Берсерк забытого клана. Заговор Падших (СИ)

— Это те, о ком я подумал? — уточнил я у Инквизитора, ведь это, с вероятностью девяносто девять процентов, он.
— Сам-то, как считаешь? — прозвучал риторический вопрос.
— А там тогда кто? — я указал направление на бесформенные очертания у дальних трибун.
— Демон Искупления, и он готовится выполнить свою прямую миссию, — пояснил собеседник, а я поёжился.
От прозвучавших слов, похожих на откровение тёмных материй, я повернулся к своему собеседнику и…
— А вот теперь я не понял! — я ошарашенно сел на каменный пол, простецки сползая по стеночке. — Чукча?
— Моя тоже радая встрече с хозяиной!
С этой фразой мой пропавший, а ныне нашедшийся, Фамильяр вскарабкался мне на колено и застыл перед глазами.
— Даже не буду интересоваться, что это было, но ты сможешь отпугнуть Демона Искупления? Мне потолковать с теми двумя до одури необходимо.
— Моя его уже спровадила, до поры до времени, — он деловито скрестил лапки в районе груди.
Не все, а лишь парочку, оставив себе возможность жестикулировать остальными лапами-руками. Усы чудик вытянул вертикально, а я не смог удивиться его появлению с требуемой основательностью из-за банального шока и неверия в происходящее.
— А хозяина намерен ругаться? — вкрадчиво поинтересовался рыжий пройдоха с хитрющим выражением во взгляде.
— Сам-то как считаешь, может рабочие версии имеются? — я вскинул бровь. — Даже не пойму, друг мой усатый, мне как реагировать. Н-да-а… — я иронично покачал головой. — Но! — я воздел вверх указательный палец, — видеть тебя мне намного приятнее. Радость сердце переполняет и ругаться не обязательно! Извини, обниматься не будем — иначе помну твои стройные усы, — добавил я, чуть не рассмеявшись в полный голос.
Чукча наверняка смог-бы стать красным от прилива радостных чувств, но его рыжесть не позволила.
— Та-а-к, значит ты у нас Инквизитором подрабатываешь в свободное от фамильярствования время? — продолжил я, уже окончательно успокоившись, ну или почти окончательно. — И долго это с тобой? Я чисто для самообразования интересуюсь?
— Сразу, как моя пропала из твойного поля зрения, — Рыжий опустил виновато усы. — Но, моя постоянно была рядом с хозяиной! — поспешил он оправдаться. — М-мм, или почти…
— Ага, душой. Хватит гнусавить, чудо усатое, — я беззлобно прервал его исповедь. — Знаю, что выкрутишься! Так, продолжая дискуссию по существу дела — кого ты там спеленал-то? — я небрежно махнул рукой за оконный проём. — Да и вообще, что случилось в датском королевстве?
— Однака, долгая история получается, хозяина, — Чукча начал с предупреждения.
— Так и торопиться-то нам, вроде как, особо и незачем, — пожал я плечами. — Но ты, дуг мой усатый, попробуй-таки покороче вещать историю своих тяжких скитаний!
Я поменял положение на полу, скрестив ноги по-турецки и демонстративно подпёр щёку ладонью. Мол — вот убедись, я весь во внимании и не спешу.
— Нету никакого секрета у моей от хозяина, — заговорил чудик более серьёзным тоном.
— Ну, в таком случае — начинай!
— На ристалище том, значится, упакованы двое нехороших дяденек, — заговорил он уже более спокойно, без причитаний и частых упоминаний о хозяине, что я счёл хорошим знаком. — Это супостаты…
Бум-бум-бум!
Входная дверь содрогнулась от настойчивых и мощных ударов.
— Феликс ты живой там? — прозвучал беспокойный вопрос от Ксении Пожарской.
— Всё в порядке, — крикнул я. — Общаемся — не переживайте и глупостей не вытворяйте! Мирно всё идёт, — я перевёл взгляд ожидания на Чукчу.
— Да! — рявкнул он, изменив голос до неузнаваемости. — Ничего дурного с вашим другом не станется!
Из-за двери раздалось сопение недовольства, но более реплик никто не подал.
— Так вот, э-эм, — продолжил усатый авантюрист, потеребив лапкой свою маковку между усов. — Там, — он указал одним усом в окно, — знакомый тебе понаслышке, Глава Посольского Приказа Императора, он же министр иностранных дел — Граф Никанор Валдай, — Чукча остановился, проверяя мою реакцию на услышанное, а я никак не проявил кипящее в душе негодование.
  
— Предсказуемо, а второй кто? — я не дал рыжему прерваться на долгую паузу.
— Однака, замечательный сюрприз намечается, для хозяины! — прозвучало смелое и самодовольное заявление.
— Чукча, зараза пропадущая, усы рискуешь обломать, — поторопил я его.
— Да-а, да-да, хозяина, — он часто закивал, типа понял намёк. — Это бывший Посол, Барон Фон Рамон Фредерик, который в адмиралтействе Руссии заправлял долгие годы, — выпалил он и снова остановился в рассказе.
— Н-да, тебе удалось меня удивить, но что-то такое в голове вертелось, не скрою, — я задумчиво покачал головой в знак согласия. — Ну, друг мой, а теперь поведай-ка, что, да какие предпосылки у тебя наметились для пленения этих господ и учинения расправы, — скоординировал я вектор будущего общения.
— А вот туточки всё прозаично, — Чукча уселся на моей коленке, старательно скопировав мою же позу. — Всё началося так, как началося, когда я исчез от Хозяины, но всегда был неподалёку, — началась душетрепещущая история. — Покамест ты занимался всякими делами, важными, моя распознала заговор супротив Императора и егойной семьи, ну и стала моя заниматься предотвращениями и слежками… М-мм, сначала слежками, а посля предотвращениями, — поправился он.
— А-га, я попрошу переходить ближе к сути, ибо эту долгую часть пересказывать не обязательно, — выдвинул я свою просьбу-указание.
— М-мм… случился акт предательского нападения на Императора, значится, а моя стала следить за егойным окружением, сечь поляну, как Хозяина выражается, — он внял моим желаниям, существенно сократив повествование. — И уследила моя, значится, сущее форменное безобразие, вытворяемое в имперских верхах, — он слегка прикрыл глаза, прежде чем продолжить.
— Бесишь, Рыжий!
— Хорошо-хорошо… М-мм, сильными вытворяемое, а именно… Хозяина, а здорово, что твойная сидит, а иначе — упала бы твойная, — предусмотрительно высказался Чукча. — Итак, по порядку, значится — это страшнючий заговор сильных Магистров-Анархистов, — он снова блеснул познанием моих, иногда вырывающихся, терминов, — возглавляемый двумя нехорошими дядьками. Однака, моя ещё не до конца выяснила, кто из оных пуще всего заинтересован в задуманном исходе скверных деяний, — сокрушённо признался пройдоха. — Вот, токма доподлинно известно моей о таких супостатах, как Магистр Рун Вальдемар, который главный магистр Боевых Рун в Академии, значится, ну и о его подельничке, Великом Князе Борисе Ивановиче Годунове… — Чукча прижал усы и подался немного назад, ожидая от меня ответной реакции и однозначно буйной, судя по всему.
— Та-а-к… — протянул я, стоически сдерживая шквал подкативших эмоций отрицательного характера. — Я правильно понимаю — ты говоришь о родном брате Императора?
— Однака, да-да, хозяина! — Чудик кивнул усами.
— А его двоюродный брат, Великий Князь Михаил Иванович Годунов, Глава Охранного Приказа Государя, он не учавствует в заговоре? — я наморщил лоб, готовясь услышать худшие новости.
— Не-е, — Усатый лихорадочно замотал головой. — Такого мойная не усмотрела, — выдал он заключение.
— Уже лучше, — я облегчённо выдохнул в душе. — А он в курсе происходящего, или Князю удалось запудрить мозги?
Чукча призадумался, выдержав паузу чуточку дольше.
— Не-а, хозяина, — он вновь отрицательно замотал головой. — Мойная заметила бы, — серьёзно и ответственно заявил усатый.
— Ладно, Рыжий, а теперь поведай-ка мне, что именно задумали сие супостаты, — я вернулся к основной теме, пока ещё не раскрытой до полного понимания, так сказать.
Хотя, я приблизительно догадываюсь о причинах возникновения ситуации с заговорами, дошедшей до крайней точки и радикальных последствий.
— Конечно-конечно! — оживился Чукча. — Вот, что моя выяснила… М-м-да, однака… — он деланно нахмурился. — Оные господа, не хорошия, задумали сменить власть, назначив Бориса Ивановича Годунова Императором, чтобы спокойно раздавать за деньги малые западников. Однака, загвоздка стрялася у ихних, — он мотнуй головой в направлении окна, — спутанные планы оказались!