Аквилон. Трилогия (СИ)
Тритон величественно взмахнул когтистой лапой. Я поднял волну, ледяная вода окатила бегущих с ног до головы.
Через минуту берег опустел. Вдалеке еще слышались удаляющиеся вопли. На берегу остались брошенная одежда, дубинки и последние клочки достоинства бывших королей городской шпаны.
И Варвара. Она стояла как соляной столб.
Я развеял иллюзию. Туман растаял. На берег вышел обычный человек в плавках.
– Ну что, – сказал я, подходя к своей одежде, – братцы твои ещё будут говорить, что я жулик?
* * *Варвара Горшкова стояла на причале, не в силах пошевелиться. Морской дракон! Настоящий морской дракон поднялся из глубин! За несуществующей серёжкой!
Сердце колотилось как бешеное. В голове вертелись строчки из любимой книжки «Невеста речного владыки», которую она прятала под матрасом от братьев.
«У каждого дракона есть истинная пара, предназначенная судьбой…»
А что если… что если дракон пришел не за серёжкой, а за ней? Что если братья‑дураки своими кривыми руками чуть не разрушили её судьбу?
Варька покосилась на Данилу, который спокойно натягивал рубашку. Может, он вовсе не человек? Может, это морской дракон принял человеческий облик? В книжке так и было – днем граф Морленд был обычным аристократом, а ночью превращался в повелителя морских глубин.
– Простите их, – пролепетала она. – Они дураки. Они не знали, кто вы.
Данила обернулся, и Варьке показалось, что в его глазах мелькнули синие искры – яркие, как озерная вода под луной.
Всё! Точно дракон! Её сердечко затрепетало как пойманная рыбка. Вот бы он её похитил и унес в подводный дворец! Она бы не сопротивлялась. Ну разве что для приличия немножко…
– Идите домой, Варвара, – сказал Данила устало. – И передайте братьям, что еще раз полезут, я их на самом деле к водяным отправлю.
Варька пробормотала согласие и умчалась, прижимая руку к сердцу.
* * *Я сел в лодку, оттолкнулся от старого причала. Доски под ногой скрипнули последний раз, словно прощались. Или предупреждали, мол не возвращайся больше, хватит с нас сегодня странных зрелищ.
Лодка скользила по ночному каналу, рассекая чёрную воду. Город уже засыпал – только редкие окна светились жёлтыми квадратами.
Надеюсь, эти придурки больше не сунутся. Потому что завтра весь город будет знать, как два самых крутых ныряльщика удирали от «речного чудовища» с воплями «мамочка». Репутация – штука хрупкая. Годами строишь, а потерять можно за одну ночь. Особенно если эта ночь включает в себя бегство в подштанниках.
Если бы мне пришлось проявлять магию, то поползли бы слухи. Маг воды, это редкость, но не такая уж исключительная. А дальше могли бы докопаться и до моей настоящей личности.
Но кто поверит в чушь про морского дракона‑тритона? Три метра ростом, чешуя, когти, острые зубы? Бред пьяного или труса. Максимум решат, что их что‑то напугало в темноте.
Забавная ирония судьбы. Магически я почти не устал, иллюзия тритона была детской забавой для Архимага. Но тело…
Мышцы ноют от гонки, спина затекла, глаза слипаются. Это тело двадцатилетнего юноши, не закаленного веками магической практики.
В прошлой жизни моё тело было инструментом, отточенным до совершенства. Каждая клетка пропитана магией, каждый орган работал на пределе эффективности. Я мог не дышать часами, не есть месяцами, не спать годами. Тело служило духу, а не наоборот.
А сейчас? Сейчас я раб плоти, который требует восемь часов сна и три приёма пищи.
Со временем смогу укрепить свое тело магией. Насытить мышцы силой, кости – прочностью, органы – выносливостью. Научусь обходиться минимумом пищи, спать стоя с открытыми глазами. Но это потом. Когда я достигну высших ступеней мастерства.
Глава 22
Я спускался по лестнице, прислушиваясь к скрипу ступеней под ногами. Старый дом Елены Павловны разговаривал на своём языке. Каждая половица в нём имела собственный голос. На середине лестницы остановился. Из столовой доносились голоса.
Мужской, молодой, немного хрипловатый. И голос Елены Павловны, взволнованно‑радостный, с теми особыми нотками, которые появлялись у неё только когда она кого‑то кормила.
– Ещё блинчик? Ну конечно ещё! Такой худенький! Прямо смотреть больно! Вот с черничным вареньем, вот со сметанкой.
– Спасибо, Елена Павловна. Очень вкусно.
– Ах, какой воспитанный! Какой вежливый! Прямо как мой постоялец, не зря вы дружите.
«Данила! Данила! Блинчики!» – радостно забулькала в голове Капля. – «Вкусно!»
«Ты дух, ты не ешь блинчики.»
«Несправедливо!»
«Откуда ты знаешь, что они вкусные?»
«Данила знает и Капля знает!»
Интересно, неужели возможность Симбиоза передаёт ей мой аппетит?
Я спустился по оставшимся ступенькам и вошёл в столовую. Елена Павловна всплеснула руками:
– А вот и он! Данила, к вам гость! Такой приятный молодой человек, говорит, вы договаривались о встрече. Я его пока блинчиками угощаю, совсем же исхудал мальчик!
За столом восседал Федька Налим. Восседал, именно так, с видом человека, попавшего в рай. Перед ним высилась башня из блинов, которая, судя по скорости исчезновения, скоро грозила рухнуть. На худом лице с острыми скулами играло выражение абсолютного блаженства.
– Доброе утро, господин Ключевский, – Федька попытался встать, но Елена Павловна надавила ему на плечо.
– Сидите‑сидите! Доедайте сначала! А то остынет же!
– Федька, – кивнул я, усаживаясь напротив. – Не ожидал тебя здесь увидеть.
– Извините, что без приглашения, – он аккуратно вытер губы салфеткой. – Но мы же договаривались на утреннюю тренировку у заводи? Я ждал час, потом два. Подумал, может, случилось что после вчерашнего?
– Какого вчерашнего? – мгновенно насторожилась Елена Павловна. – Данила, что опять произошло? Вы же обещали быть осторожным!
– Ничего не произошло. На рыбалку плавал.
– Ну да, конечно, – она недоверчиво покачала головой. – Рыбалка до двух ночи! Я слышала, как вы вернулись! Половицы в коридоре скрипят, если что!
Федька проглотил очередной блин и добавил с невинным видом:
– Я потому и забеспокоился. Мало ли что могло случиться. Пошёл в «Бюро находок», там Золотов дал ваш адрес. Он меня знает, я раньше ему находки приносил. На хорошем счету у него.
– Данила, я так рада, что у вас появились друзья! – просияла Елена Павловна. – А то всё один да один. Это же неправильно для молодого человека! Садитесь, садитесь, сейчас и вам блинчиков принесу!
Она упорхнула на кухню. Для своей комплекции двигалась она удивительно легко.
Федька понизил голос:
– Кстати, господин Ключевский, вы слышали? Весь портовый район гудит! Братья Горшковы рассказывают, что на них у старых складов напал настоящий речной дракон!
– Дракон? – изобразил я удивление. – Какая чепуха.
– Именно! Но они клянутся! Говорят, был трёхметровый, клыки как сабли, глаза горят синим огнём! Вылез прямо из воды и погнался за ними!
«Злые дяди бежали!»– восхищённо булькнула Капля. – «Смешно бежали! Один даже башмак потерял! Капля видела!»
Елена Павловна вернулась с горой блинов:
– Дракон⁈ Господи, что за ужасы вы рассказываете! В нашем тихом городе!
Поставила передо мной тарелку. Блины были произведением искусства, тонкие, кружевные, свёрнутые конвертиками.
– Елена Павловна, это же просто байки пьяных грузчиков, – успокоил я хозяйку. – Наверняка перебрали в таверне и привиделось.
– Про них даже песню сочинили! – добавил Федька с плохо скрытым весельем. – "Братья Горшковы от дракона бежали, братья Горшковы штаны потеряли'!
– Фёдор! – возмутилась Елена Павловна. – Срамота какая!
– Простите, – смутился он.