Рыцарь Резервации. Том III (СИ)

  
Рыцарь Резервации. Том III
   
Глава 1
 
АВТОМАТ⁈
Фокс отпрянул, а страшная машина сделала шаг вперед.
— Посторонний? Интересно… Я люблю посторонних…
Она шагала вперед, а из пальцев медленно вытягивались длинные металлические когти. Вокруг что-то забегало и заскрипело. Свеча в руках дамы-автомата разгорелась.
  
Яр огляделся — тут их были десятки, и в пустых лицах каждого автомата поблескивало пламя свечи. Даже его напряженное лицо мелькало то тут, то там.
— Посторонний! — и из потолка вылезла растрепанная девичья голова. — Дайте два!
Раскрылись двери, на пороге встала белая фигура. За ней появилась еще одна, а потом целая вереница дам вошла в комнату. Проигнорировав Яра, каждая подошла к своему автомату и слилась с его телом. Еле слышно зажужжало, а секунду спустя машины сошли со своих мест. В груди каждой пылал огонек геометрики.
— Посторонний! — заголосили они. — Дайте нам постороннего!
Звякнув, меч сам собой прыгнул в ладонь фоксу, и он вскинул оружие. Огонек свечи блеснул и на клинке, который Яр полировал всю ночь напролет.
Ну, кто первый⁈
Автоматы сделали еще шаг, а затем застыли на месте. Фокс прижался к стене, но меча не опустил. Шерсть на загривке встала дыбом. Он был готов рвать металл зубами. Однако никто из дюжины автоматов не собирался подставлять ему сверкающие бока.
Яр еще сильнее сжал зубы. Только подойдите жестянки, и…
— Постойте! — воскликнула дама-автомат со свечкой и устремила в грудь Яру острый палец. — Рыжая шерсть, хвост, грубоват и рычит да гавкает на каждый угол?.. Да вы же Ярослав Коршунов, кузнец, о котором рассказывал хозяин!
Хозяин⁈ — бессловно ахнул Яр и слегка опустил клинок. Илья Тимофеевич повелевает этими тварями? Он, вроде, упоминал, что в усадьбе обитает всего лишь «парочка автоматов». Может, перегнул, но не настолько же…
— Меня зовут Мио. Вижу, меч при вас! — кивнула дама и, убрав когти, протянула две руки. — Позвольте взглянуть?
Где-то пару секунд Яр тупо пялился в свое отражение в зеркально гладкой физиономии. Дама-автомат не торопила его.
Прокляв все на свете, он медленно протянул ей меч, и тот мягко оказался в пальцах Мио. Она сделала пару шагов в сторону и пару раз взмахнула им. Затем перебросила из руки в руку, взвесила на запястье и покачала головой:
— Баланс чуть-чуть смещен к рукояти… Однако в остальном вы справились прекрасно. Поздравляю, господин Коршунов! Хозяин будет доволен!
Окружающие автоматы молча захлопали в ладоши. Дождавшись конца аплодисментов, дама-автомат продолжила:
— А теперь — посвящение в род! — и хлопнула в ладоши.
— Посвящение в род! — заголосили со всех сторон. — Посвящение в род!
Яр опешил:
— Какое еще посвящение? Где моя сестра, где Марлинский⁈
— Илья Тимофеевич сейчас отсутствует, — сказала четырехрукая, — поэтому нам придется провести обряд самим. Но не волнуйтесь. Это совершенно безболезненно. А что до вашей сестры — эта любопытная лисичка наверняка шляется где-то в усадьбе. Все с ней будет в порядке.
— Если она не додумается спуститься в подвал, конечно… — бросила одна из железных дам.
Автоматы начали приближаться. Заворчав, фокс вжался в стену. Нет, ни о каких посвящениях ему не говорили!
Вдруг где-то зацокали каблучки. Протяжно заскрипела дверь. Щелк! — и в комнате загорелся свет. Автоматы обернулись — позади стоял девушка с длинными черными волосами.
— Так, девочки, — сказала она, уперев руки в бока, — чего это вы тут устроили? Почему так темно? Я ненавижу, когда темно!
И бросилась раздвигать шторы.
— У нас посвящение в род, — замахали на нее. — Не мешай, Рух!
— Опять вы за свое⁈ — зарычала она, безжалостно отбрасывая одну занавеску за другой. — Сколько раз я говорила, чтобы не вздумали затенять помещение! А ну-ка, Ги, помоги, мне открыть окна! Хватит, засиделись в склепе!
Скоро комнату затопило солнце. Яр проморгался — обстановка полностью преобразилась. Если не считать жутковатого вида деваху, выглядывающую из потолка, даже грозные автоматы не выглядели такой уж большой опасностью.
— Ага, вы же господин Яр, да?
Девушка подошла к нему и внимательно осмотрела с головы до ног.
— Так, раз ваши штаны еще сухие и вы в ужасе не бежите прочь, значит, вы успешно прошли испытание, поздравляю! Меня зовут Рух!
И она бесстрашно протянула ему ладонь. Немного подумав, фокс пожал ее ручку — она просто исчезла в его здоровом кулаке. Заметив в ее глазах странный блеск, он опешил — зрачки обоих были причудливой геометрической формы. Хранительница?
— Яр…
Улыбнувшись ему, девушка повернулась:
— Мио, найди нам сестру Яра, быстренько! Ги, сколько можно тебя просить: закажи еще пачку писчей бумаги и чистящее средство для труб! Лиза уже пять раз просила! И…
Вдруг снизу раздался протяжный крик.
— Ойк! Походу, лисичка все же сунулась в подвал! — сказала четырехрукая мадама. — Господин Яр, если мы не поспешим, посвящение зайдет слишком далеко.
* * *
Оцепенев от ужаса, Тома принялась закапываться все глубже в провода, но жуткая машина, скрипя и визжа шарнирами, ползла прямо на нее.
— Хорошая собачка, — простонала Тома, пытаясь сообразить, как ей защититься.
Позади ничего кроме проводов, впереди три пары глаз сверкают рубиновыми бликами, с заточенных клыков свисают черные ниточки, а из оскаленного брюха раздается чудовищно рычание…
— Мама!
Хвосты ударили об пол раз, другой, и адская тварь вся вжалась в пол, приготовившись к прыжку. Сердце в груди Томы заходилось как бешеное — она в сети, ей не сбежать!
Вдруг позади мелькнули огоньки — синий и зеленый.
В следующую секунду сквозь рык раздался странный звук:
— Мяю! Шшшш!
Вздрогнув, сторожевая машина и затравленно оглянулась, но слишком поздно — огоньки обратились черной кошкой с белыми пятнами, и она бесстрашно прыгнула псине на загривок.
— Шшшш!
Подвал затопил вой отчаянной борьбы. Пес метался из стороны в сторону и, все больше запутываясь в проводах, катался по полу, однако кошка словно таяла. От ее тельца отделялись сотни маленьких жучков и скрывались в каждой щели панциря этого страшного юда.
Тома молча наблюдала за схваткой и от страха не могла двинуть и пальцем.
Наконец от кошки осталось одно черное пятно, и оно в мгновение ока растворилось в металлическом панцире. Монстр с воем повалился на пол. Затем задрожал и вскинул головы.
Глаза блестели торжеством. Пес смотрел на Тому, и тут она поняла, что ей не избежать смерти.
Монстр вывалил язык, вытянул лапу и со страшным скрежетом пополз к ней.
— Мама… Мама… — бормотала девушка, в отчаянии предприняв очередную попытку выбраться. Нет! Слишком сильно запуталась, дура!
Тут внутри пса что-то громко щелкнуло, но пес не отступал. Чиркая когтями по полу, елозя хвостами, он двигался к ней. Все ближе и ближе.
Снова щелчок, и, на мгновение зависнув, тварь снова дернулась в сторону Томы.
Еще шажок, еще… Пасть раскрылась шире, изнутри раздался металлический клекот. Тома тоже дернулась — нет! Руки запутались, на ноге затянулась петля. Никак…
Еще ближе. Огромные, пустые глаза пса заполнили собой все, только руку протяни и останешься без пальцев.
Кряк! — и все три башки раскрыли свои пасти. Отвернувшись, Тома всхлипнула, зажмурилась… Сердце едва не вырывалось из груди.
Яр… Яр, прости меня, дурочку. Что ушла и…
Щелк! — и опустилась тишина.
Тома глубоко задышала не в силах остановиться. Ждала свою смерть с замиранием сердца, но костлявая отчего-то запаздывала.
  
Блин, ну чего она ждет-то? Давай, давай быстрей…
— Эй, дуреха! — раздался тоненький голос. — Проснись и вытри сопли!
Дуреха⁈ Тома открыла глаза.
Пес сидел рядом с ней — глаза потухли, ни одна конечность не двигается. Даже хвосты, и те смирно лежали на полу как дохлые змеи.