Свет и Тьма (СИ)

– Да нет, – также улыбался он.
Быстро угомонив оставшуюся бутылку, Эмма вместо того, чтобы продолжить успокаиваться, а именно алкоголь в данный момент позволял девушке расслабиться и хоть ненадолго не думать о Миллс, даже почувствовала, что начала трезветь. Разговоры случайного встречного быстро утомили блондинку, и она решила не заказывать больше виски, а перейти уже к решающим действиям.
– Может, переместимся в более удобное и уединенное место? – устало и нехотя предложила блондинка.
– Отличная идея, могу предложить хорошую гостиницу недалеко от этого заведения.
– Поехали, – вставая из-за стола и направляясь к выходу, кинула блондинка.
Приехав в гостиницу, мужчина подошел к стойке и попросил дать ему ключ от 301 номера.
«Я смотрю, ты здесь не новичок» – ехидно улыбнулась Свон, опираясь на стенку.
– Ну что идем. Может, всё-таки скажешь, как тебя зовут? – подошел он к девушке и, обхватив за талию, повел в номер.
– Меня зовут Реджина Миллс, – соврала блондинка. Она подумала своими пьяными мозгами, что так сможет насолить брюнетке, но тут, же пожалела, что ляпнула это.
– Реджина Миллс? Организатор самой известной выставки на Манхэттене? – очень удивился и даже воодушевился парень.
– Да, – неуверенным голосом проговорила блондинка.
– А меня зовут Эд Бакстер, я владелец одной из влиятельных простите за скромность фирм по раскрутке и продвижению американского искусства в Европу, – хвастался мужчина.
– Очень приятно, – проговорила Свон, а в голове крутились только одна мысль – зачем она представилась ею.
Зайдя в номер, Свон сразу направилась в ванную и присев на боковую сторону джакузи начала крепко думать – что она вообще здесь делает. Обдумав уйму вариантов, чтобы уйти и не продолжать все это шоу Эмма, наконец, вышла из ванны и увидела, как Эд уже накрыл импровизированный столик на кровати и, доставая еще одну бутылку на этот раз скотча из бара разливал его по бокалам.
– Прошу, мисс Миллс, – протянул он напиток блондинке.
– Можно просто Реджина, – улыбнулась ему Эмма, приняв бокал и отпив из него несколько глотков, присела на кровать.
– Как вам удалось за столь короткий срок, так быстро, а главное качественно организовать такую восхитительную выставку? Хоть я и не был на открытии, но слухами земля полнится и все те, которые я слышал, были лишь хвалебные. Да я и сам убедился в этом, зайдя на днях в галерею, – подсел к ней Эд так близко, что мог с легкостью уложить блондинку сразу на спину.
– Благодарю за столь высокую оценку, – проговорила Эмма, допивая бокал и чувствуя, как горячительный напиток уже начал разливаться по венам.
– Вам спасибо, Реджина. Благодаря вашей выставке, многие работы начинающих и уже известных в Америке художников смогут выставляться в лучших студиях Европы.
– Это вы предлагаете ваши услуги? – чуть улыбнулась Свон и, не смотря на мужчину, встала и пошла за еще одной порцией скотча.
– Нет, Реджина, обычно галереи со мной связываются, если хотят большую известность, – чуть рассмеялся мужчина, вставая следом за блондинкой и подходя к ней сзади, вплотную прижался.
Эмма стояла и не шевелилась, ноги снова подкашивались, но Свон налила себе третий бокал и тут, же осушив его, попыталась пойти к кровати, но задев стоящее кресло, споткнулась и рухнула прямо на кровать.
– Реджина, с вами все в порядке? – подлетел к ней Бакстер, помогая присесть.
– Да все отлично, Эд, – заплетающим языком ответила, мнимая Миллс и потянулась к губам мужчины.
Тот тут же ответил ей взаимностью и, уложив на спину, углубил поцелуй.
Эмма лежала, а сознание было, где-то далеко. Она вообще не соображала, что сейчас происходит и что там сверху над ней делает мужчина.
Он покрывал ее шею поцелуями, и видя, как девушка не сопротивляется, разделся сам, а затем принялся раздевать и ее. Быстро стянув платье, он глянул на прекрасное тело блондинки и принялся исследовать его губами. Мужчина продолжал ласки, а Эмма, начала чувствовать, как ей становится, приятно, и тепло от этих прикосновений. С ее губ слетел легкий стон, когда она почувствовала жаркие губы на своем уже оголенном соске. Мужская рука обвивала грудь девушки и ласкала сначала одну, а потом уделила не меньшее внимание другой.
  
Свон чуть выгнулась, вперед почувствовав грубую руку у себя между ног. Эд пытался стянуть трусики с лежащей практически неподвижно Эммы, но у него это не получилось и он, просто сдвинув их в сторону начал ласкать ее бугорок. Поняв, что девушка уже почти готова он снова впился грубым поцелуем в нежные губы и, углубив его, резко вошел в горячую плоть. Губы мужчины сдерживали порывистые стоны девушки. Он начал быстрее двигаться с силой вжимая блондинку в кровать. Несколько резких движений и его друг обмяк, а сам мужчина вылез из Эммы.
Девушка лежала неподвижно и чуть дыша, смотрела пьяными глазами на мужчину. Он встал и, обойдя ее с другой стороны кровати, накрыл пледом. А сам налив себе бокал скотча и натянув трусы, выпил его и лег рядом с уже спящей как ему думается Миллс.
Поглощенная мыслями, Реджина не заметила, как к ней в кабинет вошла Бетт.
Бетт зашла, молча и, увидев задумчивое лицо начальницы, хотела просто положить подготовленные документы и уйти, но Миллс все же ее заметила.
– Бетт, останьтесь, вы не хотите со мной выпить? – тихо спросила брюнетка.
Девушка покорно кивнула и опустилась в кресло напротив начальницы. Реджина взяла бутылку виски и разлила жидкость по стаканам.
– Мисс Миллс, я подготовила документы, которые вы просили, они в синей папке, которую я вам сейчас принесла.
– Спасибо, я завтра все обязательно просмотрю,- выпивая свой бокал, сказал Реджина.
Девушка тоже отпила из своего бокала.
– Тебе не нравится виски?- смотря на девушку, спросила Реджина.
– Нет, мисс Миллс. Я просто не привыкла пить виски,- смотря, как брюнетка наливает себе следующий бокал, ответила Бетт.
– Бетт, ты работаешь в этой галереи уже около 6 лет мы с тобой практически одного возраста, называй меня Реджиной, – и она вновь выпила все до дна.
– Хорошо, Реджина.
– Тебе нравится работать здесь?
– Да, очень. Это дело всей моей жизни, я очень люблю эту работу, – Реджина молча, допивала свой очередной бокал, пока Бетт рассказывала ей о своей работе в галерее.
Бетт пришла работать в галерею сразу после Кембриджского университета, Кора сразу увидела в ней потенциал и поставила на высокую должность. Девушка была невысокого роста с вьющимися рыжими волосами. Очень милая на внешность, но до того как Реджину не поставили заниматься последним проектом она ее совсем не замечала. Под миловидый голос девушки, перешедший на рассказы о жизни, Миллс угомонила еще ни один бокал. Прервав Бетт, Реджина сказала довольно не трезвым голосом:
– Ты так хорошо рассказываешь, поэтому давай выпьем вина.
– Реджина, не нужно. Вы и так много выпили, да я и не люблю вино.
Не послушав девушку, Реджина откупорила бутылку очень хорошего вина.
– Попробуй, оно должно тебе понравиться, – протягивая фужер, сказала Миллс.
– Я еще не допила виски, не нужно, – качала головой помощница.
– Не хочешь, как хочешь, – Реджина осушила сначала свой бокал, потом залпом опрокидывая не тронутый бокал Бетт.
– Реджина, вам не стоит столько пить.
– Бетт, я сегодня опять совершила ошибку. Мне плохо и одиноко. Я упустила свой шанс оказаться в объятьях человека, который мне очень дорог, – Реджина вернулась вновь к виски.
– Но вы можете попросить у него прощения, и я уверена он вас простит.
– Нет. После такого плевка в душу не прощают. Я бы не простила, – Миллс была уже очень пьяна. После двух выпитых бокалов вина, ее разум окончательно затуманился.
– Реджина, не нужно больше пить. Я сейчас вызову вам такси.
– Нет. Убирайся. Мне не нужна жалость, – крикнула Миллс. Она крикнула это не девушке сидящей перед ней, она крикнула это на волне эмоций в пустоту.