Мать и Колыбель (СИ)
— В Эрсавии не любят колдовство, — сказал Лорен.
— Кто сказал, что это колдовство?
— А тогда что же это?
— Я не знаю. Но ты не наводишь порчу. Ты исцеляешь. Ты станешь знаменит, как только о тебе узнают!
— Не такой ценой я хотел славы…
Акме подумала, затем решила задать ещё один вопрос:
— Кто была та девушка на площади? Которая устроила тебе скандал.
— Илана. Я имел неосторожность однажды… приударить за ней.
— Что в твоём понимании означает «приударить»? — прошептала Акме, чувствуя беду.
Лорен пронзил её ледяным и красноречивым взглядом своих чёрных глаз.
— Она дочь одного не очень успешного торговца. Я познакомился с ней полгода назад. Спас от лихорадки. После выздоровления она пришла ко мне. Начала каждый вечер караулить меня у больницы. Илана казалась мне довольно забавной и симпатичной. А однажды во время прогулки мы немного… выпили вина в таверне. Я проводил её до крыльца дома. Но через несколько минут почему-то оказался на складе, где её отец хранил товар. Она была очень настойчива, а я выпил слишком много, чтобы уйти сразу.
— Ты соблазнил её, — спокойно сказала Акме.
— Я соблазнил?! — Лорен устало фыркнул. — Илана зверем набросилась на меня!
— О Небо! — охнула девушка. — Теперь она носит твоего ребёнка!
— Нет, конечно. На следующее утро я заставил её выпить кое-какой травяной настой, чтобы она не понесла от меня.
— Так чего же она тогда хочет?
— Чтобы я женился на ней. Утверждает, что я её опозорил. Иначе она всё расскажет дяде. Если и дядя откажется принимать меры, она пойдёт к главе города.
Акме встала с кресла, прошлась по комнате, выдохнула и осведомилась:
— Она точно не носит твоего ребёнка?
— Нет, не носит, — уверенно ответил Лорен. — Она уже пыталась обмануть меня, но я вынудил её отправиться на осмотр в больницу. Ничего нет.
— Что ты за человек?.. — Акме смерила брата несколько осуждающим взглядом. — Обесчестил девушку, потом замёл следы. Заставил её выпить какой-то настой, отправил на осмотр к целителю… Почему твоя голова отказалась работать в тот самый момент, когда ты притащился на склад её отца?!
— Потому что я был пьян! — вздохнул Лорен. — А она разделась слишком быстро!
— Избавь меня от подробностей, — с отвращением процедила Акме.
— Да, я мерзавец, но если бы она не привела меня туда и не разделась, я бы и не подумал заходить столь далеко! Порой мне кажется, что она сделала это нарочно, чтобы шантажировать меня, выбить деньги или замужество.
— Или она слишком сильно в тебя влюбилась, — вздохнула Акме. — Ох, Лорен!.. Я всегда знала, что ты глупеешь, когда дело касается привлекательных женщин, но и подумать не могла, что дело обстоит так плохо… Мне жаль девушку, но я не хочу, чтобы ты женился вот так… из-за шантажа, без любви. Она не может ничего доказать.
— Нас неоднократно видели вместе.
— Нас с Селимом тоже, но это ничего не значит. Ты поступил подло и безусловно ранишь эту девушку, пока будешь от неё отказываться, но не позволяй ей разрушить не только твою карьеру, но и твою жизнь. Ты действительно мерзавец, но случившееся и ей не делает чести. О чём она думала?… Но если она не носит ребёнка, мы можем уехать со спокойной совестью. И никто тебя ни в чём не обвинит: ни в шарлатанстве, ни в насилии.
— Не понимаю, почему ты должна отправиться вместе со мной, — вздохнул Лорен. — Не хотел бы тебя брать.
— Я могу встать на сторону Иланы… — ввернула Акме.
— Встанешь на её сторону — я тебя выпорю, — заявил Лорен. — Я имею на это право как старший брат.
— Поднимешь руку, я расскажу про твою с Иланой жаркую ночь дяде Бейну, — ответила Акме. — Ты обесчестил девушку, заставил её выпить какой-то отравы, чтобы она не понесла, а сам поплёлся на Менадскую площадь, чтобы шпионить за мной и Селимом.
— Это не отрава, а вполне безопасная настойка. В будущем она не повлияет на её здоровье. А Селим явно не тот, кем себя выдаёт. Ты видела, как умело он стреляет из арбалета?
— Быть может, он любит охоту.
— Любой охотник упадёт в обморок, когда увидит такое чудище на своём пути. Селим даже глазом не моргнул. Не закричал, не охнул. Просто отнял у кого-то арбалет и вместе со мной пошёл за тобой.
— Может, не успел испугаться, — Акме пожала плечами, вспомнив эти невероятные зелёные глаза. Ей захотелось снова их увидеть. И поблагодарить Селима. Хотя бы поцелуем в щёку.
— Он вернулся на площадь и помогал раненым, разбирался с погибшими. Он даже ни разу не поморщился, когда видел эти ужасные раны и истерзанные тела. Интересно мне знать, где он получил такую подготовку?..
Акме было странно слышать о Селиме, этом привлекательном франте, такие вещи.
— Он — очень странный тип, — подытожил Лорен. — Акме, моё сердце разорвётся, если ты окажешься в такой же ситуации, как Илана… или даже хуже…
— Я не окажусь в такой же ситуации, — ответила девушка. — Я не караулю мужчин по вечерам, — здесь ей пришлось немного покривить душой. — И уж точно не затягиваю их на всякие склады и не снимаю перед ними одежду. Я ценю свою честь. И хочу достойно и выйти замуж, и прожить свою жизнь.
— Хотя бы кем-то из нас дядя может гордиться, — сокрушённо проговорил Лорен.
— Прекрати говорить ерунду и ложись спать, — фыркнула его сестра.
Глава 5. Герцог Атийский
На следующее утро Акме чувствовала себя гораздо лучше. Вместе с братом они всё же увязались за дядей и отправились в больницу. Бейнардий Фронкс разбранил их и выгнал. Но ушли они только после того, как Лорен обошёл всех своих больных и вчерашних раненых. Он остался доволен их состоянием.
Кибельмиде требовалась защита, и улочки городка тщательно патрулировались вооружённой до зубов стражей. Горожане старались не высовываться из домов без надобности.
— Из столицы едет подмога, — сказал Лорен сестре по дороге домой. — Быть может, пронесёт, и монстры больше не прорвутся в город?
Акме крутила головой в надежде увидеть Селима. Ей хотелось поговорить с ним, обсудить произошедшее. И убедиться, что с ним всё в порядке. Его воинственный мужественный образ никак не выходил из головы. Он бы смог вывести Анара на чистую воду, дал бы ему бой и не позволил шутить с ней. Высокая фигура, устрашающий арбалет в руках. Он выпустил в монстра болт, и рука его не дрогнула. Кто из молодых людей, пришедших недавно в дом Бейнардия Фронкса на ужин и пытавшихся ухаживать за ней, смог бы сделать так же?.. Кто вышел к ней на площадь из надёжного укрытия из тех сотен мужчин, которые веселились на танцах? Четверо вооружённых стражников, брат и Селим. А она даже не поблагодарила его за помощь. После того как Селим проводил её до дома, он вернулся к Лорену и помогал восстанавливать порядок.
Его могли поранить или убить. Интересно, находился ли Анар среди тех незнакомых мужчин, перерубивших чудище?..
Вернувшись домой, Акме обнаружила на столе в гостиной букет длинных кроваво-красных роз, столь красивых и величественных, что даже Лорен опешил.
— Дорогой букет, — прокомментировал он. — Ну что ты стоишь? — с усмешкой воскликнул Лорен. — От радости? Полагаю, Селим решил не отступаться от тебя.
— Кто их принёс, тетушка Дорин? — дрожащим голосом спросила она.
— Посыльный, деточка, — последовал ответ. — Сказал, от некого молодого господина.
В цветах оказалась маленькая записка на белой бумаге, а на ней аккуратным изящным почерком было написано: «Акме».
— Я был прав, — пробормотал Лорен, заглянув сестре через плечо. — После вчерашнего происшествия я поменял о нём мнение. Пусть он строит из себя самовлюблённого баловня, но он не трус.
Не слыша брата, Акме развернула записку и молча прочитала. Вот что она гласила:
«Сударыня, не существует слов, достойных описать моё восхищение Вашей красотой. Защищать Вас от такого лютого зверя было делом чести. Уповаю на то, что Вам удалось отдохнуть и избавиться от тревог после столь беспокойного вечера. Вынужден сообщить, что должен покинуть Кибельмиду и Вас, прекрасная Акме, незамедлительно. В Карнеоласе меня ждут дела, которые я не имею права откладывать. Едва ли в ближайшее время я вернусь в южные земли. Умоляю о снисхождении. Ваше общество и Вашу доброту я буду вспоминать лишь с нежностью и искреннейшей признательностью.