Хозяйка хищной космической оранжереи (СИ)

Они завозились. Наш сакали даже штаны снимать девушке не стал, просто увеличил дыру на штанине и все.
Мити кивнул и, обработав участок кожи, сделал три выстрела препаратами.
— Спать тебе необязательно, а вот есть пока только бульоны.
Его голос походил на монотонное бубнение.
— Приди в себя, брат. Ну попытались ее изнасиловать, так не вышло же… — потерял терпение Далам. — А если бы вышло!
  
— Вернулся бы и добил, — процедил Мити. — Охоту бы устроил…
— Да вы лучше ее обнимите и подарок подарите. Или вкусненьким побалуйте, — вмешалась Яла. — Много ли нам, женщинам, надо?
— Немного, — поддержала я ее. — Забота и чуточку тепла. Ласка нежная. Чувство, что ты нужна и важна. Далам прав. Синяки сойдут, и все забудется.
Наш медбрат выдохнул и снял с Ялы манжету…
… Мы взлетели. Я даже как-то пропустила этот момент.
Экспедиция, к которой с таким волнением готовилась, завершилась настолько внезапно, что я не сразу это поняла. Вроде вчера еще с ящиками ходила, планы строила… И уже на корабле.
Расстроилась.
Притащив стул, приставила его к медицинской капсуле и удобно уместилась на него. Взяв Лукера за руку, прикрыла глаза.
— Пети, иди спать, — пробормотал мой любимый орш хрипло.
— Нет, — покачала головой. — Я здесь на все дни полета. Думаю, Дупел и Мити выжмут из твоей пташки все…
— Нашей, — выдохнул Лукер. — Это теперь не мой, а наш корабль. Так что следи, чтобы они ядро в космическую пыль не обратили.
Приподняв бровь, я медленно кивнула. А после опять прикрыла веки. Сил не было, даже чтобы болтать.
— Нужно будет расширить медицинскую каюту. Совсем она у нас маленькая… Пети, прикати ну хотя бы носилки и ложись. А нет, я сейчас сам поднимусь и утащу тебя в каюту… И я, малышка моя, не шучу.
… Через минуту я уже лежала рядом с ним на тех самых носилках на магнитной основе. На пледике, наброшенном сверху. Медленно отключалась и ничего с собой поделать не могла.
В каюте послышались шаги.
— Заснула? — тихо спросил Далам.
— Вы почему ей сразу не вкололи успокоительного? — глухо зарычал на него муж.
— Извини, брат, но Петуния мне друг, и я не желаю, чтобы она думала, что в моих глазах выглядит слабачкой. Она со всем справилась и…
— Я встану отсюда, Далам, и прибью тебя! — не успокаивался Лукер. — Или дождусь, пока ты свое сердце найдешь, и проверю ее на прочность.
— Хватит, меньшой, тебе досталась сильная девочка. Она бы тебе не простила сюсюканья. Ты уж признай, что не у каждой найдется смелость, защищая раненого мужа, палить по врагу без единой слезинки в глазах. А она делала и весьма хорошо. Дупел уже поклялся, что обучит ее стрелять.
— Моя Петуния больше в руки ствол не возьмет.
— Еще как возьму, — пробормотала, выныривая из вязкой дремоты. — И не нужно мне ваше успокоительное. Себе его в зад колите. А мне для сладкого сна достаточно знать, что Лукер в капсуле и с ним все хорошо. Кстати, как девочки?
— Спят, — я почувствовала, как Далам приглаживает мои волосы. — Если удастся восстановить зрение Лоли, то, считай, отделались трещинками и синяками. Главное, насилием душу им не покалечили. А тело — заживет все, и забудется. Я больше за Мити с Дупелом волнуюсь, такой удар по ним. Вот кто себе простить не может, что недосмотрели.
— Они ни в чем не виноваты, — пробормотала я. — Это все Соели, гадина.
— Мы, мужчины, несем ответственность за своих женщин, Петуния, поэтому Лукер так на меня рычит. Ты была в опасности, он мог тебя потерять.
— Мужчины, — проворчала я. — Живы и ладно. Яла как?
— На мостике с нами. Заснет на несколько минут и глаза открывает — проверяет, не исчезли ли мы. Натерпелась девочка. Я вот думаю, может, ее правда к твоим родителям. Естественно, расходы я возьму как неженатый на себя, но в семью бы ее хоть ненадолго, чтобы отогрелась. А там ее маму и брата поищем. Где-то же они есть.
Я призадумалась. Представила ситуацию, в которой Яла появляется на пороге родительского дома, и усмехнулась.
— Они ее заберут быстрее, чем ты попросить успеешь, Далам. Тем более я с кольцом прилечу. Мама сляжет от острого расстройства. Опять без сватовства и пышной свадьбы. У всех ее подруг на Церере дочери замуж выходят с гулянием на всю улицу, а у нее моргнули и с кольцом…
— Будет свадьба, — прохрипел Лукер. — Можно на всю улицу… Только долетим.
  
Глава 114
 
Последующие дни я провела в медицинской каюте рядом с Лукером. Он постоянно спал. Кожа на его плече и спине медленно восстанавливалась, но огромные подсыхающие волдыри и язвы продолжали пугать. Лёжа на носилках, я следила за показателями мужа. Иногда у него повышалась температура, и я бежала звать Мити.
Наш бесценный медбрат быстро приводил его в порядок, вкалывал противовоспалительные препараты и снотворное. Дома его уже ждал Нум. Вся семья здорово переполошилась, узнав, что мы летим раньше времени, да ещё и с раненными на борту.
В этом переполохе я как-то и про замужество забыла сообщить. Теперь вот смотрела на заветное колечко и волновалась.
А дни летели…
…Выйдя в общий коридор, чтобы сбегать в санзону, натолкнулась на ползущую по стеночке Лалу.
— Ты куда? — у меня от удивления рот открылся. — Дупел!
— Не кричи, Петуния, — она поморщилась. — Я просто лежать устала. Лоли спит. Она мучается от боли в глазу, и ей постоянно делают уколы. А я…
Мой вопль был услышан, с мостика выскочил её переполошенный муж и уставился на нас круглыми глазами.
— Поймала здесь, — шепнула я, словно оправдываясь.
— Ну у вас же там третья девушка, — Лалу смутилась. — Вместе веселее.
Дупел набрал полную грудь воздуха и шумно выпустил его из лёгких.
— Детка, я так слягу здесь и до дома не доберусь. Ну что тебя впихнуть к Лукеру, чтобы Петуния за вами следила? Куда ты с сотрясением ползёшь?
За его спиной появилась Яла, скачущая на одной ноге. Вторую ей заключили в жесткий кокон из регенерирующего геля.
— А может, я к девочкам пойду? — предложила она. — Поболтаем. Вы все равно все время ко мне спиной сидите и прожигаете взглядом пульт управления.
— Иди, — отмахнулся от неё Дупел. — Кирр, отнеси её.
— Не надо! — у этой несчастной глаза в два раза больше стали. — Сама доползу.
— А чего так, лапушка? — в коридоре нарисовался и наш озабоченный браком.
— Отойди от меня! — Яла выставила ладонь. — У меня от твоих заигрываний изжога. Я к девочкам в каюту. Мы отдохнём, о своём, о женском поговорим. Без тебя!
— Не любят, не хотят, — Кирр тяжко вздохнул. — Далам, вот почему они нас не хотят?
— Нас? — раздалось возмущённое. — Да я не женат, потому что вечно с тобой таскаюсь.
— С чего это?
— Да с того, лапушки от тебя как от огня шарахаются, а я вынужденно страдаю, — Далам вышел к нам. — Дупел, бери свою беспокойную красавицу, а я Ялу, и пошли. Если всё хорошо будет, к вечеру прибудем на Залфа.
Услышав его последнюю фразу, я счастливо понеслась быстро принять душ и освежиться. Наконец-то этот полет подходит к концу.
…Лукер не спал. Стоило мне появиться в проходе, как его напряженные плечи заметно опустились.
— Пришёл в себя, а тебя нет, — тихо признался он. — В голову залезла мысль, что ты слегла от переутомления и тебя унесли, и ведь не у кого спросить. Уже хотел на мостик ползти.
— Да что вам всем не лежится? — я всплеснула руками и поспешила к нему. Упёрлась в могучие обнаженные плечи и уложила обратно на жесткий матрас. — Встанешь, когда мне Нум лично скажет, что можно.
— Петуния, это только ожоги.
— Да-да, — я закивала, — то-то Мити весь путь до космопорта так трясло. Крови, наверное, испугался. Не к Лоли своей побежал, а тебя за руку держал, пульс контролируя. Кого ты лечишь, Лукер дар орш Ор! Только попробуй сесть. Сегодня ближе к вечеру по времени прилёт на Залфа. И, зная Далама и Кирра, уверена, что встречать нас будет всё семейство!