Тренировочный день 6 (СИ)

— Ужасно. То есть конечно же мы уважаем всех советских спортсменов, но все равно болеем за наших. А сейчас нашу команду размазывают по площадке как мягкое масло с джемом. Я переживаю за девчат, как они там… держитесь, девчата! Не сдавайтесь!
— Я спокоен за нашу команду в этом плане, Тамара. Посмотри, их лица безмятежны. В отличие от соперников сегодня «Стальные Птицы» Комбината держатся молодцом, будто бы и не придавая значения важности этой игры.
  
— Странно. Если бы это было наоборот — я бы, наверное, поняла, в конце концов матч товарищеский, рейтинг у «Крыльев Советов» не упадет, а у «Стальных Птиц» — не повысится. Тем более что и команды такой пока фактически нет… она не зарегистрирована в Государственном Комитете СССР по физической культуре и спорту. Это собранная на один матч команда, так что ничто не изменится в таблице рейтингов.
— Снова подача! Арина Железнова! И снова наша либеро подбирает немыслимую подачу Железновой! Шестой номер, Чамдар! Снова Бергштейн! И… доигровщик Салчакова! Удар!
— Очко! Это точно очко? Женя!
— Очко-очко, Тамара, даже не сомневайся! Два-один! Два-один! Матч продолжается, девчата с Комбината еще поборются за свою победу!
* * *
12-й номер команды «Крылья Советов», Железнова Арина
— Тайм-аут! — командует Сабина и взмахивает рукой, подзывая всех в центр. Арина нехотя идет к центру площадки, силой воли удерживая себя от того, чтобы закатить глаза. Она уже знает, что Сабина терпеть не может когда она так делает и обязательно ей потом отплатит, то ли штраф вкатит, то ли заставит потом на мяче отрабатывать после общей тренировки.
— Арина! Железнова! — вскрик как удар хлыстом. Она морщится. Опять не успела. Снова Сабина будет на нее бочку катить, Железнова то, Железнова сё… разве ж она виновата в том, что играет лучше? Она даже если захочет, не сможет играть хуже. Нет, она конечно же все понимает и что Казиева последний сезон с ними, что она уже в том возрасте когда нужно о тренерской работе подумывать и знакомых в комитете искать, чтобы помогли устроиться не в ДЮСШ, а куда-нибудь повыше да потеплее местечко найти. И что слишком хорошо играть значит высовываться, а игра коллективная и лучше бы ей язычок свой проглотить и как мама говорит «послушай, да покивай головой, умнее будешь выглядеть». Но все равно это ее бесит. Раздражает. Она же все видит и понимает… знает, что именно нужно сделать чтобы выиграть в этом конкретном и во всех прочих случаях.
Например сегодня — товарищеский матч. Что это значит? Ну прежде всего то, что выигрывать или проигрывать сегодня — значения не имеет. На рейтинге не скажется. Более того, с точки зрения психологического воздействия на соперников сегодня даже выгоднее проиграть, вызвать волну слухов и пересудов в сообществе, мол «Крылышки» сдали совсем, товарищеский местной команде в Колокамске продули. Это заставит соперников немного расслабиться, пусть ненамного, но любое преимущество не будет лишным в начале сезона, особенно если с «Уралочкой» встретятся по жеребьевке…
Тем не менее Сабина настаивает, чтобы этот матч они выиграли. Глупо. Зачем? В зачет не идет, а то, что они выиграют у местной команды — никого не удивит. Так и должно быть. Зачем стараться ради очевидного? Непонятно. Эти люди сами себе противоречат. Ведь еще утром та же Сабина говорила, что матч товарищеский, и чтобы они тут не перенапряглись, ведь скоро рейтинговые, не дай боже кто травму получит или что еще… и тут же, без перерыва, через каких-то два часа уже та же Сабина на нее кричит, мол чего ты, Железнова спустя рукава играешь, возьми себя в руки. И как это понимать? А если ей на это указать — взбесится же. Опять потом в раздевалке к стенке притиснет и начнет лекции затирать. Нет уж, легче выслушать и кивнуть.
— … обратите внимание на эту мелкую либеро! Ясно? Железнова! Ты опять ворон ловишь⁈ — доносится до нее и она тут же переключает внимание на капитана. У Сабины брови собрались посередине, ее лоб пересекает глубокая вертикальная складка, верный признак того, что ее из себя вывели. В таком состоянии ее лучше не провоцировать.
— Все ясно. — кивает Арина. Ясно все, чего неясного? Команду соперников «тащат» на себе несколько игроков, они выделяются на общем фоне как красные флаги. И эта мелкая — номер тридцать три, Бергштейн Л., — она одна из тех, кто «паровозит», вытягивает игру на себе. Поднимает ее подачи, обеспечивает безопасность конфликтных зон, благодаря своему статусу либеро — всегда появляется там, где возникают проблемы. Быстрая, очень быстрая… быстрее чем Солодухина Валя. Благодаря своему росту и весу — может вытворять такое, что Вале и не снилось, она мелкая, а значит меньше инерции, может мгновенно перебрасывать вес тела с ноги на ногу и перемещаться по площадке словно молния. Если кто и представляет опасность на площадке со стороны соперников, так это она. Вывести ее из строя и всего-то… говорят, что волейбол в отличие от футбола и баскетбола — безопасная игра. Те кто так говорят… сильно ошибаются. Она снова кивает. Она все поняла. Вывести мелкую из строя. Конечно, на первый взгляд задача невыполнимая, в волейболе игроки как правило не касаются друг друга, нет прямого физического противостояния, нельзя «случайно» поставить подножку или толкнуть за пределы площадки, попасть локтем в лицо… а чтобы нанести травму мячом сперва нужно попасть. Как попасть в такую юркую цель? Но все упрощается, когда ты понимаешь, что твоя цель — сама стремится к мячу. Куда бы ты не попала — везде вырастает эта тридцать третья…
— Я атакую со второй. — роняет она: — нужен мяч. Поддержите, капитан?
— Поддержим. — кивает Сабина: — Соня, подвесь ей как надо, волна на вторую.
— Будет сделано. — отвечает Прокопьева. Капитан хлопает в ладоши, заканчивая тайм-аут. Все расходятся по своим местам, короткий свисток судьи. Арина вскидывает мяч. Подает сильно крученную в угол с тем, чтобы либеро тридцать третья не заморачивалась с комбинацией. Пас, пас, перенос через сетку, мяч у Прокопьевой! Волна! Вперед бежит Сабина, она — за ней. Сабина взмывает в воздух, обозначая атаку и закрывая ее спиной, она с задержкой в долю секунды прыгает вверх вслед за капитаном! Сабина пролетает мимо мяча, взмахнув рукой, ее трюк выманивает блокирующих, которые уже опускаются, не сумев прочитать атаку.
Арина же взлетает в воздух и ей не нужно даже выцеливать эту надоедливую тридцать третью, она уверена, что та обязательно будет там, куда она пошлет мяч. Все что ей нужно — ударить чуть сильнее и опустить траекторию относительно ожидаемой на несколько градусов, так чтобы либеро приняла мяч не на выставленные руки, а…
Удар! Она опускается на покрытие площадки, спружинив, отыграв инерцию коленками и с удовлетворением слышит короткий свисток судьи. Очко! Она позволяет себе улыбнуться. Удар предплечьем, вот в чем трюк. Не кистью, как бьют все, а именно предплечьем. Удар выходит сильнее и короче, а еще — его траектория оказывается ниже, чем кажется. Результат… результат на площадке за спиной. Она оборачивается и кивает сама себе. Все как она и рассчитала. Мелкая надоедливая либеро лежит на площадке. Получить прямо в лицо мощный удар волейбольным мячом на противоходе, когда твоя скорость плюсуется со скоростью удара — это травматично.
— Добро пожаловать в высшую лигу, детка. — бормочет себе под нос Арина: — а ты думала мы тут мед пьем?
— Ты что творишь, дура⁈ — больно хватает ее за локоть Сабина: — ты опять за свое, идиотка⁈
  
— Не понимаю претензии, капитан. — она пытается стряхнуть ее руку, но Сабина держит крепко: — была проблема, я ее решила.
— Аррргх… — рычит Сабина и отпускает ее локоть: — ладно уж. Но прекрати так делать! Мы же не корову проигрываем. Нельзя калечить игроков соперника.
— Ты уж определись, капитан. — пожимает плечами Арина Железнова, смотря как на площадку выскакивают люди в белых халатах, наклоняясь над лежащей девушкой, которая держится за лицо: — или мы выигрываем любой ценой или поддаемся. Я смешанные сигналы не принимаю. A la guerre, comme à la guerre, mon capitaine (на войне как на войне, мой капитан (фр)).