очень серьезные проблемы, причем весьма разнообразные.
Снарядив все диски, Алексей, пребывая в глубокой задумчивости, сложил их в ячейки пулеметной башни и, вздохнув, включил двигатель и, развернув бронеавтомобиль, поехал на выезд из города, он собирался добраться до авиабазы по окружной дороге. Выехав из Эльмиора, он объехал город и, свернув с главного тракта, направился в сторону авиабазы, до которой оставалось несколько километров. Припарковав машину в дальнем углу парковки возле административного здания и выбравшись из нее, направился на авиабазу, вопросов к местному особисту у него возникло немало.
Пройдя через КПП, он первым делом направился в центр управления полетами и, найдя дежурного офицера, устроил ему допрос, требуя объяснить ему, кто взлетал пять суток назад на биплане. Вот только он и его подчиненные этой информацией не владели, в журнале учета вылетов было указано лишь точное время вылета, причем о вылете предупредил местный особист.
– Где начальник охраны авиабазы?! – резко поинтересовался Алексей, скрипнув от раздирающей его злости, местная расслабленность выводила его из себя.
– В караульном помещении на первом этаже в левом крыле, – ответил начальник центра управления полетами, хмуро посматривая на злого офицера контрразведки.
– Своей властью я запрещаю всем здесь присутствующим покидать это помещение и куда-либо звонить, кроме как по служебной надобности. За исполнение поставленного приказа персональную ответственность несете лично вы, штаб-майор, – распорядился Алексей и, резко развернувшись, направился в караульное помещение, где нашел начальника караула и, предъявив свои полномочия, приказал никого не впускать и никого не выпускать из центра управления полетов и выделить два десятка бойцов для задержания местного особиста.
Проинструктировав лейтенанта охранного батальона, Алексей разбил бойцов на несколько групп и разными путями выдвинулись к зданию, где обитал начальник особого отдела, отвечающего за внутреннюю безопасность на большой авиационной базе стратегического назначения. Скрытно окружив здание, он открыто подошел к двери и постучал в дверь.
– Да-да, войдите, дверь открыта.
Сосредоточившись, Алексей вошел внутрь и, поприветствовав особиста, пристально посмотрел в его глаза и, глубоко вздохнув, вкрадчивым голосом поинтересовался:
– А скажи-ка ты мне, штаб-майор, кто взлетал на нашем биплане. Предупреждаю сразу, лапшу вешать на уши не надо.
– Что вы себе позволяете, лейтенант, как вы смеете нарушать субординацию со старшим по званию?! – поднимаясь, взревел особист, медленно протягивая руку к кобуре, в которой находился довольно внушительного вида револьвер. Не дожидаясь, когда он выхватит оружие, Алексей швырнул в него двумя стальными шарами от подшипника и пока он уворачивался от них, подлетел к нему и пробил снизу в челюсть. Штаб-майор, уже схватившись за рукоять револьвера, закатил глаза и, пошатнувшись, стал заваливаться набок, но Алексей не дал ему упасть и, подхватив подмышками, осторожно опустил на стул потерявшего сознание особиста и, забрав у него оружие, стянул с него ремни и связал руки и ноги.
Не успел Алексей присесть на табуретку, как дверь за его спиной противно скрипнула и он, резко развернувшись, увидел, как в кабинет особиста заходит начальник охраны авиабазы. Сделав пару шагов, он остановился и оценивающе оглядел связанного штаб-майора и с некоторым сомнением в голосе задал вопрос:
– А не слишком ли резко, господин лейтенант?
  
– В самый раз, он ведь первый за оружие попытался схватиться, – выдохнул Алексей и подумав несколько мгновений, открыл окно и отдал приказ рядовому принести два ведра воды и когда он их доставил, вылил на голову особиста. Он пришел в себя, пусть и не сразу, но его глаза сфокусировались на Алексее и он, тяжело вздохнув, негромко заговорил:
– Вынужден признать, я ошибся в тебе и твоем подчиненном, лейтенант, слишком ты ушлым оказался. Надо было вас обоих сразу ликвидировать, но не видел в этом никакой необходимости, посчитав тебя за обычного столичного хлыща, по блату попавшего в центральный аппарат Управления контрразведывательных операций тайной полиции, но это оказалось совершенно не так. Жаль, далеко не все я успел сделать, но что уж теперь… Да, я проиграл свою партию, но ты ничего не добьешься от меня, да и в казематах тайной полиции пыточных дел мастера не смогут выбить из меня ничего, даже если из меня ремни нарежут…
Выговорившись, особист издевательски рассмеялся и в его глазах, что-то на какое-то мгновение вспыхнуло и тут же угасло, после чего обвис на стуле, к которому он был привязан ремнями. Резко рванувшись, Алексей пощупал пульс на шее, опасаясь, что он принял яд, но нет, штаб-майор был жив, хотя его дыхание и сердцебиение замедлилось в несколько раз, складывалось такое ощущение, как будто он сам себя ввел в состояние летаргического сна.
– Вот это да… – в изумлении протянул начальник охраны и, помолчав несколько мгновений, заговорил вновь:
– Краем уха мне доводилось о таком слышать, но никогда я в это не верил и вот на тебе, увидел собственными глазами.
– Что это? – резко насторожившись, спросил Алексей, сосредоточенно размышляя, что он имел в виду.
– Толком и не знаю, – выдохнул он, – наверное, и никто не знает, только бывает, случается во время задержания серьезного гальзианского агента он как бы выключается, а когда приходит в себя, оказывается душевнобольным. Больше я ничего по этому поводу не знаю, скорее это в вашем ведомстве должны иметь по этому поводу хоть какую-нибудь информацию.
– Понятия я о таком не имею, – нехотя буркнул Алексей и на какое-то время задумался, после чего внимательно посмотрев на офицера охраны, хмуро задал вопрос:
– Где у вас тут в городе есть самый лучший психиатр или кто там, кто в мозгах ковыряется, устраняя всякие нарушения или расстройства в психике?
– Да, есть частная клиника, дорогая очень, там самые лучшие специалисты в Эльмиоре работают, возглавляет ее профессор Сантье.
– Подготовьте две машины, вторая для вооруженного сопровождения, мы выезжаем в эту клинику и сдадим туда штаб-майора, глядишь, местным светилам удастся что-нибудь выковырять полезное из его мозгов, а полезного там должно быть немало, – распорядился Алексей, с глубокой задумчивостью продолжавший рассматривать особиста, все, что он видел, было настолько странным и неожиданным, что он не знал, что и думать, с такими делами он столкнулся впервые.
Начальник охраны авиабазы быстро удалился и вновь появился спустя десять минут, после чего они вынесли находившегося в беспамятстве особиста и, уложив на задние сидения, разместились в машине и поехали. Спустя час они въехали на территорию частной клиники, и здесь Алексей натолкнулся на серьезное препятствие, администрация ни в какую не желала принимать особиста без надлежаще оформленного договора. Пришлось жестко потребовать провести его к главному врачу для переговоров. Взглянув на мужчину в годах, в глазах которого читался немалый интеллект и полное отсутствие страха перед сотрудником тайной полиции, Алексей сразу понял, угрозами и приказами тут нельзя ничего решить, не тот был случай, тут требовался иной подход…
– Позвольте представиться, лейтенант шевалье Лексий Тутовин, охранитель Управления контрразведывательных операций четвертого департамента имперской тайной полиции.
– Профессор Сантье, – представился он в ответ и с любопытством посмотрел на своего собеседника.