Аквилон. Трилогия (СИ)

Внутреннее пространство было заставлено ящиками, тюками и бочками — видимо контрабандой, готовой к отправке или только что доставленной.
Багор покопался где-то и нашёл старый масляный фонарь. Его примеру последовали остальные, и вскоре фонари, дававшие тусклый, колеблющийся свет и отбрасывающие странные тени, осветили помещение.
Контрабандисты веером разошлись по складу, занимая стратегические позиции — у дверей, окон, в углах. Они двигались слаженно, без команд, явно привыкшие действовать вместе.
  
Глыба встал у единственного выхода, перекрывая его своей массивной фигурой. Рыжебородый и один из близнецов остались чуть поодаль, но в пределах видимости.
Багор жестом остановил меня в самом центре помещения.
— Никаких резких движений, чародей, — произнёс Багор, доставая из-за пояса длинный нож, который жутковато блеснул в скудном свете фонарей. — За твою голову назначена неплохая награда, и мы могли бы убить тебя прямо в лодке, но, признаться, нам любопытно, что в тебе такого ценного… может, поделишься секретом перед смертью? Или даже выкупишь себе жизнь, если окажешься действительно полезным.
Его тон был холодным и деловым, словно речь шла о разделке рыбы, а не об убийстве человека. Глаза смотрели внимательно, изучающе, но без малейшего сочувствия или сомнения.
Я осмотрелся с искренним любопытством. Пять человек, все вооружены, все опасны по-своему. Багор — явно самый опытный, Глыба — самый сильный физически, Корявый — скорее всего, самый непредсказуемый. Близнецы же выглядели как профессиональные убийцы — тихие, спокойные, смертоносные.
— А почему же вы не приступили к допросу сразу, в лодке? — спросил я, искренне любопытствуя. — Было бы проще избавиться от тела — просто бросить в воду.
Багор усмехнулся.
— Нам сказали, что ты маг воды… никогда не связывайся с чародеем в его стихии, а вот на суше ты не опаснее обычного дворянчика.
Он произнёс это с уверенной снисходительностью человека, который считает, что полностью контролирует ситуацию. Ещё бы — пятеро вооружённых мужчин против одного безоружного, на их территории, в условиях, которые они считали выгодными для себя.
Я вздохнул. Как банально. Как глупо. Как типично для тех, кто привык полагаться только на грубую силу.
— Как интересно, — произнёс я с улыбкой, медленно поднимая мокрые руки ладонями вверх, позволяя каплям дождя собираться на моих пальцах. — А вам не приходило в голову, что дождь — это тоже вода?
  
Глава 4
 
По лицам контрабандистов пробежала тень замешательства. Багор нахмурился, а его рука с ножом замерла в воздухе. Он не понимал, чего я добиваюсь этим театральным жестом. Глыба у двери презрительно фыркнул, принимая мои слова за отчаянный блеф обречённого человека. Только рыжебородый инстинктивно попятился, словно что-то почувствовал.
А я чувствовал их всех. Дождь продолжал усиливаться, барабаня по протекающей крыше. Капли просачивались внутрь, создавая идеальную сеть водных нитей, связывающую весь склад. Каждая капля была моими глазами, ушами, продолжением моей воли. Я ощущал биение сердец бандитов, слышал их дыхание, улавливал малейшие движения.
— Давайте прекратим этот спектакль, — медленно проговорил я. — Вы привезли меня сюда убить, но не учли одной простой вещи. Погоды.
С безмятежной улыбкой я поднял руки, позволяя каплям дождя собираться на моих ладонях. Странное ощущение, похожее на покалывание тысячи крошечных иголочек, разливалось по коже. Вода всегда слушалась меня, но сейчас, после пробуждения в новом теле, возвращение силы пьянило.
Пускай пока и на начальном уровне. Но для кучки неодаренных более чем достаточно.
Мир вокруг стал отчетливее, резче. Я различал не только каждый взволнованный вздох контрабандистов, но и крошечные капли пота, выступившие на их лбах.
В одно мгновение я превратил собранную на ладонях воду в тысячи мельчайших ледяных игл. Они зависли в воздухе вокруг меня, образуя мерцающий в тусклом свете фонарей защитный купол. Иглы вращались, как рой разъярённых ос, готовых по моему приказу обрушиться на обидчиков.
Глыба отреагировал первым, как и положено громиле, привыкшему решать все проблемы грубой силой. Никакой мыслительной деятельности, одни лишь интинкты. Он бросился в атаку с животным рыком, выхватывая из-за пояса длинный нож с зазубренным лезвием.
Мне даже не пришлось прикладывать особых усилий. Небрежный взмах рукой, и часть ледяных игл устремилась к громадному бандиту. Тонкие, острые, беспощадные. Они пронзили его тело десятками сверкающих осколков. Один миг, и неуязвимый великан превратился в кровавое решето.
Глыба попытался что-то сказать, но из его рта хлынула только тёмная кровь. Он ещё несколько секунд стоял, покачиваясь на нетвёрдых ногах, глядя на себя с ужасающим непониманием. Затем его колени подогнулись, и он бесформенной массой осел у дверного проёма.
— Глыба! — в панике завопил Корявый.
Он и один из близнецов выхватили пистолеты, направляя их на меня. Пальцы Корявого дрожали так, что ствол ходил из стороны в сторону, как пьяный. Близнец держал оружие спокойнее, но в его глазах плескался такой же животный страх.
— Стреляйте же! — завопил им Багор.
Но я опередил их. С потолка, где скопился конденсат, сорвались тяжёлые капли. На лету они вытянулись в длинные водяные хлысты, которые с хлёстким звуком выбили оружие из рук бандитов.
Корявый взвыл от боли — я, кажется, сломал ему пару пальцев. Прежде чем он успел среагировать, те же водяные жгуты обвились вокруг его шеи и шеи близнеца, затягиваясь с нечеловеческой силой.
Они захрипели, царапая шеи в тщетной попытке освободиться. Их ногти оставляли на коже кровавые полосы, но это не помогало — вода была крепче стали, и с каждой секундой жгуты затягивались всё туже.
Я поддерживал равномерное давление, не спеша убивать их. Хотел, чтобы они прочувствовали своё полное бессилие. Чтобы они поняли, с кем посмели связаться.
Тем разговорчивее станет тот, кто останется в живых.
Краем глаза я заметил движение сзади. Второй близнец, до этого державшийся в тени, решил подкрасться ко мне со спины. Он двигался так тихо, что обычный человек не заметил бы его присутствия. Но я не был обычным человеком.
Не поворачиваясь, я направил ладонь в его сторону.
Оставшиеся вокруг меня иглы рванулись к бандиту, превращая его в истекающий кровью кусок мяса.
Багор, видя гибель своих людей, отступил к стене, выставив перед собой нож. Куда только делся язвительный и уверенный в себе вожак? Его руки дрожали, а на лице застыло выражение дикого ужаса.
Конец Корявого и другого близнеца был быстрым — они просто перестали дышать и обмякли.
Я отпустил их тела, позволив им рухнуть на пол. Затем медленно обернулся к Багру, единственному оставшемуся в живых контрабандисту. Мне нужен был его страх. И его информация.
— Не подходи! — просипел Багор, тыча в меня ножом. — Чего тебе надо, колдун?
Я не ответил, просто продолжал медленно приближаться. Попутно я начал создавать из дождевых капель, просачивающихся через крышу, странную конструкцию — нечто вроде вращающегося водяного кольца. Оно парило над моей вытянутой рукой, закручиваясь всё быстрее и быстрее.
Не особо эффективно. Если б я хотел убить его, то проткнул бы иглами или водяным копьем.
Зато это зрелище выглядело страшно до жути.
Каждый шаг был размеренным, неторопливым. Я хотел, чтобы он прочувствовал приближение неизбежного. Чтобы успел осознать, что даже не представлял, с какой силой решил связаться.
— Теперь, когда мы остались наедине, поговорим о том, кто заказал моё убийство, — произнёс я спокойным голосом, прижимая Багра к стене.
  
Водяное кольцо над моей рукой пульсировало и искрилось, словно содержало скрытую мощь, готовую вырваться в любую секунду. По сути, так оно и было, я мог в мгновение ока превратить его в смертоносное оружие.
— Я… я не знаю! — запаниковал Багор. — Меня только попросили встретить баржу и проверить, кто на ней!