Королевский отбор, или Попаданка под прикрытием (СИ)

Анжелика резко распахнула глаза и села в постели, крепко вцепившись пальцами в одеяло. Ее бледное лицо выражало крайнюю степень удивления и непонимания. 
‒ Тише, ‒ попытался я ее успокоить. ‒ Лика, все хорошо. Я рядом.
Девушка перевела на меня свой затуманенный взгляд и как будто попыталась сконцентрироваться на моем облике. Я даже заволновался, что память ее подведет, и она меня и вовсе не вспомнит. Хотя лекари уверяли меня, что состоянию жены ничего не угрожает, в это было сложно поверить.
  
Ведь прошла целая неделя с того кошмарного дня, когда арка нас обручила.
Я протянул ей стакан с чистой прохладной водой, и Лика, благодарно кивнув, отпила из него пару больших глотков. 
Внутри меня все бурлило и взрывалось. Мне до рези в пальцах хотелось прижать девушку к себе, сжать с силой, втянуть дурманящий аромат волос и кричать от радости. Она очнулась. Я не потерял ее... 
Но не мог. Не сейчас.
Затем Лика поставила стеклянную емкость на прикроватную тумбочку и, поднеся руку к груди, спросила:
‒ Что произошло? ‒ согнув пальчики, девушка чуть царапнула кожу в том месте, где все драконы ощущают свою ипостась. ‒ Дамион, расскажи...
Воспоминания о том дне давались мне тяжело. Не потому, что я смутно их помнил. Как раз наоборот. Все слишком явно и отчетливо врезалось мне в разум. И прогонять мысли одну за одной было сущей пыткой. Однако всю неделю, что Анжелика пробыла в забытье, я только и делал, что думал, думал и думал… Вспоминал, крутил мысли, представлял, что можно было сделать иначе.
Мне понадобилось время, чтобы попытаться структурировать тот день по частям, не забыв рассказать о важных деталях. Потянувшись к затылку, я уже привычно пробежался по брачной метке на задней части шеи, возвращая себе уверенность.
‒ Ты потеряла сознание, ‒ начал я с самого очевидного. ‒ Я еле успел тебя подхватить, чтобы ты не ударилась о землю.
Лика не сводила с меня своих пронзительных глаз, вникая в каждое сказанное мною слово. 
‒ Дайвы поженили нас и... По какой-то причине в тебя влилась неимоверная ментальная сила. А вместе с ней и...
‒ Дракон, ‒ закончила за меня девушка и кивнула. Удивленной, надо сказать, она не была. ‒ Я... Я чувствую его... Ее... Это так...
‒ Как?
‒ Правильно, что ли.
Не удержавшись, я хмыкнул. Просто потому, что не мог представить себя без своей второй части. Что же говорит о чувствах той, что наконец обрела свою недостающую половину.
‒ И немного непривычно, ‒ Лика прикусила нижнюю губу, а я вдруг потерял нить повествования. За эти дни я сотни раз думал, что потерял ее, и сотни раз ругал себя за эти дикие мысли. И вот теперь просто смотреть на Анжелику было так невыносимо приятно, что мне хотелось забыть про разговоры и, запрыгнув в постель, подтвердить наш брачный союз по всем законам и правилам.
Но Лике необходимо было восстановить свои силы, прежде чем я рискнул бы начать доказывать ей свою любовь.
‒ Скоро это пройдет, ‒ улыбнувшись, я взял ладонь Лики в свою и погладил большим пальцем.
‒ Что же было потом? Если я тут, то, значит, Терезу схватили? А Кайруса? И Карл... Ты с ним разобрался?
Прелестный рот извергал вопрос за вопросом, а я любовался. Неделя была сложной во всех ее возможных проявлениях. И этот миг наедине с любимой грел сердце, заставляя забыть про усталость. 
‒ Тереза, ‒ говорить о служанке мне было тяжелее всего. Слишком противоречивые чувства она во мне вызывала. Я до сих пор не понимал мотивов ее поступков. Причина предательства была мне не ясна. И, видимо, таковой и останется. ‒ Она умерла, Лика. Сразу, как только ты шагнула в арку.
Глаза девушки расширились, а в уголках глаз мелькнули слезы. Не удержавшись, я подался вперед и свободной рукой стер слезинки.
‒ Но почему? 
‒ Она использовала свой дар, не соблюдая основных правил магии и, что закономерно, выжгла себя полностью.
‒ Ох.. 
‒ Не стоит горевать по ней. Ее смерть была неизбежна. Как и смерть... Кайруса.
‒ Ты его... ‒ Лика не смогла завершить вопрос. Но я и так все понял.
‒ Нет. Как только влияние ментальной магии прекратилось. Он рухнул замертво. Словно все это время именно Тереза заставляла его сердце биться. Без нее в нем погасла жизнь.
Замотав головой, Анжелика закрыла глаза и сипло выдохнула:
‒ Это трагично и одновременно так закономерно. Финал, который Тереза бы оценила. Умереть с любимым в один день и час…
‒ О чем ты? ‒ удивился я ее словам.
‒ Я знаю, почему Тереза пошла на этот шаг. Но для начала я должна кое о чем тебе рассказать.
  
Глава 107
 
Лика
Я рассказала Дамиону все. От момента, как вошла в чудо-лифт и как вышла в его мир. Про нашу первую встречу. Про магию, о которой ничего не знала, и которая привязала ко мне Стикса. Про Гамлета…
Правда лилась подобно источнику родниковой воды, который прорвался сквозь твердую землю, и его уже ничто не могло остановить. От каждой фразы Дамион становился все угрюмее и мрачнее. И хотя он слушал и не перебивал, на душе было тревожно. А вдруг правда оттолкнет его? Все же я многое ему о себе не говорила, позволяя самому додумывать некоторые вещи.
И я рассказала про Терезу. О том, что ко мне вместе с драконом, которого она в себе хранила, перетекли и ее воспоминания. Вся ее жизнь умещалась в моей голове и вызывала дрожь ужаса. Мне было жалко ту маленькую девочку, которую Кайрус взял к себе ради ее дара. Развратил. А потом сделал соучастницей преступления. Ее месть мне была понятна. Но, конечно, я не одобряла ее поступков. Мне претило то, как она умело заметала следы, как прятала свой запах за благовониями, как сводила девушек с ума, не заботясь о их состоянии. Все ради мести.
‒ Так ты из другого мира? ‒ первый вопрос, сорвавшийся с губ мужчины, меня озадачил.
‒ И это все, что тебя взволновало? ‒ я сложила руки на груди.
‒ Я называл тебя деревенщиной и простушкой! А ты… Просто из другого мира. Ты даже не представляешь, как мне стыдно!
Брови мои бесконтрольно поползли вверх. Я ожидала какой угодно реакции на свое признание, но точно не самобичевание Дамиона о том, как он раньше меня называл. 
‒ Ты точно слышал все, что я говорила после первой фразы?
Мужчина кивнул:
‒ Слышал.
‒ И-и-и-и? ‒ протянула я многозначительно.
‒ Мучительно осознавать, что я не заслужил твоего доверия, чтобы ты могла со мной поделиться. Вместе было бы проще разобраться в ситуации.
От его слов у меня перехватило дыхание.
‒ Так ты не злишься?
‒ Злюсь, ‒ поспешно добавил мужчина. ‒ Но не на тебя, Лика. Только на себя. Ты была в большой опасности. Узнай Тереза кто ты, она могла попытаться убить и тебя.
По спине пробежался холодок и Дамион это заметил. 
‒ Двигайся, ‒ мужчина расположился рядом и притянул меня к себе в объятия. 
Стоит ли говорить, что я и не думала сопротивляться. Его тепло и сила успокаивали, отгоняли страхи и сомнения. Я зарылась лицом в его грудь, вдыхая знакомый мужской аромат, давно уже ставший родным. Сердце Дамиона билось в груди ритмично, уверенно, давая мне понять, что все будет хорошо.
‒ Я виноват перед тобой. Очень виноват, ‒ проговорил он тихо, накручивая локон моих волос себе на палец. ‒ За то, что выбирал Карла раз за разом, хоть душа тянулась к тебе. За то, что не видел в Терезе угрозу. Она всю мою жизнь мелькала перед глазами. А я не увидел момента, когда ее сломали. 
Я подняла голову, заглядывая в глаза любимого. В них легко читалась глубокая, всепоглощающая вина. Сердце сжалось.
‒ Ты ни в чем передо мной не виноват. Ты делал то, что считал нужным. Ради брата… 
  
‒ Как оказалось, и ты сама это знаешь, что он мне не совсем брат. Так… Родственник. Кузен. И все, что я делал для него…
‒ Что с ним сейчас? Он жив? ‒ удивительно, что я нашла в себе силы сопереживать Карлу. Но я понимала, что его сумасшествие лишь следствие воздействия Терезы.
‒ Карл? ‒ Дамион состроил гримасу. ‒ Живее всех живых. Что с ним станется. Говорит, что голова до сих пор побаливает. А так… Сложил с себя полномочия и отрекся от трона.