Ведьмы не проигрывают 2 (СИ)
Тёплая волна поднималась и расплывалась по всему моему телу.
Абсолютное спокойствие.
Глава 23
Глава 23
Когда все мысли покинули мой разум, зрение и слух стали возвращаться ко мне. Я стала слышать кваканье лягушек.
Я ожидала увидеть перед собой всех, но на болоте я была одна — Эвиаса и Вельмара с Барном тут не было. Зато передо мной, воспарив над водой, находилась Ратта. Она смотрела на меня и улыбалась.
— Прошла… — шёпотом сказало Божество.
Я встала в кочки и посмотрела на Ратту.
— Что будет дальше? — спросила я.
— А чего ты хочешь? — ответила мне вопросом женщина.
Я задумалась на мгновение.
— Пожалуй, я хочу, чтобы портал закрылся.
— Это самое главное? — Ратта склонила голову на бок.
— Почему ты спрашиваешь меня об этом? — спросила я, понимая, что вряд ли Божество будет интересоваться такими вещами просто так.
— Потому что следующий мир — это мир эмоций и рассудка, — ответила Ратта, — Чтобы пройти испытание Бога Дэкара, ты должна уметь подчинять себе свои эмоции и включать холодный рассудок. Это манёвр, который каждый человек совершает на протяжении всей своей жизни. Манёвр, который, если совершается правильно, то поможет человеку сохранять золотую середину в своей голове. Так нужно, чтобы поступать правильно, чтобы принимать нужные решения
— А при чём здесь то, чего я хочу?
Боги, как сложно-то…
Ратта подплыла ко мне по воздуху и опустилась рядом со мной.
— Потому что человек должен знать, чего он хочет. Чтобы понимать себя. Чтобы… маневрировать! — и женщина выпучила глаза, после чего громко рассмеялась.
Я поёжилась от её смеха.
— Я должна подумать…
— Подумай, подумай, девочка, — улыбнулось Божество, — У тебя будет на это достаточно времени — Дэкара найти не так-то просто.
После этих слов Ратта взяла жабу со своего плеча и та превратилась в большой оранжевый шар. Шар прошёл вовнутрь меня, и я почувствовала, как на моём позвоночнике появляется вторая печать — выше первой — Печать Ощущения. Пространство завибрировало, и открылся проход в другой мир.
— Удачи тебе, Амалия, — грудным голосом сказала Ратта, — Желаю тебе добиться своей цели, и определиться, чего ты действительно хочешь. Это и будет тебе подсказкой на следующем этапе твоего пути…
Я улыбнулась Божеству, ещё раз окинула взглядом лицо женщины и сделала шаг в следующую дверь — в третий мир.
Здесь меня уже ждали Эвиас, Вельмар и Барн.
— Амалия! — Шаилион подошёл ко мне и взял меня за плечи, — Ты большая молодец.
— Что за испытание было? — спросил Гаиллан, лучезарно улыбаясь, явно довольный тем, что у меня получилось.
Я подгладила Барна и ответила, улыбаясь:
— Ратта сделала меня слепой и немой.
— Страшно было? — спросил Эвиас, удивлённо подняв брови.
— Да, — ответила я честно, машинально потрогав свою голову.
Интересно, много волос я вырвала?
— И как ты вышла из этой ситуации? — спросил меня жрец, открыв свою сумку, и изучая, что в ней находится.
— Мне в голову пришла речь господина Шаилиона, тогда, в первый день учёбы. Он говорил тогда о том, что нельзя сдаваться, что нужно быть сильным, не смотря ни на что. Я как-то сосредоточилась над этим, ушла в медитацию. И снова стала видеть и слышать.
— Это здорово, — улыбнулся Эвиас, и я внимательно посмотрела на его лицо.
По-прежнему красивый, хоть и стал часто хмуриться.
— Я виделась с Раттой, наедине, — сказала я, не отрывая взгляд от лица мужчины, — Она сказала, что третьего Бога — Дэкара — не так уж просто найти. И что я должна понять, чего я хочу. А ещё, что третий мир — это мир эмоций и рассудка.
Я отвлеклась от лица Эвиаса, и, наконец, оглянулась вокруг.
Вот это да!..
Глава 24
Глава 24
Я не ожидала, что обычные (ну, почти обычные — скорее, уже привычные) пейзажи сменятся на такое! Ночь. Очень звёздное небо и огромная планета на горизонте! Огромная, фиолетовая планета, с завихрениями из нежно-розовых облаков. Я раскрыла рот от удивления.
Я стояла на пыльной белой дорожке, и вокруг меня возвышались высокие и тонкие, как пики, чёрные горы, редко где росли какие-то небольшие кустарники с жёлтыми мелкими листочками, тут и там пробегали маленькие мыши и пролетали птички. У грызунов были большие странные уши. Барн тут же стал ловить мышей и птичек. Я улыбнулась и выпустила Огаву, которую ещё в прошлом мире позвала обратно в амулет. Волчица удивлённо оглянулась вокруг и бросилась за ушастой мышью.
— Господин Шаилион, — сказала я и повернулась к декану, — А выпустите Мерка, ему будет тут тоже весело!
Эвиас приподнял одну бровь и ничего не ответил. Я поджала губы и сказала, что-то типа «ладно». Какой он бывает серьёзный, этот колдун!
— Так, — проскрипел Гаиллан, — Значит, Печать Эмоции и Рассудка…
Бубня что-то себе под нос, жрец стал доставать ритуальные предметы и класть их возле себя на землю. Это был чёрный алтарь из ткани, красные свечи, перья каких-то птиц, нож (ну, какой ритуал без ножа!), спички, травы. Гаиллан поднял рукав своей мешковатой рубашки и сделал сильный надрез на предплечье, после чего зажёг свечу, поджёг травы, и, кажется, на какое-то время впал в транс. Я заворожено смотрела на жреца. Цветные шарики вокруг его головы на минуту остановились. Эвиас стоял в стороне и разминал шею, медленно поворачивая её из стороны в сторону.
Когда Вельмар вышел из транса, он сказал:
— Идём на восток.
Два часа мы шли без остановок. Молчали. Окружающий мир никак не менялся — редкие кустарники, пики гор, ночь. Я то и дело поворачивала голову в сторону планеты, и мне становилось жутко от одного её вида. Непривычно это всё. Странно. Такого я точно не ожидала.
Когда мы остановились на привал, от Вельмара поступило предложение поспать.
— Мы идём очень долго. Нам нужно беречь силы. Идти ещё далеко.
И я поняла, что действительно вымоталась. Столько всего произошло, столько пройдено. Позвоночник зажгли две печати.
— Амалия, — окликнул меня Эвиас, — Я сделал тебе палатку. Иди поспи.
— А Вы разве не со мной в палатке будете? — не подумав, спросила я.
Нет. Нет! Не думайте обо мне ничего плохого! Я просто вспомнила, что когда мы пережидали дождь в мире Ратты, Шаилион сидел в палатке со мной. Сейчас мне даже в голову не пришло, что Эвиас может наколдовать хоть тысячу палаток!
Когда я поймала на себе косой взгляд жреца, до меня дошло, что я ляпнула. Я медленно перевела взгляд на Эвиаса, тот стоял с выражением недоумения на лице. Мужчина резко развёл руки в разные стороны, безмолвно задавая мне вопрос — что я имела в виду?
Меня как током прошибло, но я так устала, что просто ответила:
— Я думала, что у Вас одна палатка. Решила, что Вам негде будет спать.
Боги, как же тупо это всё.
Эвиас прошёл мимо меня, одной рукой возводя ещё одну палатку, и сказал:
— Смотри, как я умею.
Эта обычная фраза разрядила обстановку и я рассмеялась.
— Вы действительно великий колдун, господин Шаилион, — сквозь смех сказала я.
Я не могла остановиться и смеялась. Вельмара тоже повеселила эта ситуация, и я впервые услышала его скрипучий, кашляющий смех.
— Непревзойдённая палатка, коллега, — сказал он.
Эвиас сначала стоял с серьёзным видом, но, в конце концов, его лицо озарила улыбка. Он усмехнулся и исчез в своей палатке.
— Господин Гаиллан, — обратилась я к жрецу, наблюдая, как он обвешивает своё временное жилище какими-то камушками, — А кто вообще из ШАМиВ знает, что мы здесь делаем?
Вельмар не удивился такой резкой смене темы и ответил мне будничным тоном:
— Все деканы знают. Директор знает. Люди, которые готовятся к худшим сценариям, знают. Отрабатывают варианты развития событий.
— А ученики? — спросила я.
— Пятикурсники всех факультетов в режиме ожидания сейчас.