Полечка (СИ)

— Больше подходим?
— Ага. И в связи с этим вопрос — вы с Женей вообще встречались? — конечно, Поля рассказала все.
И о том, что Женька солгал, и о том, что они никогда не были парой.
— А почему ты ничего не сказала раньше, а?! — злилась мама и была права.
— Я бояwась, что вы станете думать обо мне пwохо. Мне очень понравиwось у вас…и…
— Так, ясно. А почему ты оставила Клима одного и сказала, что тебе ничего не нужно? И что за обещание, что не будешь вставать между братьями? Вот никогда еще не видела девушки, которая бросила любимого, ради спокойствия его семьи. Это что — святость или глупость? А, может, чувства не так сильны, как думалось, и нашелся прекрасный предлог, чтобы слить Климушку? Отвечай и не лги, прошу тебя.
— Я люблю его. Я очень сильно люблю! — и снова слезы. — Анна Ильинична, миwенькая, но как же я так возьму и семью рассорю… Я больше не хочу. Не могу…
— Что значит — «больше не хочу»? Уже было такое? Полина, солнышко, не плачь, а то я сама зарыдаю!
Полечка вздохнула глубоко и поведала всю свою историю мудрой женщине, не скрывая ничего — ни о маме, ни о бабушке, ни о том, кто она сама такая по ее мнению.
И вроде история жизненная, ничего особенного, но Анна Ильинична заплакала.
— Вот что, детка, забудь о том, что ты никому не нужна, ясно? Ты нам всем нужна, а больше всех — Климу. О Жене я говорить пока ничего не стану, но надеюсь на его понимание. Ты поможешь всем нам. Никто, кроме тебя, не может исправить произошедшего. И да, предупреждаю — Клим не простит. Точнее, простит, но будет злиться. Готовься.
— К чему? — Полечка испуганно вздернула брови.
— К гневу старшенького. Подумай сама, как это все выглядит для него. Если уж я допустила мысль, что ты его кинула, то у него все еще хуже.
— Но это не так!
— Вот и объясни ему. Попытайся. Поля, еще одно — никогда не давай себя в обиду только потому, что слишком мало и низко ценишь себя! Ты сильная. Посильнее многих. И поумнее. Климек наш любит надавить и подчинить, а ты голову повыше и не поддавайся. Для всего, что ты сделала, есть свои причины, понимаешь? И ты обязана донести до него то, что считаешь себя вправе думать и делать так, как хочешь. Он может не согласиться с тобой. И я могу и папа наш, но это не значит, что ты должна терять себя ради нашего одобрения!
— Кwиму трудно возражать, Анна Ильинична. Он всегда прав.
— С чего бы? Ну, да, часто прав, но только не в случае с тобой. Я понимаю эти мужские игры — девушка брата, друга неприкосновенна и бла бла бла. Но должен был сразу обозначить свои приоритеты, ясно?
— Он хотел….А я… Это я виновата!
— Правда? Ну, надо же! Ты вся такая виноватая, а он глупенькая гимназистка и ни за что не несет ответственности? Поль, самой-то не смешно?
— Он говорил со мной об этом. Ему семья дорога очень. Не хотеw обидеть. Анна Ильинична, прошу, только не сердитесь на Клима! Правда, я виновата! Он совсем ни при чем!
— Нет, ну отлично, что защищаешь его, но у меня свое мнение и я имею на него право. Ясно?
— Ясно. — Полечка кивнула, поняв, что Анна Ильинична в чем-то права.
Стала взрослеть? Похоже.
— Он звонил? — это мама о Климе.
— Я не знаю. Телефон отключиwа.
— Давай посмотрим, а?
Женщины таковы. Вот все, что угодно может произойти — извержение вулкана, потоп, конец Света, но любопытство по части чужой любви и отношений всегда в наличии. Вот это желание романтики или просто знания, что она есть у кого-то близкого, недурно помогает отвлечь себя от плохих мыслей.
Обе женщины склонились над телефоном Поли, ожидая загрузки аппарата, и когда увидели море пропущенных звонков и океан сообщений, заулыбались против воли.
Разумеется, Анна Ильинична не потребовала рассказать ей, о чем писал Клим, собственно, ей не сложно было догадаться. Но об одном спросила.
— Злой? — Поля кивнула, побледнев в одно мгновение.
— Очень.
— Ожидаемо. И как ты, Полечка, посмела сбежать и оставить нашего умника, а? Детка, Клим очень хороший мальчик, но пойми его — всю жизнь старался стать лучше, чтобы отплатить семье и стал. Он — глава фирмы. Привык ко всеобщему поклонению. Тебе придется с этим жить.
 
— Я знаю… Анна Ильинична, я люблю его. И сегодня, когда узнала об аварии, поняwа — если он погибнет, я жить не смогу. Простите меня еще и за то, что в такой тяжелый день я добавиwа проблем.
— Я сама думала, что умру, когда не знала живы они или мертвы. — Полина и Анна Ильинична долго смотрели друг на друга и не сдержались.
Снова заплакали, но теперь уже облегченно и обнявшись. Чуть позже, мудрая дама утерла слезы на щеках Поли своим платочком.
— Я поеду к папе, Поля. Знаешь, я не могу без него долго. И он не может.
— Конечно! И снова я задержаwа вас…
— Не задержала, а дала возможность понять кое-что. Детка, хочешь совет? Не звони сегодня Климу. Пусть выспится и уймется. Завтра будет проще. Если начнете говорить сегодня — поссоритесь. А Женя…. С ним Клим разберется, уверена. Они всегда понимали друг друга.
— Kwиm волнуется!
— He проблема. — Анна Ильинична набрала номер сына. — Да, мам. — Его состояние мама определила, как бешенство.
— Кимушка, Полечка в порядке. Я с ней теперь. Она завтра позвонит.
— Где? — Тут даже маму проняло от его тихого голоса, но она решилась возразить.
— В безопасности. — И нажала отбой. Потом обратилась к Поле.
— Все. Теперь держись, дорогая. Если что, сразу звони. Экая радость, что я теперь не одна женщина в этом нашем мужском царстве!
— Анна Ильинична, я бы xoTewa поговорить с ним. Сейчас.
— Понять могу. Но знай, он злой, как чёрт.
С этими словами она обняла девушку, поцеловала и ушла. Торопилась к мужу — знала, что ждет ее, и она сама хотела видеть его. Только он мог понять и унять страх, что родился в ней нынешним днем, рассеять его и принять ее горе. Сегодня они оба могли лишиться самого дорогого в жизни — сыновей.
  
Глава 14
 
Полечка проводив Анну Ильиничну, еще раз внимательно прочла все сообщения Клима и вздрогнула, когда увидела на дисплее входящий звонок от него.
Любовь мало кого слушает, редко когда принимает чужие советы, а потому Поля, вопреки рекомендации Анны Ильиничны, ответила.
— Кwим…
— Отрадно, что еще помнишь мое имя, Паулина. — Поля сразу поняла, о чем говорила мама.
Клим в бешенстве!
— Прости… — он перебил!
— Где ты?
— Я в отеwе.
— В каком? — она назвала. — Номер? — и снова ответила без возражений.
Вероятно, струсила бы, но знаете, очень хотела его видеть. Просто обнять, почувствовать его руки и его запах. И объяснить все, чтобы он перестал сердиться! Вспомнила его исцарапанное лицо, то, что ему пришлось пережить, и прокляла себя за эгоизм.
— Я буду через пять минут. Не смей уходить! — он отдал приказ, и голос его совсем не был похож на тот, который нравился Полечке.
Поля не успела окунуться в мысли свои сумбурные, впасть в сомнения и панику. Она услышала шаги Клима. Спросите, как поняла, что это он? Загадка.
Не дожидаясь стука в дверь, распахнула ее и увидела Клима — лицо в царапинах, огромный синяк на скуле, куда пришелся удар Женьки, синяки под глазами и совершенно черные глаза, пылающие злостью и еще чем-то. Полечка не поняла, скорее, почувствовала, что это было облегчением от того, что он ее нашел и видит теперь перед собой.
Очень сильно сдерживая себя, Клим вошел в номер, прикрыл за собой дверь и уставился на Полечку. Она же, вмиг поняла сердечком своим влюбленным, что пришел он не ругать ее, не требовать объяснений. Просто она ему нужна.
 
Не дожидаясь его слов, она кинулась к Климу, обняла и заговорила быстро-быстро.
— Кwим, прости. Пожалуйста, прости меня. Я оставила тебя потому, что сильно испугалась за тебя. Понимаю, что я глупая, и никудышная, но я люблю тебя и совсем не могу без тебя. Все из-за меня! Тебе очень больно? — подняла к нему личико.