Гимн шута 9 (СИ)

— Не все так плохо, — произнесла Мышкина негромко.
Получилось не слишком убедительно.
— Все хорошо, — не так чтобы очень уверенно попробовала она еще раз.
Долгожданное облегчение не наступило. Поймал ее все-таки Волконский.
— Сволочь! — решила она, но тут же с легкой опаской окинула взглядом собственную просторную спальню.
Ее Семья теперь могла позволить себе многое. Но вот забывать о том, что настоящие акулы с легкостью способны всего этого лишить, явно не стоило. Ведь все это появилось относительно недавно. Да, ее отец к моменту рождения дочери уже твердо стоял на ногах. Однако почти все доходы тут же реинвестировал в еще только набирающую вес медиаимперию. Все эти дорогие машины, личный спортивный глайдер, шмотки от лучших дизайнеров мира и безлимитная карточка появились в жизни Мышкиной совсем недавно. И впервые она столкнулась с ситуацией, когда все это могло буквально раствориться по одному щелчку пальцев родовитого засранца. И ее «масочка», под которой она работала в том числе и на улицах столицы, могла стать единственной. Просто потому, что не останется у журналистки больше ничего.
Саша помотала головой. Легче не стало. Даже волосы по лицу не хлестнули. Не было их. Обрезала каре она месяц назад. В этом сезоне девушка решила пробовать ультракороткую прическу.
— Пытки!.. — чуть ошарашенно выдохнула она.
До сих пор в пределах ее черепной коробочки не могла поместиться мысль, что это чертов Волконский ДЕЙСТВИТЕЛЬНО готов был прибегнуть к монструозным конструкциям в самой настоящей пыточной камере (ее в том уверенность куда как превышала убежденность самого клановца!). Но больше всего бесил ответ на очень животрепещущий вопрос: «А что бы ему за это было⁈». Да ничего! Просто заявил бы, что неизвестная преследовала его, а он оказал сопротивление… например, распяв ее на дыбе! Самооборона же в чистом виде!
Но «купил» он ее вовсе не этим.
— Знаешь, Саша Мышкина, «Новости РИ», — чуть насмешливо хмыкнул молодой человек. — Я тебя отпущу. Прямо сейчас.
Действительно, уже через минуту девушка была свободна и, по уверениям потерявшего к ней интерес клановца, вольна в передвижениях.
— Какие условия? — тут же нахмурилась недавняя пленница.
— А никаких! — выдал молодой человек, вызвав странный взгляд даже со стороны страшного мужчины с обожженным лицом.
— Ой, да ладно тебе! — хмыкнул Павел Анатольевич своему безопаснику, заставив девушку вновь застыть (ну не ведут себя так клановцы!). — Пусть побегает. Жалко, что ли?
Мужчина абсолютно равнодушно пожал плечами.
— Я бы зачистил.
При этом в словах его и капли наигрыша не промелькнула. Он явно привык именно так и разбираться с попавшими к нему в руки «объектами».
— Блин, Олег Юрьевич, — расстроенно покачал головой Волконский. — Ну никакой бережливости… Что за бесцельное разбазаривание ценного ресурса⁈
«Страшный» с сомнением покосился на юного господина таким взглядом, что Саша похолодела. Взор же ее недавней «цели» так и остался безмятежным.
— Сестренку надо тренировать? — рассудительно поинтересовался клановец.
Мужчина ровно кивнул.
— Сейчас мы дадим уважаемой «Саша Мышкина, „Новости РИ“» четыре часа, — начал разворачивать свое предложение молодой человек. — Пусть бежит куда хочет!
— А потом? — застыла девушка от недоброго предчувствия.
Однако природное любопытство ей промолчать не позволило.
— А потом я сделаю Светлане Анатольевне Волконской небольшой подарок, — предвкушающе улыбнулся молодой человек. — Назову настоящее имя Рины Воробейчик.
Журналистка застыла на месте. О Ледяной королеве, второе слово в титуле которой нередко заменяли на «с**а», она слышала. И много. Репутация у нее была пугающая. И нет, вовсе не рассказы о том, как клановка завтракает младенцами, и грабит бабушек по ночам, составляли ее основу. Просто отчего-то все были уверены, что стоит перейти дорогу Волконской, и она сломает жизнь обидчика. Без злости и ярости, а привычно и легко.
С точки зрения Павла, в этом образе правды было немного. Однако годы работы аналитика высочайшего класса дали свой жуткий эффект.
  
— А потом? — вновь повторила застывшая Мышкина, уставившись остановившимся взглядом куда-то в район переносицы собеседника.
— Засеку время. Интересно, сколько ты пробегаешь.
— Ставки, — негромко добавил «страшный».
— К-какие? — на чистом автомате словно сомнамбула прошептала Саша.
И даже не удивилась, когда Волконский снизошел до ответа.
— Время поимки, метод наказания… да мало ли! — отмахнулся молодой человек небрежно.
Мышкина застыла
— Так, ты еще здесь? — неожиданно опомнился Павел. — У тебя… хм, я сегодня добрый. Пусть будет четыре часа. Потом я позвоню любимой сестренке!
Удивительно, но в сей непростой миг Александра больше всего поразилась вполне искренней теплоте, мелькнувшей в голосе клановца при упоминании Ледяной с**и. Вообще-то, весь ее опыт прямо-таки кричал, что обитатели «этажей» — те еще бездушные твари.
— Э-э-эй! — помахала перед лицом застывшей журналистки одна из этих «тварей». — У тебя не так много времени. Я бы поторопился!
«А нет, просто актер хороший!» — с каким-то иррациональным облегчением выдохнула Мышкина. В голосе клановца до сих пор вполне явно слышалась нотка сочувствия.
— Я сделаю… — с трудом выдавила Саша сквозь спазмированное горло.
«Страшный» усмехнулся. Мол, иного и не ожидалось. А вот Волконский вполне искренне поинтересовался:
— Что именно сделаешь?
— Все, — коротко ответила Александра, вдруг прекрасно осознав, что именно так дело и обстоит.
Речь, на секундочку, шла не только о ней самой, но и о ее семье.
— Есть такой вариант, — легко согласился Павел. — Но вот отдаться тебе придется душой и телом.
Руки девушки неловко потянулись к молнии балахона. Под ним было лишь не слишком много прикрывающее белье.
— Что именно ты сейчас делаешь? — чуть удивился клановец.
На фоне издевательского негромкого смеха «страшного», вопрос звучал странно. А уж эти нотки искреннего непонимания…
— Так, телом же… отдаться, — выдохнула журналистка.
Шлеп!
Громкий шлепок заставил Мышкину вздрогнуть. А уж в мозгу взорвалась маленькая бомба. Скажи кому, что она своими глазами видела «фейспалм» в исполнении наследника Волконских — не поверят. Впрочем, еще через секунду она решила, что никогда и никому об этом рассказывать все же не будет.
— Образное выражение, — вздохнул молодой человек, но вполне себе заинтересованным взглядом содержимое импровизированного «выреза» проводил. — Оденься. Затем Олег Юрьевич расскажет тебе, как именно мы будем жить дальше с любви и согласии… и это тоже метафора!
Больше клановец не сказал ничего. Лишь покачал головой, хмыкнул чему-то своему и… ушел! Саша же чуть нервно рванула молнию вверх, раздраженная то ли насмешливым взглядом «страшного», то ли равнодушным отношением к открывшемуся виду его господина.
После того как девушку довезли до брошеной во дворе машины (мешок на голове так и незволил ей понять, куда именно клановец пригласил ее «в гости»), о нец словно забыли. И вот сегодня, спустя неделю, Волконский позвонил и потребовал встречи. Нет, молодой человек был достаточно вежлив и даже не забыл поинтересоваться, удобны ли ей самой назначенные время и место встречи. Но как охарактеризовать «просьбу», в которой отказать не имеешь права?
* * *
— Да-а-а-а-а-а… — негромко протянула Мышкина-Воробейчик.
Совершенно не так она себе представляла встречу с клановцем, и теперь в светлом брючном костюме смотрелась белой вороной среди серых многоэтажек. Впрочем, на оживленной улице дела никому друг до друга не было. Так что ее стрижка почти под ноль привлекала куда больше внимания, чем нарядный вид.
— Неплохо выглядишь!
Голос за спиной заставил Александру вздрогнуть. Впрочем, самообладание она вернула себе довольно быстро. Во всяком случае, развернулась неторопливо, тщательно блюдя чувство собственного достоинства.