Причиню тебе развод. Твой М. (СИ)

Два молодых лейтенанта радостно подхватили будущего воспитанника и уже, наверное, паковали его внизу в тачку.
– Ну, ладно. Как знаешь, – Ворон как будто обиделся на что-то.
– Спасибо, брат, – я протянул ему ладонь.
– Что с ним делать-то? – он на рукопожатие ответил.
– Да хер знает. Помните чутка. Объясните, что женщин обижать нехорошо.
– А сам что? – ухмыльнулся друг.
  
– Убью же нахуй. И да, что там с хатой?
– Все готово уже, – кивнул Ворон. – Вечером пришлю ключ.
Мы еще раз пожали друг другу руки, и он вышел. Я закрыл дверь. Посмотрел на полы с омерзением.
Хозяюшка-то из меня та еще.
Я тут прожил почти месяц. И два раза вызывал клининг. Нахрена заморачиваться с уборкой, если можно не заморачиваться?
Бабки у нас всех всегда водятся.
– Извините, – в дверях гостиной возникла Светлана. – Спасибо вам. Но мне нужно идти.
– Куда? – я даже сразу не въехал.
– Домой, – она обхватила себя за плечи. – Сеня вернется, а меня нет.
Так.
Ладно. Может, стресс? С первого раза не догоняет.
– Иди сюда, – я хотел было взять ее за руку, но она шарахнулась в сторону. Да, блядь! Ладно. Пришлось просто поманить за собой. – Иди, иди.
Светлана послушно прошла за мной на кухню.
– Садись, – она села на стул.
А я потер уже колючий подбородок пальцами.
Хмм.
Дипломат из меня херовый. Разговаривать не очень выходит, мне проще кулаками донести. Но с женщинами такое не прокатывает. Значит, будем проявлять смекалку.
– Света, ты домой не вернешься, – вот я пиздец какой тактичный чувак! Очень мягко начал. Мастерски, прям! – Есть вероятность того, что ублюдок этот приползет и будет вести себя тихо. Но скорее всего ровно до того момента, пока я не съеду отсюда.
– А вы съедете? – она вдруг испугалась. Подняла на меня затравленный взгляд.
– Это служебная квартира. Я военный, Света. Живу тут временно.
– Понятно, – она снова опустила голову.
– Квартира, в которой вы жили – его или общая?
– Его, – тихо ответила она. – У меня ничего нет. Я детдомовская.
– В браке куплена или нет? – где-то в груди щемило нещадно. Да за что ж с тобой жизнь так обошлась, девочка моя?
– В браке. Но я отказ подписывала. Сеня говорил, что с моей зарплатой мне ничего не положено.
У меня пальцы сами собой снова в кулак сжались.
Бывают же такие мудаки на свете! И, главное, как за них вот такие девочки замуж-то идут? Глаз нет, что ли?
Я медленно выдохнул.
Ладно, Светлану я понять могу.
Тот, кто вырос в детском доме любой намек на доброту и любовь воспринимает серьезно. Тянется даже за крохой тепла. Неудивительно, что поторопилась с замужеством, не разглядела.
Я посмотрел на склоненную женскую головку перед собой.
На шее уже явно проступили синяки, стали синеть. На запястьях тоже. Она теребила нервно край своей рубашки пальцами.
Ну? И как ее бросить теперь?
Я же не смогу.
И я не хочу! Вот в чем дело. Я хочу ее улыбку увидеть, услышать смех. И ее стоны, когда она будет подо мной кончать.
– Значит так, – я подтянул к себе второй стул и сел прямо перед ней. Поймал испуганный взгляд и решительно взял прохладные ладони в свои. Удержал, когда она попыталась дернуться, отнять их. – Меня тебе бояться не нужно. Это понятно? Я вреда не причиню. Не обижу.
Она молчала.
Смотрела как зашуганный зверек.
– Сейчас мы пойдем. Вместе. Соберем твои вещи. Не все, просто на первое время. А вечером переедем на другую квартиру. Я хочу, чтобы ты расслабилась.
Она кусала губы.
В глаза не смотрела, уткнулась взглядом в наши руки. И молчала. Пока на мои пальцы не упала горячая крупная капля.
– Света, – я подхватил ее подбородок. Заставил ее поднять голову. Посмотреть на себя. – Тебе нельзя тут оставаться. Ты это понимаешь?
– Понимаю, – она всхлипнула тихонечко. – Но...
– Что но?
– Вы хотите меня... Со мной, – она запнулась, но я понял.
И врать не стал.
– Хочу.
  
Глава 3
 
– Возьми все свои документы.
Мне было хреново заходить в их спальню.
Срабатывал внутренний стопор, что это самое личное место в квартире у супругов.
Хотя...
Они уже в разводе. Пусть не официально, а по моему решению. Но для меня это уже закон.
Я ухмыльнулся уголком рта.
– Вот, – Света подала мне небольшую стопку документов.
– Хм, – я почему-то их взял.
Первым лежал паспорт, но он меня мало интересовал. А вот красный диплом под ним – внимание привлек.
Сестринское дело. С отличием.
Все дисциплины на отлично.
– У тебя высшее образование? – я с удивлением посмотрел на Светлану.
– Ну, да, – она легонько пожала плечами.
– Но ты же говорила, что у тебя нет работы.
– Так ее и нет. Я по специальности работала мало. В частной стоматологии около полугода и все.
– Почему?
– Сеня, – она опять вся сжалась. – Сеня говорил, что все медсестрички... В общем продажные женщины. К ним пациенты пристают, постоянно им конфеты и шампанское тащат. И мечтают только переспать из-за белого халата.
Ох, бля...
Я умыл горстью лицо.
Да он ее давил по всем фронтам. Девчонка классная. Яркая, красивая, умная. Отличница и умница. А этот жиробас брюхатый просто ее размазывал, чтобы дернуться не смела даже в сторону.
Ссал же откровенно.
– А тебе нравится медицина?
– Да, – бархатные щечки ее слегка порозовели. – Это очень интересно. Я еще на практике поняла в институте.
– Понятно, – я захлопнул диплом. Пригодится бумаженция. – Ты все собрала?
– Да. Вот, – она показала на небольшую сумку.
Хм.
Я с такой на тренировку езжу. И это все? Для молодой женщины?
Она управилась за десять минут. А уговаривал я ее почти два часа! Охренеть.
– А вообще у тебя сколько вещей? – задавать вопросы нужно было осторожненько, чтобы лишний раз ее не травмировать.
– Немного. Может быть, две таких сумки. Ну, или две с половиной.
– Собирай все! – скомандовал я. – Вообще собирай все!
Она посмотрела на меня исподлобья.
– Светик, если у тебя ВСЕГО три сумки, я унесу их одной рукой. Но еще раз повторяю, ты сюда больше не вернешься. Будем разводиться. Чтобы ты забыла его как страшный сон. И это, – я подошел и мягко провел пальцами по синякам на ее шее, – тоже. Тебя больше никто и никогда не тронет.
В ее глазах недоверие боролось со страхом.
Я пытался себя убедить, что сейчас она не совершает ту же ошибку, как когда-то со своим мужем. Не пытается поверить мне только из-за того, что ей плохо и она ищет ту самую крошку тепла.
Я-то ведь ей дам не крошку.
Я ее утоплю в этом тепле. По самую маковку.
– Тебе больше ни кто не сделает больно, зай, – я обнял ее за плечи.
Прижал к себе. Поцеловал в макушку.
Блядь.
Делать это без излишнего эротизма было крайне сложно. Кровь со всего тела сама устремилась в пах. Неудивительно. Она же волшебно аппетитная. И даже не знает об этом.
Но после ее вопроса и моего ответа я решил притормозить.
И так ей досталось.
Пусть хоть немножко расслабится душой.
– Мне страшно, – тихие слова мне грудак пробили.
– Не бойся. У тебя есть я.
Я обхватил ее лицо двумя руками.
Поднял кверху, чтобы в глаза посмотреть. И как дебил, завис. Рыжая моя ведьма. Я же тону в этой зелени зрачков. Я же убивать буду готов, если они еще раз заплачут.
Нельзя было так делать.
Нельзя.
Но я не удержался.
Накрыл ее рот поцелуем. Коснулся податливой мягкости. Упругой пухлости розовых губ. Без какой-либо косметики. Они у нее от природы были сочными.
Светлана ахнула.
Я толкнулся языком между приоткрывшихся зубов. И сам почти застонал от ее свежести. Потянулся за ней, как впервые дорвавшийся до женщины пацан.
  
– Отпусти! – она ударила меня кулачками по плечам.
Сука!
Я разжал руки.