Гимн шута 9 (СИ)
— Что происходит? — поинтересовался мужчина.
На секунду в душе мелькнула надежда, что ему не скажут. Однако полный боли взгляд Главы явно намекал, что так легко отец «бунтарей» не отделается. Кстати, сдавленный хохот Валерыча сию теорию только подтверждал.
— Что такого плохого я твоему сыну сделал? — со очевидным страданием в голосе протянул Игорь Георгиевич.
Его заместитель на миг задумался. Смех воеводы стал громче. Во взгляде казначея явно прибавилось укоризны.
— Ладно, понял, не отвечай! — грустно взмахнул рукой Глава с тяжелым вздохом. — Но это… действительно перебор.
«Перебор… под которым УЖЕ стоит подпись Председателя Правления Волконских!» — чуть удивленно отметил мужчина, опознав в листах договор о выделении отдельного Рода для своего сына в рамках клана.
— Ну… что ж теперь, — протянул он, желая утешить брата. — Ты же подписал. Теперь уже ничего не исправить.
Воевода загоготал, уже даже не пытаясь сдерживаться. Его обезображенное старым шрамом лицо побагровело настолько, что ему пришлось зачерпнуть рукой снега и протереть сведенные судорогой скулы.
Глава же поднял на брата очень странный взгляд, словно бы пытался понять, издевается ли над ним родич, либо серьезно не понимает всей сути проблемы.
Казначей же просто покачал головой. Сказать тут было нечего.
— Та-а-а-ак, — вздохнул Игорь Георгиевич, поняв, что над ним брат не смеется. — Допустим, «налог на проживание и содержание имущества в родовом высотном доме» я еще… готов понять.
Обессилевший от смеха Валерыч только тихо всхлипывал, не в состоянии больше ржать.
— А в чем проблема? — не понял отец «бунтарей».
Налог платили все. Разница лишь в том, что у «радеющих во благо родовых интересов» оплату брал на себя клан. А в целом это была стандартная практика…
— Да ни в чем! — неожиданно рявкнул Председатель Правления. — Твой сын требует, чтобы мы ему платили!
Анатолий Георгиевич на миг… задумался. Про такое он до сих пор, пожалуй, и не слыхал никогда. Впрочем, и брата несколько десятилетий в таком состоянии не видел.
— Та-а-а-а-ак, — продолжил тот. — Про оплату Слуг и содержание поддерживающей инфраструктуры я промолчу…
«Да уж… тут классическое „сгорел сарай, гори и хата“ получается» — хмыкнул владелец имения.
— Список всех хотелок Павла Анатольевича, которые должен оплатить клан, — негромко произнес Игорь Георгиевич и протянул брату восемь (!) печатных листов… на каждом из которых стояла его подпись.
Мужчина быстренько пробежал глазами первую страницу и… отложил чтение, пообещав себе обязательно скопировать эту часть договора на память. Такого он не припомнил. Исторический документ, однако.
— А я говорил, — негромко и наставительно произнес Елизар Петрович, покачав головой. — Сразу надо было нормальные условия выставлять. А ты «поджать» договор решил. И это с учетом последних приобретений, полученных кланом благодаря «детишкам».
— Да я просто проучить их хотел, — устало выдал Глава. — Чтобы не задавались. У меня и второй договор имеется.
— Дай посмотреть! — потребовал казначей
Личный Слуга принес небольшой чемоданчик из выделенных Игорю Георгиевичу покоев буквально через минуту. «Серый кардинал» клана взял в руки листы и со сноровкой привыкшего к огромному объему документов столовластца быстро пробежал взглядом по ним.
— Не слишком щедро, — констатировал он. — Но вполне приемлемо. Отчего сразу этот вариант не предложил?
Председатель Правления вздохнул.
— Чтобы жизнь «детишкам» медом не казалсь! — хрипло выдал воевода, давя непрошеные смешки, явно кого-то цитируя.
— Показал? — хмыкнул отец «бунтарей», взвешивая на ладони хотелки собственных детей.
— А ты точно все прочитал? — прищурился Глава.
Его заместитель приподнял бровь. Интонация заставляла напрячься и вернуться к изучению документа.
— Так… компенсация… еще компенсация… оплата… процент от дохода…
По мере чтения брови его ползли к волосам все отчетливее. По всему выходило, что клану содержать его сына будет хоть и посильно, но ощутимо накладно.
— ЧТО?!! — дошел он до первой десятки «хочушек», и тут же чуть растерянно добавил. — Да как он посмел⁈
Хриплый хохот воеводы стал аккомпанементом его словам.
— Нет, я все понимаю… но… право первой ночи… — растерянно произнес Анатолий Георгиевич.
Причем речь шла о всем клане… вместе со всеми его предприятиями и сотрудниками… сотрудницами, если быть точным. Заместитель Главы не помнил, каково соотношение женщин и мужчин на службе и предприятиях Волконских, но вот общее число на ум пришло сразу — около ста тысяч человек. Есть где разгуляться… И Глава клана лично «пообещал» обеспечить своему племяннику к любой выбранной им девице «безотказный доступ».
— Брат… — несколько секунд Анатолий Георгиевич молчал. — Ты как ЭТО подписал⁈
Впрочем, на этот вопрос он мог бы ответить и сам. Ведь накануне на переговоры Светлана и Павел… приехали. На машине. Арендном. Самостоятельно. Без сопровождения. Его сын счел, что дежурная группа на глайдере со временем реагирования в минуту — вполне себе достойная замена нескольким транспортам охраны.
В багажнике же молодой человек привез ящик шустовского коньяка. Собственно, с него все и началось…
Хотя нет! Наверное, все-таки начало безобразию положил все же Глава, решивший, вопреки всяческим правилам и регламентам, проявить демократичность и встретить «детишек» у машины.
— Что это? — поинтересовался он, когда Павел, поздоровавшись со всеми присутствующими, открыл багажник и самостоятельно отправился извлекать ценный груз.
— Маска для лица, — хмыкнул человек, погружая «комитет по встрече» в некоторую задумчивость.
— Каков же способ ее применения? — на правах старшего поинтересовался казначей, рассматривая штабель пузатых бутылок.
— О, все просто, — тут же оживился юноша. — Берем лимон, нарезаем его и складываем в тарелочку. Наливаем рюмочку сего чудесного напитка. Коньяк выпиваем, лимончиком закусываем… и лицо тут же начинает улыбаться и свежеть прямо на глазах!
— И зачем же… столько?
— Мне казалось, Игорь Георгиевич, вы сказали «серьезный разговор»? — уточнил Павел задумчиво. — А отец еще и баню обещал…
На этом моменте казначей и воевода дружно заржали. Кстати, забегая вперед, стоит уточнить, что ближе к середине «дебатов» или, если в часах и минутах, то к двум ночи, когда переговоры дошли до банной стадии, именно он вызвал половину секретариата своего ведомства на подмогу. Судя по реакции старшего поколения клана, секретутки оказались весьма вовремя. «Младшенькие» решили воздержаться.
— Ящик? — уточнил недоверчиво Председатель Правления.
— Двадцать бутылок, — уверенно кивнул молодой человек.
Отец задумчиво перевел взгляд на застывшую за спиной брата удивительно тихую девушку. Мол, а ты что скажешь?
— Десять литров, — спокойно констатировала лучший аналитик клана.
— Ящик… — задумчиво произнес Глава. — Хм, допустим… А это что?
Павел в ответ на вопрос поморщился и негромко выругался. Однако же выдал:
— Контейнер.
— Какой контейнер? — все же уточнил настырный дядька.
Нет, не то чтобы он был против. Даже в Арсенале клана несколько таких игрушек имелось на случай «Полная Жопа». Правда, знали об этом далеко не все. А «причастные» молчали рыбой об лед, лишь бы никто никогда не узнал, что они хоть каким-то боком относятся к хранению такого оружия.
— Транспортно-пусковой, — вновь вздохнул юноша.
Воевода и заместитель Главы, дожидавшиеся окончания беседы возле капота, тут же синхронно шагнули вперед и заглянули в багажник. Через секунду оба вынуждены были констатировать, что рядом с коньяком действительно лежит ТПК. Причем Валерыч мог бы добавить название модели — «Пламя». Конечно, на случай «Полный Пэ» он кое-что припрятал, но с такими игрушками предпочитал не связываться.
— И что? — поинтересовался Председатель Правления. — Настоящий?
Анатолий Георгиевич вынырнул из воспоминаний и бросил взгляд на то место, где раньше стояла беседка. Вопрос «А куда она делась⁈» снялся сам собой. Уж больно Главу заинтересовал накануне мысль «А че, правда бахнет⁈». Нет, сформулировал он его, конечно, как-то по-другому. Но добрый племянник оказался человеком сговорчивым и даже предложил продемонстрировать… после долгих уговоров… Светланы. Девушка О-О-О-ОЧЕНЬ рекомендовала обойтись без экспериментов. Правда, отчего-то ее никто не послушал.