Свет и Тьма (СИ)

Дэвид моментально поднял руку и через тело Джонса прошелся наивысший разряд тока. Он стоял, а тело содрогалась в конвульсиях, пальцы непроизвольно сжались в кулак, и адская боль прошлась по всему его телу. Через несколько секунд Дэвид опустил руку, после чего брюнет без сил рухнул на пол.
– Говори, Джонс! – свысока проговорил мистер Свон.
– Со всем уважением, – дрожащим голосом шептал брюнет, – но я не буду ничего говорить вам.
Дэвид с бешеной яростью в глазах моментально поднял его в воздух и, направляя руку на его горло, с силой стал сжимать ее в воздухе.
Джонс не мог ничего ни сказать, ни подумать, воздух стремительно покидал его легкие. Глаза уже начали краснеть, а мужчина терять сознание. Вдруг из ванны быстро выбежала Эмма и схватила отца за руку. Он тут же отпустил хватку, и Джонс рухнул на пол и долго, долго кашлял и не мог даже пошевелиться. Эмма быстро подбежала к другу и попыталась помочь ему встать, но у нее это не получалось, у мужчины вообще не было сил. Тогда девушка усадила его на пол и побежала наливать ему стакан воды. Приняв его, Джонс тут же смягчил горло и хриплым голосом смог выговорить, – спасибо.
Дэвид смотрел на это и не говорил ни слова.
– Отец, что это было? Ты мог убить его! – гневно крикнула Эмма, забирая бокал у Джонса.
– Мои подданные не смеют в таком тоне со мной разговаривать, а тем более скрывать что-то! – с долей высокомерия проговорил мужчина.
– Отец, ты видимо забыл, что ты уже не Король, – подхватывая за руку и всё же помогая встать Джонсу, Эмма отвела его на диван.
– Я Королева «Света», отец. И только я могу принимать решение – кого наказывать, а кого помиловать, – с надменностью в голосе произнесла блондинка.
Дэвид и не смог даже спорить с этим. Он понимал, что дочь сейчас права. Он уже не Король и не может приказывать, кому бы то ни было, а уж тем более выбивать правду таким образом.
– Что ты хотел от него? – спросила блондинка.
– Я хотел узнать, что это вчера было, Эмма?
– Вчера была коронация, отец.
– Эмма, прекрати ты же знаешь я не об этом. Зачем ты объявила войну королевству «Тьмы»?
– Отец, я не собираюсь перед тобой отчитываться! – уходя в другую комнату, кинула Свон.
– Нет, дорогая, – остановил он девушку за плечо и развернул к себе лицом, – это не твое личное дело. Это касается всего королевства. Обоих королевств.
– Папа, отпусти меня, мне больно, – сморщилась Эмма и тут же почувствовала, как рука отца опустилась.
– Прости, – тихо сказал ей родитель, – Эмма, пожалуйста…
– Папа, – прервала его девушка, – ты всегда мне говорил, что я буду великой и могущественной Королевой «Света», так позволь мне сейчас ею начать становиться. Я не допущу войны, отец. Все, что вчера произошло это наше с Реджиной дело, я не позволю личным эмоциям взять верх. На королевстве это не должно отражаться, теперь я это понимаю. Вы все не должны принимать на себя мои ошибки. И я обещаю тебе, что сделаю все возможное, чтобы не допустить войны и кровопролития. Отец, просто поверь мне… – гордо, как и подобает Королям, Эмма произнесла эту речь.
– Эмма, дорогая, – Дэвид положил свою руку на лицо девушки и погладил ее щеку большим пальцем, – я верю тебе. И знаю, что ты не подведешь меня. Твои слова это уже путь к величию, а когда они превратятся в действия, вот тогда ты гордо можешь считать себя настоящей Королевой, – сказав это, Дэвид щелкнул пальцами и исчез в белом дыме.
Эмма стояла и долго всматривалась в точку, в которой только, что стоял ее родитель. Через несколько минут к ней подошел Джонс и приобнял ее.
– Эмма, а ведь он прав.
– Ладно, Джонс, оставь меня, пожалуйста. Мне нужно привести себя в порядок и собраться с мыслями. Сегодня мне предстоит серьезный разговор с Королевой «Тьмы».
– Хорошо, Эмма, – поцеловав ее в макушку, Киллиан исчез из своей квартиры, оставляя ее наедине со своими мыслями.
Переместившись в свою квартиру, Миллс сразу пошла к бару, хотя в ее привычки не входило пить по утрам. Сегодня у нее проснулось дикое желание это сделать. Достав бутылку виски и взяв бокал, Реджина устроилась на удобном диване, как перед ней появился Грэм.
  
– Я же сказала, что позвоню потом! – грубо сказала Реджина.
– Реджи, тебе нельзя быть сейчас одной. Ты наделаешь глупостей. Хотя ты уже их делаешь, как я вижу,- показывая на бутылку, сказал мужчина.
– Уйди. Хватит меня контролировать. Я Королева и могу делать все, что мне угодно, – со злой ухмылкой, продолжила девушка.
– Не подобает Королеве напиваться с утра из-за несчастной любви, – подсаживаясь к Миллс, сказал брюнет.
– Хантер, если ты сейчас не заткнешься, я не посмотрю, что ты мой друг, – прошипела Миллс.
– Да, и что ты сделаешь? Убьешь? Ну, дерзай, я очень хочу, чтобы ты выпустила весь свой гнев и успокоилась.
Девушка, молча смотрела на друга.
– Ты ее любишь. А по тому, что я вчера видел, то и она тебя. И если вы не будете дурами, то сегодня же поговорите.
– Я не буду с ней разговаривать. Единственное, что я сделаю, это восстановлю мир. Никто не должен пострадать из-за нашей ненависти. Мне нужно, чтобы ты устроил мне встречу с ней на нейтральной территории, сегодня в 16:00.
– Ты что хочешь наладить мир, но при этом вступить в войну с ней лично? Реджи, давай ты поговоришь с ней у себя дома или в ресторане.
– Нет. Я буду разговаривать с ней на нейтральной территории. Иди и все организуй, – встав с дивана, властно сказала Миллс.
– Хорошо. Я все устрою, но мы с Джонсом будем присутствовать при этом. Мы не дадим вам переубивать друг друга, – сказав, мужчина исчез.
– А кто сказал, что друг друга… – с усмешкой сказала Реджина.
После того как Грэм ушел от Реджины, он сразу решил позвонить своему другу.
«Джонс ты должен мне помочь. Теперь я понял как дорога тебе Эмма, даже не меньше чем мне Реджина». Он набрал номер и стал ждать ответа.
Покинув свою квартиру, Джонс решил немного прогуляться по городу. Зайдя в парк неподалеку от дома, он присел на лавочку и стал наблюдать за прохожими. Но Джонс не Джонс, он таки успел найти интересное для себя даже в парке днем.
– Добрый день, а как зовут это милое создание? – подошел он к молодой девушке, гуляющей с золотистым лабрадором, и со всем присущим ему обаянием спросил.
– Его зовут Ян, – с широкой улыбкой на лице ответила девушка, ей явно нравилось, что к ней подошел Киллиан.
– Замечательный пес, – погладил он собаку по голове, не отрывая взгляда от девушки, – а как зовут такую красивую хозяйку?
Девушка показала, что немного смущенна, но все, же ответила, – Дженнис, – протянула она руку мужчине.
Только Киллиан собрался поприветствовать девушку, как в его кармане зазвонил телефон. Джонс показал, что очень недоволен, что их прервали, но очень быстро достал телефон и ответил:
– Да?
– Джонс, привет. Нам срочно нужно поговорить или будет катастрофа, – протараторил Грэм.
– Привет, Грэм, конечно, уже еду, ты дома? – кивнул плечами девушке брюнет и быстрым шагом направился к выходу из парка.
– Да, но может лучше, я к тебе перемещусь?
– Не надо, Грэм, у меня дома… – немного замялся Киллиан, и, зайдя за поворот дома, где никого не было, моментом переместился в квартиру к Хантеру.
– О, а ты быстр. У тебя дома Эмма?
– Да, она у меня, я вчера ее еле успокоил, и по-моему мне нужно наколдовать пожароустойчивую комнату, – съязвил брюнет.
– У меня тоже вечер был не спокойным, – ответил Грэм, – давай, будем говорить начистоту?!
– Давай, нам с тобой нечего делить, Грэм.
– Реджина вчера крушила мою квартиру из-за Эммы, поэтому я хотел бы знать, как Эмма и что она чувствует к Реджи.
– Эмма… – усмехнулся Джонс и присел на диван, – она спалила целое поле, мою гостевую комнату и пыталась даже… – брюнет резко замолчал, понимая, что не должен договаривать.