Барон Дубов 10 (СИ)

— Это жучок, который поддерживает двухстороннюю духовную связь, — пояснила Вдовина, когда подошла.
В тоннеле теперь народ стоял битком просто. Хоть за проезд проси передать…
— У тебя есть такой же, — хмыкнула в ответ на мой вопросительный взгляд Екатерина и кивнула в сторону дриады. — С ней.
— Нужно быть мастером духовной практики, чтобы увидеть такое, — с подозрением протянула Маша.
  
И почему она не переоделась? Бойцы теперь стояли и пялились на её сочное зелёное тело, что проглядывало сквозь рваные лохмотья. Разве что слюни ещё на её увесистую грудь не пускали. А нет, пускали. Заметил одного с глупой лыбой на лице в задних рядах.
— Рада, что ты признаёшь меня мастером…
Аллардов тем временем стоял на четвереньках, кашлял и пускал слюни с соплями, пытаясь пережить мой удар.
— У тебя такой же? — удивился Мечников, кидая взгляд то на меня, то на букашку, которая трепыхалась и медленно подыхала на свежем воздухе.
— Нет, — скривился я. — У меня… нормальный. От дриады.
— А этот тогда от кого?
— От Саранчи, — заявила Вдовина. — Поверьте.
— Интересно, и откуда же ты это знаешь? — скрестила на груди руки Мария.
— Сейчас это неважно, — отрезал я. — Важно, что он сидел внутри Аллардова. И надо узнать, откуда он там взялся. И с кем держит связь.
«Коля, нам надо серьёзно поговорить!» — безапелляционно заявила в моей голове дриада.
«Потом. Сейчас есть дела поважнее», — отрезал я.
Дриада надулась, но смирилась. Потому что «потом» в моём словаре не означает «нет». А всего лишь «позже».
— Предоставь это мне, Николай, — скрипнул зубами Мечников. — Предатель затесался в мои ряды. И я хочу всё выяснить сам. Госпожа дриада, — учтиво склонил он голову, — у нас есть пара часов для допроса?
— Есть, Ваше Сиятельство, — ответила Маша, удивлённая тем, что князь говорил с ней как с равной. — Войска Деникина пока ещё собирают силы для прорыва из ловушки.
— Отлично. Тогда откланяюсь. А потом мы устроим Деникину такой котёл, что он в нём заживо сварится! Идём! И заберите эту… грязь с собой.
— Есть, Ваше Сиятельство! — откликнулись несколько бойцов и схватили своего бывшего командира.
На всякий случай просканировал духовным зрением остальных бойцов Аллардова. Жучков больше не увидел, о чём кивком сообщил уходящему князю, когда он посмотрел на меня с немым вопросом в глазах. А недомышь с сочным хрустом раздавил.
Я мог бы поучаствовать в допросе Аллардова, но решил оставить это дело Анатолию Петровичу. Такой он человек. Теперь хочет восстановить запятнанную предателем честь его дружины. К тому же Мечникову я доверял как себе. И была ещё пара дел у меня самого. Во-первых, надо и правда поговорить с Машей, а во-вторых…
Где, блин, Агнес? И Гоша с Альфачиком? Ладно, с последними двумя здесь было бы вообще не пройти. А вот почему зелёная полторашка не пошла за остальными? Обычно она всегда следовала за любым шумом…
Вариант у меня был только один: нашла занятие поинтереснее. А что может быть интереснее предателя в наших рядах? Разве что два предателя. Или один очень большой.
Но начать я решил с разговора с Машей. Раз уж всё-таки выдалась свободная минута. Остальные же пока пошли в столовую с полевой кухней в одной из рукотворных пещер побольше, а затем — ещё вздремнуть. Впереди масштабная атака. Надо подготовиться, восстановить силы.
Я вкратце пересказал дриаде то, что знал от самой графини Вдовиной. Решил, что так будет лучше. Если Маша начнёт копать, то куда больше народу узнает о том, что из себя представляет рыжая графиня. А это может быть гораздо опаснее. Я не любитель выбирать между двумя разными плохими выборами, но тут уж пришлось сделать выбор в пользу меньшего зла.
— Не нравится мне всё это, — прокомментировала мой рассказ Маша.
Мы оказались наедине в небольшом и незаметном закутке, отделённом от остальных длинными корнями, что расступились при нашем приближении.
— Слишком… слишком много всяких несостыковок. Ты ей веришь, Коль?
— Сам не знаю. Но определённый кредит доверия я ей выдал. Всё-таки она помогла спасти княжну. Да и в целом весьма полезна.
Дриада задумчиво покачала головой:
— И это было весьма рискованно. Давать ей отправить тебя в Духовное пространство. Кто знает, как могло повлиять на твою душу воздействие её духовной энергии. Если она правда Саранча…
— Это она так сказала, — прервал я дриаду. — Она так думает. Но правда неизвестна никому. Даже ей.
— Или она хочет, чтобы ты так думал… — прикусила нижнюю губу Маша и положила мне руку на локоть. Я и сам не заметил, как скрестил руки на груди.
Качнув головой, выдохнул:
— Время покажет. Если хочешь — будь настороже. Я не буду. Если она вздумает всадить мне нож в спину, или что там у Саранчи бывае…т Пусть попробует. Но я чувствую, что…
Я запнулся, не зная, что сказать дальше. Не зная, как облечь в слова странное ощущение, возникавшее в груди при мыслях о графине.
— Что ты чувствуешь? — не выдержала молчания Маша.
— Сейчас это неважно, — я сердито мотнул головой. — Я хочу, чтобы ты вела себя с ней как с другом. Считала её другом. Мне не нужны взаимные подозрения, обиды и интриги среди моих близких. В такое время. Это понятно?
— Да, — склонила голову Маша и прильнула к моей груди, тихо шепнув: — Но если она окажется врагом, я первая нанесу удар. Воткну ей почку плотоядной лианы в самое сердце, чтобы растения пожирали её изнутри и причиняли неимоверную боль…
— Эй-эй! Совсем уже кроваво мыслишь, женщина! Оставь кровожадность для врагов.
— Прости. Просто я люблю природу, мать нашу, — виновато улыбнулась дриада, когда я оторвал её от себя.
На том и разошлись.
Альфачика я нашёл грызущим крупную кость в комнате, где мы спали пару часов назад. Где он её достал, история умалчивает. Ну и ладно. Главное, что не человеческая.
Агнес нашёл там же. Колупалась в какой-то фиговине, даже не замечая моего присутствия. Я деликатно покашлял.
— О! Коля! Привет! — Она сдвинула на лоб очки с линзами и отложила инструменты. — Помнишь эту штуку?
Она показала на странный шар, отдалённо напоминавший апельсин с заводным механизмом внутри. Заводной апельсин.
— Помню, — кивнул я, — подарок тебе из заброшенного города гномов. Там же я нашёл кольчугу для Лакроссы, новенький топор себе, кинжалы для Лизы и плётку для Василисы. Кажется, ничего не забыл.
— Ага, точно! Ты ещё попросил меня разобраться, что это такое и как оно работает. Так вот, — Агнес соскочила со стула и встала рядом со мной, тыкая в шар: — что это такое, я так и не поняла, но, кажется, разобралась, как работает… Сейчас покажу!
— Звучит, как очень плохая идея, — я скептично вскинул одну бровь, — демонстрировать работу устройства, о работе которого ничего не знаешь. А если это граната?
— Не, это точно не она. Взрывчатки нет. Да ты не искри, Коля, всё будет тип-топ! Честное гоблинское!
И всё равно это звучало как начало очередной проблемы. А Агнес вдруг начала нажимать на разные части заводного апельсина. Внутри что-то задвигалось.
— Шух, шух, шух! Раз, два, три! — донеслось вдруг из тоннеля. — Шух, шух, шух! Раз, два, три!
— Это оно? — спросил я Агнес.
— Не-а, — мотнула та головой.
И мы оба уставились в тоннель.
Вскоре там появился источник звуков. К нам бежала Лакросса, высоко вскидывая руки и колени. Она то и дело останавливалась и отжималась, приседала или подпрыгивала.
— Ты чё делаешь? — спросила её зелёная полторашка.
В её руках шар начал странно светиться серебристым светом. Едва заметным.
— Тренируюсь! — споро отвечала блестевшая от пота Лакросса, вбегая в комнату. Альфачик проводил её задумчивым взглядом. — Пока мы отдыхаем, враг качается! Вот и я решила не отставать.
  
Не, ну похвально так-то…
— А ещё, Коль, тебя Мечников ищет! Допросили они того гада. Говорит, это срочно! Раз, два, три!
Она продолжила бежать, стоя на месте.