Искупление (СИ)

От директора ощутимо повеяло силой. Вернон как-то сразу весь сдулся, как воздушный шарик.
- Будем считать, что вы меня все же пригласили, – грозно сказал директор, сверкнув глазами из-под очков–половинок, – а чтобы мы вам не мешали отдыхать, идите с семьей спать. Время позднее.
Гарри так и не понял, как директор воздействовал на Дурслей. Магией или простым убеждением. Но тех буквально в считанные секунды как ветром сдуло из гостиной. Дамблдор как ни в чем не бывало прошел в комнату и уселся на диван.
  
- Эх, тяжеловато старику долго на ногах стоять, – улыбнулся он парню.
Гарри примостился в кресло напротив, внимательно смотря на директора. Ему было интересно, зачем же тот пришел. Но из предыдущего опыта общения парень знал: пока старый маг не захочет рассказать сам, спрашивать бесполезно.
Дамблдор в своей сиреневой мантии с фиолетовым колпаком на голове смотрелся совершенно инородно в магловской гостиной Дурслей. Он настолько не вписывался в обстановку, что сразу было понятно: этот человек из другого мира.
- Как ты, Гарри? – внимательно разглядывая бледного худого подростка с темными кругами под глазами, поинтересовался директор.
Гарри только безразлично пожал плечами. Что от него хотели услышать в ответ?
- Нормально.
- Это хорошо, – кивнул Дамблдор.
Немного помолчав и не дождавшись от Поттера вопросов, директор спросил:
- Так что, тебе не интересно, зачем я пришел?
- Почему же, интересно, сэр. Но я думаю, что вы сами все расскажете.
- Конечно, мой мальчик, – довольно улыбнулся директор. – Дело вот в чем. Оказывается, Сириус оставил тебе все свое состояние, включая и дом на площади Гриммо.
- Но почему мне? – Гарри почувствовал, как комок застревает в горле, мешая говорить.
- Странный вопрос, – хмыкнул директор. – У него никого ближе тебя не было. В силу обстоятельств, Сириус не оставил наследников. И единственным преемником, согласно его волеизъявлениям, являешься ты. Но тут есть маленькая проблема. Малфои состоят в родстве с Блэками. А, значит, тоже могут претендовать на наследство.
- Что? – Гарри взвился из кресла.
- Тише, мальчик мой, тише. Нам тоже не выгодно, чтобы Малфои прибрали к рукам собственность Блэков. И дело даже не в деньгах, которые, думаю, и тебе не будут лишними.
- Но ведь прошел уже месяц! Почему вы мне сообщаете об этом только сейчас?
- Потому что таковы древние Магические законы. Права на наследство умершего мага можно предъявить в течение месяца со дня его смерти. И я точно знаю, что Малфои обращались в Гринготс и Министерство с ходатайством.
- Но… Разве мне не обязаны сообщить об этом? – удивился Гарри.
- К сожалению, мой мальчик, Министерство в таких вопросах ничего не решает.
- А кто решает? – Гарри был поражен. Он всегда думал, что Министерство заправляет всеми юридическими вопросами в Магическом мире и полностью контролирует жизнь магов.
- Вопросы наследования находятся в ведении гоблинов и Гринготса. Поскольку именно в банке хранятся все родовые наследства и артефакты. А гоблины, – директор поморщился, – не делятся информацией ни с кем, даже с Министерством.
Гарри вновь сел в кресло, глубоко задумавшись. Сколько же он, оказывается, не знает о магическом мире. Всю информацию приходится получать вот так, урывками. Из директора приходится вытягивать буквально каждое слово.
- А как происходит процесс принятия наследства и выбор мага, кому оно достанется?
- Я не знаю точно всех подробностей, – задумчиво покрутил директор кончик бороды, – но в данном случае, видимо, наиболее достойный претендент выбирается самой Магией. Потому что было множество прецедентов, когда дальние родственники, но с более сильным магическим потенциалом, признавались наследниками в ущерб прямым потомкам.
Гарри молча кивнул. Надо было набраться терпения и дослушать директора до конца. И дело было вовсе не в наследстве. Но Малфои! Гарри не хотел, чтобы имущество Сириуса досталось этому ненавистному семейству. Но, как понял парень со слов директора, все уже должно быть решено. Дамблдор тем временем продолжал:
- Ты же знаешь, что особняк Блэков нами используется, как штаб-квартира Ордена Феникса. Замечательное место, очень надежно укрытое и от магов, и от магглов. Но есть одно но: Кричер! У нас не должно быть ни малейшего сомнения в том, кто является хозяином дома. Иначе домовик может выдать все, что слышал и видел на собраниях, Малфоям. А ты же понимаешь: что знают Малфои, то знает Волдеморт.
Гарри опять кивнул, сдерживаясь из последних сил, чтобы не возмутиться. После того магического всплеска парню намного легче стал даваться контроль над эмоциями.
- И что делать? Как узнать, кому досталось имущество Сириуса?
- Есть один способ проверить принадлежность дома, а значит, и Кричера, – директор задумчиво постучал пальцами по подбородку. – Позови его, Гарри.
Подросток недоуменно посмотрел на директора.
- Ничего необычного. Существует возможность проверить, кому принадлежит домовик. Он обязан отзываться на зов хозяина, где бы тот ни находился. И выполнить любой приказ. Поэтому просто позови.
Гарри терпеть не мог этого вечно брюзжащего, полусумасшедшего эльфа. Но делать было нечего. Это было неприятное приложение к наследству Сириуса. Поэтому, тяжело вздохнув, Гарри позвал:
- Кричер!
Буквально тут же в комнате с негромким хлопком материализовался домовик. Старая, сморщенная кожа, какая-то ветхая, уже давно превратившаяся в лохмотья тряпка, заменяющая ему одежду.
- Хозяин звал Кричера? – поклонившись спросил домовик и чуть тише добавил, – гадкий мертвый хозяин, позор рода Блэков, отдал все этому странному мальчишке-полукровке.
- Молчать! – рявкнул, не сдержавшись, Гарри.
Кричер резко замолчал, лишь выпучил глаза и безмолвно открывал рот, видимо, продолжая свои причитания.
- Что и требовалось доказать! – довольно потер руки Дамблдор.
- Но, сэр, что мне с этим теперь делать? – махнул рукой в сторону домовика Гарри.
- А что делать? Прикажи не разглашать информацию и отправь назад на площадь Гриммо, – с этими словами Дамблдор поднялся. – Ну что ж, Гарри, мне пора идти. Надо еще посетить несколько мест. Потерпи тут пару недель. Будь готов отправиться в Нору или на Гриммо на свой День Рождения.
Гарри встал, чтобы проводить директора, но тот лишь махнул рукой:
- Не провожай меня, не надо. Лучше разберись с Кричером и иди отдыхать. Время уже позднее.
На этом Дамблдор покинул дом Дурслей. А Гарри остался в гостиной с домовиком. Тот по-прежнему молчал и злобно поглядывал на хозяина. Парень был в некоторой растерянности. Новость о наследстве огорошила. Юноша еще не вполне осознал, владельцем чего стал. Про счет в банке он даже не задумывался. Дом на Гриммо – это, вроде бы, неплохо. Особняк, конечно, мрачный и неуютный, но свой дом – есть свой дом. Эта мысль приятно грела душу. Теперь он не чувствовал себя зависимым от Дурслей. Наконец и у него есть пристанище, куда можно отправиться по окончании школы. Но до этого еще надо дожить. А вот владельцем мерзкого создания, которое стояло напротив, Гарри прочувствовал себя в полной мере. Парень тяжело вздохнул.
- Кричер! Я разрешаю тебе говорить.
- …всякой мерзостью, – услышал Гарри окончание фразы.
- Так, я запрещаю тебе оскорблять Сириуса! Он мертв! Теперь я твой хозяин!
Кричер подобострастно поклонился:
- Чего изволит Хозяин? – и опять тише добавил, – глупый мальчишка, не чтящий традиции предков.
- Я запрещаю тебе передавать информацию о том, что происходит в доме на площади Гриммо. Ни словом, ни взглядом, ни каким-либо другим образом. Никто не должен об этом знать, кроме меня. А также кому-либо сообщать имена магов, собирающихся там.
  
Гарри неожиданно задумался. А ведь теперь у него есть возможность узнавать информацию с собраний Ордена Феникса. Практически из первых рук. И не нужно ждать, пока Дамблдор соизволит выдать крупицы информации.