Дурень. Книга шестая. Тайфун
Вторую эскадру Виктор Германович составил так же из двух богинь – настоящей «Авроры» и «Дианы – 2» и порового шлюпа «Мария» – этим нужно ограбить Шанхай и присоединить королевство или ванство Рюкю к Джунгарскому ханству. Для этого… Ну, Сашка всё, что нужно, Генриху Фёдоровичу фон Штольцу, который возглавит эту эскадру, детально и подробно растолковал. Дел много, в том числе и попробовать извлечь со дна бухты в Нахе на Окинаве орудия американских кораблей. Если получится хотя бы половину достать и вернуть в строй, то можно уже никого не опасаться тем, кто будет руководить обороной Рюкю. А что рано или поздно туда американцы и англичане пожалуют можно не сомневаться.
Третья эскадра самая большая. Флагманом здесь стала «Паллада», на которой Сашка обосновался. Сюда же попала и «Паллада – 2,» недавно только прибывшая на Тихий океан. Ну и куда деваться, именно в эту эскадру попали все три трофейных фрегата «Леандр», «Тринкомали» и «Форт». Здесь командовать будет сам Виктор Германович. На крюйс-стеньге «Паллады» теперь развевается на ветру контр-адмиральский флаг.
В половинку эскадры, которая останется охранять пролив Цугару и новые крепости «Белый замок» и «Коробчатый замок», раньше называвшиеся Мацумаэ и Хакодате, вошли паровой шлюп «Гретта» и барк «Южная Америка». Им же в обязанность вменялось патрулировать время от времени восточное побережье Курильской гряды и потопление или арест американских китобоев, в зависимости от того порожний попадётся или уже гружённый. Среди конфискованных китобоев Сашка выбрал самый скороходный и новый, им оказался шлюп «Бостон», который переименовали в «Беринг». Его вооружили всякой мелочью пушечной, что себе не гоже, и двумя обменянными на другой китобой у генерал-майора Василия Степановича Завойко 32-фунтовыми орудиями, снятыми с «Двины». Завойко собирался поднять орудия с потопленных в бухте судов англо-французской эскадры и на обмен пошёл легко. В результате получилась неплохая добавка к эскадре, которую возглавил капитан Ирби, тоже повышенный Виктором Германовичем до капитана второго ранга. Уж гонять практически невооружённых китобоев сможет, как и отбиться от японских джонок.
На эскадру капитана «Ирби» ещё и торговля с Кореей возлагалась, продовольствие нужно, кормить пленных, строящих укрепления и города, кроме того, нужны новые жители. Так их тоже первое время кормить и одевать надо, благо обменный фонд регулярно пополнялся, японцы теперь не собирали дань с айнов, и те с удовольствием приносили пушнину в обмен на табак и продовольствие. При перевозке этих шкурок в Корею цена возрастала многократно. Ну и плюсом ворвань и спермацет с китобоев. Есть чем торговать.
Про спермацет Сашка переговорил с Ирби отдельно. Мол, Пауль, понимаю, что не твоё, но попробуй купить в Корее или переманить специалистов, что свечи умеет делать. Одно дело тащить им на продажу бочки со спермацетом и совсем другое готовые свечи, цена сразу в разы увеличивается и, кроме того, производство с мастерами и учениками появляются.
– Бу-бу-бу, – Ирби точно купцом и промышленником не был. Попиратствовать и американских китобоев пощипать – это да. А строить свечной заводик – это не «да». – Ничего не обещаю. Попробую.
Событие третьеЕсть такие люди, которые не могут жить без авантюр. Даже в самых простых делах, в которых, казалось бы, нельзя нарушить закон или что-то сделать не так, как надо, эти люди совершают свой трюк, и притом почти всегда он оказывается удачен и авантюра удаётся.
Об этой истории вскользь упомянул Иван, когда рассказывал Виктору Германовичу про Крымскую войну, точнее про ту её часть, что была на Дальнем востоке. К слову пришлось, мол, и у американцев бывали проколы.
– Там был авантюрист один американский – флибустьер. Так в США тогда не только пиратов на море называли, но ещё и тех, кто осваивал новые земли. Звали флибустьера Уильям Уокер. Уокер году в пятидесятом переехал в Калифорнию, когда там началась Золотая Лихорадка, и устроился работать в газете сначала в Сан-Франциско, а затем, испугавшись холеры, в Мэрисвилле, где ещё и адвокатом немного подрабатывал.
В октябре 1853 года Уокер вместе с группой сторонников из сорока девяти человек отплыл из Сан-Франциско на судне «Каролина» в Гуаймас. Это Мексика. А три недели спустя решили авантюристы поменять цель и пересекли Калифорнийский залив. Флибустьеры эти, высадившись в Нижней Калифорнии, захватили город Ла-Пас. В январе 1854 года Уильям Уокер провозгласил независимую от Мексики Республику Нижней Калифорнии и объявил себя ее президентом. Потом он, чуть позже, присоединил соседнюю территорию Соноры на другом берегу Калифорнийского залива и переименовал свое государство в Республику Сонора.
Всё же пятьдесят человек на такую огромную территорию было маловато и справедливо опасаясь мексиканской армии, президент Уокер переместил свою ставку в Энсенаду. Это городок чуть южнее Тихуаны, недалеко от границы с США. Слухи об успехе предприятия Уокера дошли до Сан-Франциско, все газеты Калифорнии рукоплескали «своему парню». Несколько сотен добровольцев хлынули в Нижнюю Калифорнию. И всё бы хорошо, но по необъяснимой причине его судно «Каролина» ушло в море с основным грузом припасов. И исчезло. Флибустьеры эти остались без продовольствия. Ситуация ухудшилась, когда прибыло еще 200 человек из Сан-Франциско. Отсутствие продовольствия и пороха, неудача нескольких фуражных экспедиций привели к тому, что Уокера стали покидать его сторонники и к тому времени, когда он дошел до реки Колорадо, с ним осталось всего 35 человек. Пришлось флибустьеру возвращаться в США, где его чуть не посадили в тюрьму.
Виктор Германович тогда просто удивился – пятьдесят человек легко захватывают города и даже целые республики создают. И вот теперь, когда он капитана второго ранга фон Коха в Форд-Росс отправлял, эта история из дальних уголков сознания Сашки всплыла и спросила: «А ты чем хуже»?
– Владимир Фёдорович, нужно найти в Сан Франциско, перед тем как его в очередной раз обстрелять ночью и перетопить всё что в бухте находится, некоего адвоката или газетчика, которого зовут Уильям Уокер. Он должен только что вернуться из Нижней Калифорнии, из Мексики. Человек деятельный, нужно завербовать его в наши ряды. Если не получится, то выпытать всю информацию по одной авантюре, – и Сашка рассказал фон Коху эту историю.
– Тоже захватить надо? – хмыкнул недоверчиво капитан второго ранга.
– Конечно. У нас там полно кораблей и продовольствие всегда можно доставить, как и припасы. Кроме того, у нас есть семейка Вальехо. Можно генерала Мариано Гваделупе организовать на это действо. У Мексики с Нижней Калифорнией практически нет границы. Если захватить Тихуану, то по суше граница станет по реке Колорадо, а с Востока Калифорнийский залив. При отсутствии нормальных орудий и кораблей у Мексики легко можно отстоять эту территорию. Потом она, когда там всё успокоится, войдёт в состав Джунгарии.
– А сил у нас хватит? Захватить территорию, наверное, можно, а вот удержать? – правильно продолжал сомневаться фон Кох.
– А мы там отменим налоги сначала, перевешаем бандитов, поставим на должности мэров городов нормальных людей, и они сами будут биться за отделение от ненавистной Мексики, при которой и бедным и богатым одинаково плохо живётся. Только этого Уокера надо найти обязательно. Он особенно, если встанет на нашу сторону, просто незаменимый источник информации. Ну, и тот ещё авантюрист. Пусть не Президент будет, а генерал-губернатор. Пообещай ему.
– Попробую.
– С этим всё. Теперь по Ванкуверу. Там без лоцмана и хорошей карты соваться к городу – смертельный номер. Нужно захватить купцов или китобоев на входе в залив, под их прикрытием получить лоцмана и только потом уже соваться в залив. И, Владимир Фёдорович, поторопитесь. Сентябрь скоро, пока дотуда доберётесь ещё больше месяца, погода может испортиться. Если попадёте в шторма, то чёрт с ним с Ванкувером, сначала Форт-Росс и обстрел Сан-Франциско, потом захват Калифорнии этой Нижней, ну, а весною можно вернуться к англам. Посетить, поговорить на языке артиллерии, другого языка они всё одно не понимают. Если по дороге попадутся американские китобои, то топите. Не будут приплывать корабли с добычей, и желающих отправляться в наши воды резко поубавится. Так глядишь американская Калифорния и захиреет потихоньку.