Рыцарь Резервации. Том III (СИ)
— Эй, я не буду сидеть тут целый день и уворачиваться от твоих кулаков! — зарычала фокс и наставила пушку на Сен. — Я победила тебя, хватит! Мне сегодня надо в город!
— Хватит будет только тогда, когда Илья Тимофеевич скажет «хватит». Он приказал мне четко и ясно — «пока меня не будет, гоняй эту рыжую булочку до седьмого пота».
Рыжую бу… Так это он!
— Поэтому…
Тома попятилась. Хреново.
— … мы начинаем новый этап. Но не боись, всего лишь до обеда, а то не хочется отрывать коллектив от дел. После обеда мы от тебя отстанем.
— Фух, — выдохнула Тома. — Постой, ты сказала «мы»? «Коллектив»⁈
— Угу. Если сюда заявится Булгарин с компанией, мы сможем отбиться. Но если он перехватит тебя вне усадьбы, то рассчитывать ты сможешь только на себя. Поэтому…
И по щелчку ее пальцев, раздались шаги — в коридор вышли автоматы. Человек пятнадцать с оружием. Мио и Ги тоже были среди них. У первой по пистолету в каждой руке. Вторая все еще держала в руках корзину для белья.
— … тебе придется отбиваться ото всех. До обеда, договорились?
— Эээ, — замотала головой Тома, пятясь. Револьверы отчего-то стали зверски тяжелыми. — Но…
— Не волнуйтесь, Тамара Сергеевна, пороху мы недосыпали, а пули резиновые! — кивнула Ги, выходя с ней.
Она поставила корзину на пол и сунула туда руки. Через секунду в них заблестел винчестер.
— Главное, не опускайте нос. До обеда всего семь часов!
— И еще вам бы неплохо надеть бронежилет. Ну так, на всякий случай, — добавила Мио. — Он в кладовке, на втором этаже.
Они вскинули пушки и, вскрикнув, Тома бросилась за бронежилетом.
Пальба поднялась нешуточная.
* * *Спустя пять минут после того, как в лифте спустилась группа Борисова, лифт вновь ожил и поплелся на самый верх.
Мы же с интересом принялись наблюдать за стрелкой над дверьми.
— Не смотрите туда, в ней нет никакого смысла, — сказала Юлия Константиновна. — Давным-давно.
И вправду, стоило стрелке дотронуться до отметки «79», как ее начало колбасить. Затем лифт остановился — где-то высоко-высоко, а потом снова принялся медленно спускаться.
Мы же стояли и терпеливо ждали. Вскоре двери открылись.
— Мама… — охнула Мила, выползая в вестибюль, вместе с Сашей в обнимку. — Мы выбрались… Аки!
И она бросилась ей на шею. Еще пять минут мы пытались успокоить девушку, ибо от разбушевавшихся чувств Мила едва не задушила Аки.
— Прости… прости, Аки… Я такая дура-а-а-а…
— Камилла Петровна, успокойтесь, все позади. Аки ни в чем не виновата. Илья Тимофеевич, что же вы стоите? Ох, отпустите Илью Тимофеевича!
Победив излишне эмоциональную дворянку, мы всем оголодавшим составом поплелись в столовку, где все встретили нас как героев. Пришлось отбиваться еще и от студенчества, но мы были вознаграждены — повара были в курсе инцидента и приготовили для нас отдельный стол, и он буквально ломился от еды.
Рассевшись, ели мы в полном молчании. Потом к нам присоединилась Свиридова.
— Больше такого инцидента мы не допустим, — сказала она, присев на лавку напротив нашего стола. — Вход на верхние этажи только по спецпропускам.
— Давно пора… — буркнула Мила.
Свиридова покачала головой:
— Нет, Камилла Петровна, этот инцидент единичен. Если не считать пропавших Петрова с Илларионовой, конечно… Эх, раньше Цитадель так себя не вела. Когда я только приехала в Шардинск, Цитадель насчитывала всего-то 69 этажей. Совсем немного, учитывая какую громадину вы видите нынче.
— Она не росла? — спросил я. — Ни вверх, ни вширь?
— Росла, но медленно, и иной раз, чтобы это заметить, нужно было проработать в ШИИРе годы. А потом…
— И с чем связан такой взрывной рост?
— Не знаю. Но примерно в тот же момент пропал Вернер. И Онегин, кстати, тоже.
— Дядя ушел искать объект 1-В?
Свиридова опешила, а потом махнула рукой:
— Ах да, я и забыла, что Вернер вызывал вас… О, нет! Только не говорите, что он решил припахать вас к этой авантюре⁈
Я невинно улыбнулся.
— Нет, я этого не допущу! И не спорьте, Илья! Это безумная идея. Я говорила об этом Вернеру раз десять, но он и слушать не хочет.
Вдруг по столу прошлась волна вибрации.
Мы затихли, как и вся столовка. Дрожали стены, дрожал пол, а — апчхи! — с потолка посыпалась штукатурка. Окна тоже задребезжали.
— Мама… — пронесся в тишине испуганный возглас.
Было слышно даже как солонки с перичницами позвякивают по столам. Затем — бум! — и пара пустых стаканов съехало на пол.
Немного погодя, дрожь исчезла.
— Что это было? — охнула Мила. — Землетрясение?
— Нет, — сказал я, вглядываясь в глаза Свиридовой. — Это ШИИР, и он уже на грани.
— Илья…
— А если он и вправду рухнет, то что тогда? Он же может, и в любую секунду!
— Мы найдем способ. Мы пригласили лучших инженеров.
— Думаете, они смогут укреплять его быстрее, чем он сам разрушает себя, наращивая все новые и новые этажи⁈ Это самообман. Все, что мы реально можем — это пройти в «Красную зону» и забрать оттуда кристалл способный подчинить ШИИР. Вы же лучше меня знаете, что новичкам там везет!
— Да. И тем не менее. Вам нужен опыт.
— Опыт в том секторе пагубен, — ухмыльнулся я. — Онегин не даст соврать.
— Постойте, вы о чем? — захлопала глазами Мила. — Какой еще объект? Какая зона? Почему ШИИР должен рухнуть⁈ Саш, ты понимаешь, о чем они?
Та пожала плечами, а я откинулся на стул. Похоже, разговор будет долгим.
Глава 15
Тома пришла по последнему адресу и забарабанила в дверь. Скоро ей открыли, и на пороге встал обрюзгший хрюкс Анатолий. Попахивало от него ядрено.
— Ага, Томочка, добрый день, — ухмыльнулся он в щетку усов. — Какими судьбами? Решила проведать старых друзей? А… ты че это в очках?..
— Привет, Толя, — смутилась фокс и поправила темные очки. — Да так, не важно…
— Чего, надоело сидеть в своем Таврино?
— Я проездом, туда и обратно, и тебе советую переехать в Таврино. Там хорошо, тихо и барон нормальный.
Анатолий хмыкнул:
— Мы сами с усами! Для того в Шардинск и ехали. Или забыла? От рабства на свободу. А вы с Яром чего? От одного хозяина к другому? Ай-ай-ай…
— Да иди ты! Скажи лучше, сестру видел?
— А как же? А ты чего, так замоталась по барским усадьбам, что найти родную сестру не можешь?
— Слушай, хорош! Лучше б, помог, я уже с ног сбилась. Еще с неделю назад договаривались встретиться у нее и поехать в Таврино, но хозяйка сказала, мол, съехала еще вчера. А куда, не знает. Видел ее?
— Как же? Заходила, и… — и хрюкс сунул ей под нос сложенный конверт, — просила передать.
Сердце забарабанило сильнее, Тома протянула руку. Конверт тут же исчез.
— Останешься на чай? — дернул пятачком Анатолий, и дверь раскрылась чуть шире. Обстановочка была та еще. — Вспомним родные места? Или спешишь?
— Мне сестру искать надо, прости…
— Ха! Держи и проваливай, рыжая сука! — плюнули ей под ноги, а затем бросили конверт туда же.
Затем и дверь захлопнулась. Щелкнули замки.
Где-то секунд десять Тома стояла и тупо пялилась в закрытую дверь. В голове шумело.
Наконец, она нагнулась и подняла смятый в комок конверт. На нем было написано: «Грязной подстилке по имени Тома».
* * *Земля взорвалась, и к нам снова вылезли чуды. Огромные, жирные, скользкие — напоминающие червей с руками. Еще во время первой «вылазки» такая тварь проглотила Милу целиком.
На этот раз и Бергольц, и все мы были готовы. Я сразу заморозил землю, и тварям не осталось ничего, как беспомощно извиваться, наполовину выбравшись из нор. Тут в дело вступил Шах — взмахнул молотом, и во врагов полетели полетели камни. Пока Мила готовила огненный шторм, Саша нашпиговывала особо мощных светящимися стрелами. Женя же наскоро залечивал ей ногу — после прошлой схватки ее рана снова открылась.