Ветры Осени (СИ)
— Всё будет хорошо, мама.
Сжал кулаки… и попятился, стоило Орландо толкнуть дверь. Сжал челюсти и переборов себя шагнул навстречу, вскидывая подбородок.
— Значит, ты Орландо ди Креспо?
— Аргх… — Выдохнул мечник, качая головой. — Меня начинает пугать такая известность. Будь добр, малыш, отойди. Я слегка устал, чтобы обходить.
Золотоглазый отступил, прежде чем осознал смысл слов. Замер с приоткрытым ртом. Луиджина торопливо подползла к нему, прижала к себе, не спуская полного ужаса взгляда с Орландо.
— Чего это с ней? — Пробормотал мечник, проходя мимо.
— У себя спроси. — Сдавленно прорычал мальчик, стискивая кулаки.
***Мара смотрит на эльфийку со злобой, на которую способна только женщина. Луиджина беззастенчиво перебирает книги в кабинете, перелистывает и швыряет за спину. Йор остался на первом этаже, связанный и с кляпом во рту, для надёжности. Эльф стоит в проходе, положив ладонь на левое плечо, а культю выпрямив вдоль тела. Холодно наблюдает за ведьмой.
— Так ты всё ещё не хочешь мне помочь? — Насвистывая под нос, спросила императрица. — Поверь, я тоже совсем не рада здесь находиться.
— С какой стати мне тебе помогать? — Ответила Мара, сплёвывая на пол.
— Ну, так ты сделаешь доброе дело. Дочь встретится с отцом, хоть толика твоих грехов искупится. Тем более, я сразу покину твой мир, и мы больше не увидимся.
Ведьма склонила голову, плечи мелко затряслись, и кабинет наполнил мстительный смех. Эльфийка застыла с увесистым фолиантом в руках, скосила взгляд на пленницу.
— Хм, я сказала, что-то смешное?
— О… в какой-то степени. — Протянула Мара, глядя на вторженку исподлобья. — Знаешь, сколько времени я угробила, что бы твой «папаша» появился на свет?
— Догадываюсь.
— А теперь подумай, сколько ушло на создание того, кто его убьёт. О… какая ирония, приёмная дочь ищет отца, которого убьёт собственный сын!
— Ч-что?
Луиджина отшвырнула книгу и шагнула к пленнице, заглядывая в расширенные глаза.
— Когда создаёшь чудовище, обязательно позаботиться об охотнике на монстров. А я позаботилась и очень хорошо! — Смеясь, заявила Мара. — Он неутомим, целеустремлён и неуязвим! Он мой сын! Его сын!
— Но… зачем?! Разве он и без того не настрадался из-за тебя?! — Выпалила Луиджина-младшая, хватая ведьму за ворот платья и вздёргивая над полом.
— Потому что каждый вкусивший божественность, должен умереть!
***Ролан остановился перед воротами королевской тюрьмы. Именно здесь держат герцога, за которым отправился богоподобный. С той стороны смердит смертью и свежей кровью. Парень криво улыбнулся и потянул меч из ножен.
Глава 36
Тяжёлый удар отшвырнул Орландо от герцога, впечатал в стену. Под затылком сочно хрустнуло, будто куриное яйцо под сапогом, и по шее заструилось горячее. Парень упал на пол лицом вниз, скьявона выскользнула из ослабших пальцев. Свет в глазах мальчика моргнул и потух, стала видна голубая радужка с золотой каймой.
Винченцо судорожно выдохнул, закашлял от жгучей боли в груди. Мальчишка брезгливо отряхнул кисть, скривился и сплюнул под ноги.
— Это было проще, чем я думал. — Процедил он, с такой злобой, что свет в камере померк. — Орландо ди Креспо, Богоборец, Бич Божий! Всего лишь жалкий смертный.
Тело на полу издало болезненный стон, правая ладонь вслепую хлопнула по полу. Нащупала рукоять меча и сжала до хруста. Орландо начал подниматься, а мальчишка попятился, пока не упёрся лопатками в стену. На лице вмиг отразилась целая радуга эмоций: от изумления до глубинного ужаса.
Женщина подхватила рапиру, загородила ребёнка, нацелив остриё в грудь Богоборца. Орландо выпрямился, покачнулся и шире расставил ноги. Есть в его стойке нечто странное… сломанное. Будто часть мышц не работает. Плечи опущены, горбится, а на шее яростно пульсирует толстая вена. Мечник медленно поднял голову и Винченцо вздрогнул увидев красные от крови глаза.
— Это что сейчас было? — Прохрипел Орландо, касаясь рёбер и кривясь.
Шагнул к мальчику… Женщина прыгнула навстречу, остриё рапиры ударило в глаз. Мечница оскалилась, как собака защищающая щенка. Парень отвёл голову в сторону и клинок лишь дёрнул волосы у виска. Охнул и завалился набок, с трудом устоял.
Окрылённая успехом, мать начала бить, методично ломая защиту и стараясь добраться до сердца. Орландо отбивается неуклюже, почти не двигая рукой. Кривится от каждого движения.
Винченцо со страхом заметил открытые раны.
Рапира ударилась о скьявону, отлетела и поворотом кисти развернулась под клинок. Женщина сместилась, сжалась пружиной для молниеносного укола. Орландо с рыком разжал ладонь, меч выскользнул и полетел под ноги, ударился сильной частью о рапиру, чуть сместив… Острие пробило подставленную ладонь и лязгнула о стену.
Орландо наотмашь хлестанул левой рукой по лицу. Женщина взвизгнула, упала на пол, выпустив рапиру. Мальчик бросился к ней, встал над, раскинув руки. Орландо смерил его взглядом, вытягивая клинок из кисти. Пробормотал сквозь сцепленные зубы:
— Время на вас тратить…
Подхватил скьявону и в два удара разрубил цепи герцога. Винченцо повалился на пол, кое-как поднялся, кривясь от боли в плечах и едва заживших следах пыток.
— Идти сможешь? — Спросил Орландо, следя за женщиной краем глаза.
— Отсюда даже ползком готов. — В тон ответил герцог.
— Вот и хорошо…
— Какого чёрта?
Незнакомый голос бритвой полоснул по ушам, люди в камере разом обернулись на дверь. В проёме стоит светловолосый парень, в левой руке держит меч, а взгляд холодных голубых глаз пронзает Орландо.
— Какого чёрта? — Выдохнул мечник, поворачиваясь к незнакомцу.
Ощущение, будто смотрит на отражение в озёрной глади. Форма лица, нос, даже подбородок одинаковые! Отличия настолько мелкие, что даже не сразу подмечаются. Волосы темнее, глаза ярче и скулы ниже.
Ролан, одновременно с Орландо, склонил голову к плечу и повторил, нацеливая меч в грудь:
— Какого чёрта?!
— Да что вообще происходит?! — Простонал Винченцо, ожесточённо щипая левую руку.
— Ты ещё кто такой? — Выдохнул Орландо.
— Твоя смерть.
Ролан метнулся, нанося рубящий в голову. Острие скьявоны скользнуло по клинку, разворачиваясь и отбрасывая. Ударило в лоб и… с протяжным звоном разлетелось на тысячу осколков. Голову Ролана откинуло до хруста позвонков, а ноги по инерции полетели вперёд, укладывая тело на пол с грохотом.
В звоне расколотого металла Орландо отчётливо услышал женский смех. Ошалело перевёл взгляд на рукоять с огрызком клинка. На растянувшееся у ног тело собственной копии, с красным следом от удара на лбу. Глаза нового врага закатились, красуясь молочными белками.
Винченцо ухватил брата за плечи, потянул к выходу, крича на ухо:
— Уходим!
Орландо безвольно последовал за тем, кого должен был спасать. Рукоять выпала на ступени, а весь подъём и бегство из крепости запомнился чередой смазанных картин.
***Кармен проснулась от криков на первом этаже, заворочалась в постели. Распахнула глаза, осознав, что лежит одна. Огляделась, заспанно моргая и зевая. Села, прислушиваясь к шагам в коридоре и странному звуку, будто волокут полный мешок или тушу оленя. Дверь распахнулась с пинка и в комнату ввалилось двое мужчин. Кармен взвизгнула и натянула простынь до глаз.
Хозяин таверны затараторил, яростно жестикулируя. Второй мужчина отмахнулся и поволок ношу сам. Оглянулся на девушку и замер, как и она.
Перед ней сгорбился герцог Борсл! Волокущий Орландо, больше похожего на отбитый кусок мяса. Кармен шумно выдохнула, соскочила с кровати, отшвырнув простынь. Бросилась к парню, отпихнув Винченцо. Тонкие пальцы заскользили по телу, щупая и надавливая.
Девушка прижала ухо к оголённой груди, начала считать, едва двигая губами.
Глава 37
Темноту озаряют короткие вспышки, а раскаты грома сплетаются в далёкие голоса. Орландо чувствует давление и чужие ладони на груди. Новая вспышка и темнота оголяет мраморную статую Луция Корнелия Суллы, покрытую свежей краской… Нет… это не римский патриций, кто-то другой. Орландо подошёл ближе, давление усилилось до треска рёбер.