Не верь его улыбке (СИ)

Кристиан заплакал. Он уже и забыл, когда в последний раз плакал, но сейчас солёные дорожки обжигали щёки. Он никогда не был один. Никогда. Но только спустя потери, разочарование и боль, правда раскрылась. Но у медали две стороны: если бы он дальше жил в неведении, то сейчас бы не чувствовал себя так, будто его душу вывернули наизнанку, а затем потоптались по ней грязными ногами. Теперь он завидовал другу. Ему бы хотелось так же ничего не чувствовать. Голоса в голове разрывали черепную коробку, и Кристиан понял, как должен поступить. Он достал из кармана пульт и нажал на кнопку. Невидимые двери стеклянного шара открылись, позволяя детям свободно дышать. Элизабет сразу подбежала, помогая им выбраться. Они выглядели обессиленными, но без единой царапины, что говорило о том, что Кристиан не причинял им вреда.
— Вы в порядке? — спросила девушка.
— Спасибо, — сказал старший из них.
— Как тебя зовут?
— Я Кайл.
— Ты большой молодец. Если бы не смог их успокоить, всё могло быть хуже.
— Знаешь, почему я всегда выбирал детей для своих преступлений? — вдруг спросил Кристиан.
— Уверен, что не потому, что их легче всего обмануть.
— Великий детектив Им, как всегда, прав, — усмехнулся он по доброму. — Напоминание о детстве. Времена, когда отец контролировал каждый мой шаг. Я всегда искал тех детей, которые были похожи на меня. У них есть всё: деньги, хорошая школа и светлое будущее, но нет самого главного…
— Любви, — сказала Элизабет, которая понимала человеческие чувства лучше, чем кто либо.
— Верно, — согласился Кристиан. — Когда я вернулся в город со своим новым шоу, мой шатёр всегда был заполнен, но никто из них не посетил его. Скажите мне, почему? — обратился он уже к детям.
Они всё ещё с опаской относились к нему, но когда я кивнула им, что они смело могут говорить, одна из девочек тихо произнесла:
— Мама сказала, что это пустая трата времени.
— А когда я принёс домой афишу, мне сказали, что такие шоу созданы только для глупых, и я уже достаточно взрослый, чтобы ходить на них, — отозвался Кайл.
— Помню, как увидел тебя, разглядывающим афишу. Ты тогда ещё вслух произнёс, что уверен в том, что родители будут против, — сказал ему Кристиан. — Прошлое ранит, но теперь я понимаю, что если бы не был таким слабым и неуверенным в себе, то смог бы противостоять отцу, — он говорил это самому себе, а потом замолчал, думая над своим следующим шагом. — Вы можете идти, — наконец спокойно и расслабленно сказал он.
— А ты? — спросил Даниэль.
— Дай мне немного времени.
Детектив положительно кивнул и мы, придерживая детей за плечи направились к выходу, но потом снова услышали противный звук.
— Что-то нет так, — обеспокоенно произнесла я.
— Отведи детей к машине, я проверю.
— Будь осторожен.
Даниэль бегом вернулся в вестибюль и увидел Кристиана, стоявшего в хрустальном шаре, а дым снова заполнял его стенки. В лице парня не было ни страха, ни паники, только принятие того, что должно произойти.
— Крис, что ты творишь! — впервые так эмоционально вскричал Даниэль и начал барабанить по стеклу, разбивая костяшки пальцев в кровь. — Где ключ? Крис, где ключ?!
Кристиан улыбнулся, радуясь, что в свои последние минуты с ним был человек, который научил его ценить себя, всегда пытался помочь и никогда не оставлял его. Он не мог и мечтать о лучшем исходе. В голове всплывали картинки их первой встречи, когда Дэн вступился за него, их занятия, разговоры по душам: всё только самое лучшее, он хотел унести с собой. Сейчас он вернулся в ту самую среду, его любимый день недели. Он снова стал подростком, а напротив, стоял лучший друг.
— Спасибо тебе, — чётко произнёс Кристиан, чтобы друг смог прочитать по губам.
— Нет, нет, ты не можешь так поступать, — повторял Даниэль.
Он резко сорвался с места и куда-то побежал, а через долю секунд появился с кирпичом, и снова предпринял попытку разбить неподдающиеся стекло. Всё было напрасно, Кристиан продумал каждую мелочь. Пот застилал глаза, сил уже не было, но детектив не сдавался, не желая принять неизбежное.
 
— Кристиан. Кристиан, открой дверь. Я помогу тебе. Пожалуйста, Кристиан.
Элизабет, не выдержавшая долгого отсутствия напарника, вернулась обратно и замерла в нескольких метрах, переводя взгляд с одного парня на другого. Затем быстро пришла в себя, и подошла к детективу, забирая из его рук кирпич. Она всегда была на повышенных эмоциях при расследование дела, но именно в этот момент старалась держать себя в руках.
— Кристиан, даже если прошлое ранит, мы можем исправить всё в будущем, — произнесла она.
Дым дошёл до подбородка парня, но это его по-прежнему не беспокоило. Он расслабился, зная, что рядом с его другом есть кто-то, кто вернёт его чувства и никогда не предаст.
Кристиан сделал последний глоток свободы и погрузился в темноту, а голос его ещё какое-то время звучал в ушах, прежде, чем стихнуть навсегда.
 Глава 14 
В здании наступила оглушающая тишина. Даниэль упал на колени, и стал колотить кулаками по полу. Когда умер отец, все его эмоции были закрыты глубоко внутри, но по мере того, как он общался с Элизабет, они пытались прорваться наружу, и сейчас настал тот момент, когда даже если бы он сильно хотел, не смог бы сдержать их. Теперь он понял, как чувствуют себя люди, когда теряют кого-то близкого. В горле застрял крик, а слёзы душили, но рука Элизабет мягко и успокаивающе опустилась ему на плечо.
— Ты сделал всё, что мог, — сказала она.
— Я не сделал ничего, — прошептал он. — Могу я попросить, чтобы ты разобралась с этим?
— Конечно, я всё сделаю. Поезжай домой и отдохни, слишком много всего свалилось на тебя сегодня.
Она, как всегда была права, вот только он не собирался домой. Детектив медленно поднялся на ноги, бросил последний взгляд на стеклянный шар и вышел из вестибюля. На лестнице он столкнулся с младшим помощником Элизабет, но тот, заметив выражение лица детектива, лишь слегка кивнул головой, в знак приветствия, и стал подниматься дальше. Скорая и полиция прибыли почти одновременно, хотя они уже ничем не могли помочь, лишь только проверить состояние детей. Детектив сел в машину и направился туда, где бы предпочёл никогда не появляться. Но в данный момент его не волновало ничего, кроме информации, которую от него скрыли и выставили идиотом. Набрав скорость, машина выехала на главную дорогу, обгоняя другие, и через полчаса свернула направо, где находился штаб отца Кристиана. Оттолкнув от себя охранников, детектив ворвался в кабинет, представ лицом к лицу с мужчиной.
— Оставьте нас, — сказал тот своему помощнику, а когда за ним закрылась дверь, закрыл глаза от усталости.
Прошло десять лет, и мужчина уже не выглядел таким сильным и уверенным, как раньше. Морщины пролегли в уголках глаз, лицо осунулось, а волосы тронула седина: всё это было последствиями того, что происходило с его сыном. И хотя вина за излишнюю опеку и неправильное воспитание полностью лежала на нём, он всё ещё не хотел мириться с этой мыслью. Со временем, сказанное когда-то мальчишкой стало правдой, но мужчина продолжал отрицать и стоять на своём. И даже когда жена сказала ему, что только благодаря знакомству с Даниэлем их сыну стало лучше, он просил её не упоминать об этом. И лишь спустя время, узнав, что парень, который пытался учить его, стал детективом, он, переступив гордость, обратился к нему за помощью.
— Вы ведь знали, — утвердительно сказал детектив.
— Не понимаю, о чём ты, — устало произнёс мужчина.
Эмоции детектива, проявившиеся так внезапно, и так же быстро утихшие, хотели снова вырваться наружу из-за спокойствия и невозмутимости, с которыми держался мужчина, сидевший напротив него. Даниэль решил, что крик и спор не дадут никаких результатов, поэтому сдержанно сказал:
— Поэтому и позволили расследовать это дело с Элизабет. Вы знали, что это ваш сын похищает детей.