Конфетка от Санты (СИ)

- Вау, мороженка! Удивила. И кольцо уже купила?
- Заткнись, и идем.
Хватаю его за руку и тащу к семейству. По глазам Кортни вижу, она уже догадалась о моей афере, но ведь спектакль не для нее. Транслирую ей мысленное излучение, чтобы подыграла.
- Вот, - окатываю своих счастливой улыбкой, - это мой Итан. Итан… Итан…
Черт, какая у него фамилия?
- Итан Бориназ, - спасает меня Итан и протягивает руку Патрику.
Тот без малейшего желания жмет ее, и с выражением вселенского отторжения цедит:
- Я - Патрик Уилс.
- Пирс Уилс, - Пирс тоже исследует мою новоявленную «любовь» допытливыми глазами, но благо старший брат обладает чувством такта.
- Ну, а с Кортни ты уже знаком.
- Здравствуй, Итан. Еще раз, - многозначительно кивает сестра.
- Добрый вечер, Мисс Хейгл. Кортни.
Ох, ладно, пусть Корт на него не обижается. Этого требует ситуация! Завтра на работе она снова станет начальницей, а сегодня немного сотрем субординацию.
Глава 4
Джессика
- Присоединишься к нам, любимый? – стреляю в Итана взглядом «не смей мне отказывать» и мило хлопаю глазами.
- Но здесь только четыре стула, - возникает Патрик.
- Ничего, я возьму пятый, - Итан подтягивает стул с соседнего столика, даже не дождавшись официанта и бросает на него свою тушку прямо между мной и недовольным сиропчиком.
Умный мальчик. Очко в пользу Итана.
Я усаживаюсь, а находчивый актер тут же закидывает на меня свою лапищу и кривит нос, заглянув в тарелку.
- Фу, спаржа, как ты можешь это есть?
- Это полезно, и вкусно, любимый! Вот попробуй! – набираю вилку спаржи и подношу к его губам. Надо же поддерживать вид счастливой пары.
- Ты не заставишь меня это съесть даже если пообещаешь повторение вчерашней ночи! А вчера было уууххх, - поворачивается к Патрику и зажмуривает глаза от удовольствия.
Тут же под столом больно щипаю его за бедро. Переигрывать никто не просил.
- Кушай, Итан, - мурлычу кошкой, а сама на ухо ему шиплю, - Если не съешь, в следующий раз можешь принести мне на обед не шоколадную игрушку, а шоколадные яйца. Можно без шоколада.
- Ууууффф, но не испугала. Обещай свидание один на один, и тогда до конца вечера я буду паинькой, - шепчет в ответ, и я снова ощущаю запах шоколада. Кажется, он напрочь пропитан им, даже появляется желание откусить кусочек. Ужас какой.
Прищуриваюсь, но понимаю, что выхода нет. Либо свидание, либо три дня с мистером «про запас не бывает много».
- Ладно, уговорил.
В эту же секунду Итан открывает рот и съедает полную вилку спаржи. Прожевывает, скривившись и шумно глотает.
- Это отвратительно, - признает честно и отпивает из моего бокала.
- Видишь, ты со мной начнешь правильно питаться.
- Угу, и откину коньки раньше времени.
- Я тебя подлечу, не волнуйся!
- Мммм, можешь начинать прямо сейчас.
- Слушайте, - раздраженно рявкает Патрик, едва не выворачиваясь наизнанку от нашей приторной постановы, - вы прям такие счастливые. Сколько дней вы знакомы?
- Пять.
- Четыре.
Отвечаем вместе и неловко пересматриваемся.
- Точно, пять, мороженка, как я мог просчитаться?
- И где вы познакомились?
Вот же дотошный коп. Все ему надо знать. Я кошусь на Итана в надежде, что он придумает красивую историю, потому что у меня с фантазией надо сказать не очень.
- Хмммм, все просто. Я подрабатываю Сантой в торговом центре. В один вечер у нас заболела эльфийка, которая обычно крутится рядом. Ну вы в курсе. В такой короткой юбке, задорной шапке и длинных туфлях с закругленными носками. Начальство начало судорожно искать кто бы подошел на ее место, и как раз в это время мимо проходила эта красотка, - Итан жадно пробежался глазами по моему телу, остановившись на несколько секунд на груди. Извращенец, - И я понял, что это она – и наша эльфийка и моя судьба. Джес долго отнекивалась, но потом взглянула на меня и…
Итан замолчал, предлагая мне дорассказать его идиотскую историю. Ох, Господи, помоги мне его не убить.
- И я поняла, что отказать этому Санте просто не смогу!
 
- Запомни эту фразу, - шепнул на ухо нахал. – С тех пор мы не расстаемся, - добавил уже вслух и смачно ткнулся своими губами в мои.
Да уж. Мелодрамы плачут по этому сценаристу.
Итан
- А чем ты занимаешься, Итан? – интересуется Йельский задрот, кремируя меня ненавистным взглядом.
По ходу кто-то очень хотел затащить мою мороженку в постель и насладиться ее клубничным вкусом. Хрен тебе, чувак, попустись. После того, как сладкая впилась в мои губы своими, я понял, что черта с два теперь отпущу ее. Мой верный друг тут же вскочил, грозясь разорвать ширинку, и желая насадить на себя мороженку, чтобы сотворить из нас подобие пломбира на палочке. Сладкая – сладкая девочка.
- Я кондитер.
По физиономии придурка вижу его пренебрежение и превосходство.
- Серьезно? Конфетки лепишь?
- Серьезнее некуда. И кстати тот уголок батончика, который торчит у тебя из рубашки разработал именно я.
Задрот пуляет взгляд на шоколадку и недовольно шкерится.
- Это не мой. Это я Джессике привез. Она любит их.
- Серьезно? – перевожу глаза на мою блондиночку. Джес незаметно для всех закатывает глаза, а потом признается.
- Да, обожаю. Правда ем очень редко, потому что моя фигура не выдержит большого количества сладкого, но это и правда мой любимый шоколад.
Гордость за себя прям распирает, и я снова не отказывая себе, целую ее пухлые губы.
- Можешь есть сколько угодно, сладкая, потом мы все быстро сгоним, обещаю!
Ее старшая сестра надзиратель громко кашляет, но мне не стыдно. Ей ведь не пятнадцать, да я давно переступил возраст в двадцать один год. Слово «секс» шепотом не произношу.
- Итан действительно очень перспективный парень, - к моему удивлению, начальница встает на мою сторону, - я просила отца перевести его в главный офис, но почему-то он все еще здесь.
- Да, предложение от мистера Хейгла поступало, - подтверждаю слова старшей Хейгл, - но я отказался.
- Почему? – удивленный хор из четырех голосов привлекает внимание окружающих. Видимо им тяжело понять, как можно отказаться от солнечной Калифорнии.
- Я люблю свой родной город, - пожимаю плечами, - у нас потрясающая природа, спокойствие, полет фантазии.
- У нас тоже полет фантазии, - подает наконец голос мистер “сошел-с-глянцевой-обложки-журнала”, который безотрывно поглаживает руку начальства.
- Возможно, но у вас однообразный полет фантазии. Вот скажем на Рождество мы можем изваляться в снегу и прийти домой с замерзшими джинсами, которые впору ставить под батарею. Сварить глинтвейн и усесться у камина греться. Вы же можете разве что рыбешек в плавки поймать зимой.
Джес хихикает, уткнувшись в мое плечо. Походу, я попал в цель и кто-то действительно притащил домой нехилый улов в трусах.
- А я не люблю снег, - слева противно скрипит голос задрота. Сразу вспоминается звук скольжения вилки по стеклу. Хочется уши заткнуть.
- Боишься, что в причинных местах все отмерзнет?
Патрик или как там его багровеет. Оу, затронул запретную тему. Или в их царской семье не принято говорить о том, что ниже пояса?
- Нет, не боюсь. Просто предпочитаю тепло.
Ну да. Наверное, на холоде он там и отыскать то у себя ничего не в состоянии, отсюда все проблемы бедолаги.
Мы сидим еще минут тридцать, а потом семейство собирается отчаливать домой, так как моя мороженка начинает зевать. Уморилась маленькая.
Около их машины, предпринимаю попытку продлить пребывание в этой душевной компании и предлагаю:
- Как на счет того, чтобы завтра сходить на Рождественскую ярмарку? Уверен, вы в своей Калифорнии такой не видели. Туристов много в это время года, думаю вам будет на что посмотреть.
 
- С удовольствием, - подхватывает моя умница, чем заставляет Йельского придурка недовольно сжать губы. Выкуси, тупица.