"Фантастика 2025-179". Компиляция. Книги 1-26 (СИ)

После девяти кругов впереди остались только два «москвича», голубой и зелёный, оба пилота — ученики Цыганкова. Второй конкретно взялся меня останавливать, обеспечивая победу однокоманднику. Пробуем…
Левый поворот, не самый крутой, подход к нему на 140 километрах в час. По идее, мы должны начать синхронное скольжение правым бортом вперёд, сбрасывая до 70–80, и сразу в противоположную сторону — левым бортом вперёд, до выхода из змейки.
  
Но я — безыдейный. Как только парень с АЗЛК начал вводить машину в занос, прибавил газ и втиснулся между его передком и сугробами. Моего «жигулятора» крепко подбросило на кочках, образовавшихся у левого снежного бордюра, правое заднее крыло шкрябнуло по бамперу «москвича». Я плавно выкрутил руль влево, утапливая машину в сугроб по фару, задница устремилась вперёд, сталкивая голубого с избранной траектории. Он тоже зацепил крылом снег, пройдя по внешнему радиусу, мы вкатились в занос на следующем повороте, поменявшись местами, я выбарахтался вперёд и снова повторил контактное торможение, увеличивая разрыв и больше не касаясь «москвича».
Зелёный мелькал впереди, опытный зимний гонщик. Резина наверняка шипованная, как у меня, на этот раз шипы разрешены. Проходил повороты по идеальной траектории, но не рискуя коснуться снега. А я рисковал, полностью погрузившись, вработавшись в трассу, и с каждым заносом приближался.
Здорово мешали любители, отставшие на круг. Сначала они задерживали соперника, пока он выбирал место для атаки, я подбирался едва ли не до касания бамперами. Потом зелёный проскакивал вперёд, а аутсайдер тормозил меня.
Четырнадцатый круг. На повороте — груда битого железа, перевёрнутые «москвичи» и «жигули», один из везунчиков оказался наверху соперника, едва не оторвав ему крышу.
Я проехал бампер в бампер за лидером и с невероятной тщательностью придавил газ. Сработал ювелирно, отобрав доли секунды на разгоне, моя красная вынеслась борт в борт с ним к следующему повороту, правому, по внутреннему радиусу. И, естественно, я припозднился с торможением, но не учёл, что со мной поступят так, как я с другими. Толчок в левое заднее крыло, морда влетела в снег, машина стала поперёк трассы, чтоб принять удар передком «москвича» в левые двери.
Бам-м-м! Даже каркас прогнулся, левая рука ощутила нехилый удар. Зато меня выкинуло из сугроба — как раз в направлении продолжения гонки. Дважды просить себя не заставил и втопил!
Мы неслись с гонщиком из АЗЛК к финишной прямой нос к носу, обороты за семёрку, скорость больше 170-ти… И вдруг он отстал, не помешав завершить забег в полном одиночестве. Выбравшись из помятой красной через правую дверь, увидел зелёного «москвича» в полусотне метров от финишной черты. Пилот вылез из кабины и толкал его! Из-под мятого капота клубился пар. Зелёного обогнала одна машина, вторая, третья.
Похоже, парень повредил радиатор, врезавшись в мою красную. Думаю, мотор, звенящий на предельных оборотах, моментально перегрелся, закипел и обрезал. Как только прекратилось движение по инерции, бедолага выполз и дотолкал-таки своё авто до финиша.
Разборки были жёсткие. Меня обвиняли в опасной езде, в нарушении правил, в провоцировании аварии, что честный и чистый спорт превратил в гонку на выживание. Я апеллировал, что на последнем повороте «москвич» ударил меня дважды — в заднее крыло и в двери. Моя красная морда девственно чистая, сам водитель как агнец… Уже если кого карать — так московского, обидевшего честного меня. Цыганков поклялся в очередной раз, что разбойник Брунов ни за что не увидит международных трасс.
На следующий день погнали от Винницы на юг. И моя, и зелёная с АЗЛК смотрелись девственными. Замена навесных элементов кузова, радиатора, поршневой — этот ремонт в условиях гонки считается мелким.
Чем южнее, тем меньше снега. Началась небольшая оттепель, машины неслись, разбрызгивая грязь, сами чумазые. Ближе к Умани начался последний скоростной спецучасток.
Ося как штурман работал на нём вполне грамотно. Владел собой, чётко указывал повороты. Но когда летели по дороге, прорезавшей редколесье, не спасли ни его умение, ни мой опыт.
Навстречу пёр КрАЗ. Я увидел его на долю секунды позже необходимого — на выходе из поворота. Всё внимание было приковано к прохождению этого поворота и заднице «жигуля», которого собирался атаковать и шёл в сантиметре от него. Осип завопил, машина пошла юзом, я надавил газ, пытаясь сдёрнуть её с трассы, не хватило считанных миллиметров. Заднее крыло зацепило за переднего «жигуля», тоже пытавшегося тормозить, нас крутануло и впечатало в КрАЗ. Перед тем, как погас свет, успел заметить: бью грузовика скользящим ударом по левому борту… И врубаюсь аккурат в заднее колесо!
Марина примчалась в Умань, как только сведения об аварии достигли МАЗа. Я лежал областной больнице с черепно-мозговой травмой, переломом левой руки, ключицы и левой ноги. Ося отделался ключицами, треснувшими от привязных ремней, и разбитым о торпедо коленом.
— Едва не овдовела, не успев выйти замуж?
Она ахнула, услышав такое вместо «здравствуй, любимая, спасибо, что приехала». Потом выдохнула.
— Раз язвишь — не безнадёжен, — присела на край кровати. — Брунов! Пойду с тобой в ЗАГС, только если завяжешь с гонками.
— Ну… тут не только моя вина. Хотел гонять на грузовиках, много железа, огромная рама вокруг кабины…
— Хочешь сказать, что я виновата? Я не позволила⁈
Чувствуя, что переборщил, пошёл на попятную:
— Скорее всё же сам виноват. Надо было оставить легковые и перейти на траки, не слушая тебя. Но что делать, если я — твой чёртов подкаблучник?
— Мой… Мой! — только после этого начала осыпать поцелуями. — Ты же выздоровеешь, правда?
— Конечно. С инвалидом жить непросто.
— Ты меня доконаешь. С любым буду жить! Но лучше со здоровым.
Она оставалась со мной десять дней, пока не разрешили перевод в Минск, меня забрал верный «икарус» раллийной команды, в которого погрузили в гипсе и в отвратительном самочувствии. Кроме того, Марина успела навести шухер и добиться возбуждения уголовного дела в отношении организаторов ралли, допустивших въезд КрАЗа на гоночную трассу. Мне объяснила: предстоит крупный иск, истец — МАЗ, ответчик — ДОСААФ Украинской ССР, при наличии доказанной вины по уголовному делу разорить их на деньги проще. Заодно оформила 12-дневное, с учётом дороги, отсутствие в Минске служебной командировкой ради взыскания убытков МАЗа из-за разбитой машины и выхода из строя особо ценного работника.
Уверен, если бы умер, обрыдалась бы, но выколотила из ДОСААФ в несколько раз больше. Это — Марина.
Переломы, пусть не осложнённые смещениями и осколками, вывели меня из строя месяца на два. Советская автомобильная промышленность, необременённая моим присутствием, достигла за это время положительных результатов, как в целом, так и на белорусском МАЗе. Выходит, я — помеха для развития автопрома?
Если серьёзно, Поляков подписал постановление о стандартизации двигателей для малолитражных легковых автомобилей, кроме «волг» и «запорожцев». За основу, в том числе для «москвичей», берутся два ВАЗовских мотора объёмом 1300 и 1600 с одинаковыми поршнями диаметром около 79 мм и различающиеся ходом поршня, материал блоков — чугун, с улучшенной смазкой распредвала. Для экспортных экземпляров и для «нивы» допускается использование ГБЦ с 16 клапанами. В целом узлы и отдельные части двигателей, производимых в Тольятти, Уфе и на Минском моторном заводе, большей частью унифицируются.
Что любопытно, если верить прессе, ликвидность «Москвича-2140» с передним приводом и задней балкой на пружинах догнала машины АвтоВАЗа, где, кроме спортивной малой серии и внедорожников, производилась «классика». Я подозревал, что Поляков специально притормозил обновление «шестёрки» до переднего привода и запуск 2105/2104, чтобы дать московскому АЗЛК хоть немного вдохнуть свежего воздуха от увеличения продаж. Запорожский автозавод дышал на ладан, не в состоянии конкурировать с дешёвыми переднеприводными ижевцами, там требовалось что-то срочно менять: модельный ряд, персонал, техническое оснащение, производственные цеха, возможно — сам город, родивший ушастое чудо техники, правда, с выносливой коробкой передач. Только ГАЗ чувствовал себя в неуязвимом положении без каких-либо реформ, обеспеченный заказами для такси и госчиновников. Да и ГАЗ-53 пока не имел альтернативы.