Гимн шута 9 (СИ)

— Искренне горжусь, — констатировал без каких-либо чувств в голосе отец следующего Главы. — Дети — наше будущее. Самое ценное, что у нас есть.
На последних словах тон мужчины рухнул куда-то явно ниже нуля, а взгляд приобрел остроту дамасского клинка.
Главный разведчик клана выдержал. Глаз не отвел от лица собеседника. Хотя далось это ему очень даже непросто… Впрочем, взвывшее было где-то внутри ощущение опасности почти тут же «примолкло». Воевода вновь уставился на сцену, где что-то вещал спикер клана.
— Нам нужно поговорить, Лев, — констатировал «молчи-молчи».
— Тебе, — коротко, но без какого-либо давления отрезал гордый за сына отец.
— Мне, — тут же покладисто согласился Константин Ильич.
Разведчик вообще со многим в данный миг мог согласиться. Уж больно странно окончился последний такт его игры.
Личный спецназ разведупра прибыл в срок, незаметно «заняв» заданный район. О чем командир отчитался, пообещав, что оцепление не покинет и мышь, если у нее не будет именного пропуска от Константина Ильича. И доверять ему основания были вполне себе серьезные. И все с приставкой «спец-»: спецподбор, спецподготовка, спецкомплектование. «Молчи-молчи» многое поставил на эту операцию, а потому вскрыл личное особое хранилище, обеспечив своим людям средства усиления. Да, незаконно. Но кого это когда останавливало, когда ставки столь высоки? Однако это же и взвинтило риски в нынешней партии почти до неприемлимых значений.
Едва периметр безопасности замкнулся, разведчик связался с похитителем.
— Костя, зачем тебе это? — не сразу понял Николай Александрович.
До того он искренне считал, что они находятся на одной стороне. Все-таки, готовить операцию глава разведупра помогал лично. Именно его ближники занимались и «подчисткой хвостов». Да и «разбившийся автобус» был делом рук его спецов. Изначальная договоренность предполагала, что участие Константина Ильича и его управления ограничится активной фазой операции. Место содержания и режим безопасности после похититель предполагал обеспечить лично.
Тем неожиданнее было превращение недавнего союзника в жестокого конкурента, моментально изолировавшего практически все контакты и средства связи Николая Александровича.
— Просто предосторожность, — ответил тогда на вопрос родича «молчи-молчи».
«Гостя» его люди заметили сразу. Вот только опознать не смогли. Потому что был он, видите ли, в кепке! И это стало первым тревожным звоночком. Чуть позже и уже набатом громыхнул полноценный звонок комма.
— Костя, здравствуй! У меня нехорошее предчувствие. Дай «коридор» на взлет одного глайдера. Я перевезу Викторию на резервную точку…
Константин Ильич своим ощущениям привык доверять. Оперативного опыта у него было не так чтобы много. Однако «кабинетные войны» тоже бывают смертельно опасными. И частенько из тех самых кабинетов владельцев их выносят вперед ногами.
Четкое решение созрело гораздо раньше, чем собеседник успел договорить до конца.
— Сам повезешь? — уточнил «молчи-молчи». — Нужно сопровождение?
— Да, сам повезу, — подтвердил родич. — Нет, не думаю…
— Тогда сейчас мой оператор выдаст привод на безопасный коридор.
— Хорошо, я тебя услышал, — заверил Николай Александрович. — Старт через пятнадцать минут.
Три выдоха и два вдоха. Ровно столько понадобилось разведчику, чтобы окончательно сформировать новый план и получить индульгенцию у собственной совести. Родственник все же…
— Цель уничтожена. Расход две, — сообщил командующий операцией уже через четверть часа.
Константин Ильич лишь поблагодарил своего порученца за службу и откинулся на спинку кресла. «Пожалуй, стоит помянуть! Родич, все ж таки…» — решил он через несколько секунд, вставая из-за рабочего стола. В шкафу на отдельной полочке для подобных случаев как раз кое-что припрятано было.
Однако успел он лишь со вкусом выбрать бутылку и налить себе бокал, как его прервал звонок комма. Спецы сообщили, что в глайдере находилось лишь одно тело.
Разведчик чертыхнулся и отставил так и не распробованный бокал в сторону.
  
Неприятно. Теперь Николай Александрович знал, что… их видение ближайшего будущего несколько разнится. Но и деваться родичу некуда. Семь десятков отборных спецов не позволят. И подкрепление не запросить. Связь полностью не заглушить. Неизвестной величиной оставался «гость». Однако что может один человек? Нет, конечно, если бы на помощь родичу пришел архимаг, то было бы о чем подумать. Вот только отчего-то в этом разведчик очень сильно сомневался. Да и давненько уже экспериментальным образом установлено, что пуля со спецпатроном, выпущенная в голову даже одаренному такого уровня, работает безотказно. Подобный боезапас, конечно, запрещен к свободному обороту под грифом «хрен достанешь». Однако своим людям на нынешний выход несколько подобных «игрушек» Константин Ильич обеспечил.
— Ну, что ж… — негромко выдохнул разведчик.
Ход провалился. Оставалось лишь попытаться договориться. Нет, «молчи-молчи» совершенно не против изменить условия будущего соглашения. Однако ему нужно было время, чтобы подготовить штурмовые группы к зачистке объекта… вместе со всеми присутствующими. Теперь вопрос был даже не в интриге, а в зачистке свидетелей. Если он хочет для своего внука светлого будущего, то не должно остаться и малейшей ниточки, что могла бы связать его лично с нынешними событиями.
С этими мыслями разведчик набрал номер Николая Александровича.
— Слушаю, Костя, — столь спокойно ответил родич, словно рассчитывал поговорить о погоде или рыбалке. — И нет, меня не было в той машине, как ты уже догадался. Каков твой следующий шаг?
«Быстро соображает.» — неприятно подивился «молчи-молчи». Его не слишком порадовало, что собеседник уже пришел в себя и действует вполне осознанно.
— Мы можем договориться, — без всяких раздумий заверил Константин Ильич, в моменте готовый пообещать вообще все что угодно.
— А Виктория? — поинтересовался Николай Александрович.
Вот уж кто точно совершенно не хотел смерти заложницы, так это похититель, с детства за девушкой присматривавший.
— Мне хватит и ее головы, — четко обозначил «молчи-молчи».
— Мне нужно подумать…
— У тебя пятнадцать минут, — предложил разведчик и отключился.
Естественно, целую четверть часа он терять не собирался, а потому тут же взялся модуль связи с командиром «оцепления».
— Штурм и зачистка, — разнесся по кабинету резкий приказ. — Никто не выжил. Работайте по готовности.
С этого момента все пошло наперекосяк. Сначала «упала» связь. То есть, вся. Замолк эфир, ослепли спутники и даже амулеты на Крови. Так прошли томительные полчаса, за которые глава разведупра сжег столько нервов, сколько не забрала бы и небольшая клановая войнушка.
Посланная для уточнения обстановки группа… пропала. Чисто и аккуратно. Никто даже не успел отправить тревожный сигнал. И это было очень опасно.
До утра не случилось ничего. Никто не поднял тревоги, но и группа захвата не взяла штурмом «цитадель» Константина Ильича. Тогда разведчик привел себя в порядок и направился на первое заседание Управления по вопросу выбора нового Главы. Именно там он столкнулся с замеревшим у колонны неподалеку от выхода из зала воеводой.
Решение созрело мгновенно. Пока и думать нечего о политических дивидендах, до которых предстояло еще дожить. Сейчас же нужно было сохранить имеющееся.
Лев Демидович родича встретил холодно. Но без особой агрессии. И даже согласился пообщаться. Так что главный зал заседания они покинули вместе.
Вот только далеко не ушли…
Буквально через несколько метров от внушительной резной двери воевода обманчиво плавно развернулся и просто без разговоров ударил. Разведчика мигом согнуло от боли в печени. Он упал бы на колени, если бы собеседник не придержал его.
— Удавлю, с*ка, — как-то просто и буднично прошептал Балтийский Лев и… отпустил ворот Константина Ильича.
Тот оперся на стену и молча наблюдал за уходящим родичем. Естественно, свидетелей их «милой беседы» не оказалось. Да и фиксаторы (разведчик был в том уверен!) проверять смысла не имеет. Наверняка все разом так удобно «вышли из строя».