Верьте в чудеса (СИ)
-Катюха ваша как тигр сражалась за вас, он несколько раз к вам домой до этого приходил, пытался поговорить-утешить, она не пускала, вежливо говорила, тебя нет, и тут же дверь захлопывала. Вот, озлобила мужика, а тут я добавила, развели нас без звука, за пару дней - использовала, каюсь, свое служебное положение. Вещички собрала, выставила на площадку, даже разговаривать не пожелала. Как он разорялся на площадке, да подзабыл, что в доме камеры имеются, запись с них мне Лешка Артемьев мгновенно сделал. Мальчики знакомые в ОВД по моей просьбе вышли на изготовителя этих капелек, ухватились за ниточку, клубочек и размотали. Много чего там оказалось, да ещё и малолетки две, любвеобильные, вот и поехал мальчик смазливый по этапу, за капельки и растление малолетних. Вот так, Лен, все и было!
У Лены глаза были на мокром месте.
-Ленка, ты не ной, иди со своим Ерохиным до конца выясняй всё, а я к Женику свалю, у них так классно, потом потихоньку, как совсем стемнеет, домой пойду, пешочком. Всё, иди, не тяни резину, мужик твой весь извелся, а ты все мудришь, хорош себя несчастную жалеть.
-Да не жалею я, боюсь - стыдно и противно на саму себя смотреть.
-Иди, горе луковое!
Прода от 20.12.2017, 14:06
Регинка ушла, Лена, осторожно приступая на свою больную ногу, опираясь на стенку, добрела до спальни - Ерохин спал, точно спал, знала ведь она, когда он спит, а когда притворяется.
Подошла, осторожно присела на край кровати, полюбовалась на спокойное, расслабленное во сне лицо мужа и, едва-едва касаясь, легонечко погладила по щеке.
-Как же тебе досталось, вон, морщины какие появились! - думала она про себя.
Ерохин как-то шумно вздохнул и бормотнул:
-Леен, не мучай, не снись, а? - начал переворачиваться к стене, и она решилась:
-Не снюсь я, рядом сижу!
Ерохин замер, потом уже нормальным голосом, хрипловатым со сна спросил:
-Ты, правда, здесь?
- Дда! Ерохин, молчи, дай я скажу!
Он подтянулся, засунул подушки под спину, ловко ухватил её, прижал спиной к своей груди, обнял аккуратно:
-Вот теперь нормально!
-Я... я... ты меня всю жизнь, ту, нашу оберегал, каменная стена, я ни минутки в тебе не сомневалась и когда увидела ту картину... меня, наверное, перемкнуло, это даже не обида была, это враз рухнул весь мой мир, моя стена меня же и погребла под обломками... Я... я не знала, что ты в больнице... нет, не так, ничего не хотела слышать про тебя, совсем. Отгородилась ото всех, даже от дочки, непроницаемой завесой, не то чтобы себя жалела, просто тупо не понимала: почему, за что? Ладно бы, ругались, надоели друг другу, накручивала себя... Сейчас вот понимаю, надо было хотя бы поговорить, вернее, поскандалить. Этот, Регинкин, он же за мной в одних трусах тогда выскочил, умолял не говорить Регинке. Вроде как ты ему такой сюрприз подстроил, а он подпив, не выдержал соблазна.
Руки Ерохина чуть посильнее сжали её.
-Сам дурак. Говорил мне Лёшка Артемьев, когда ещё:
-Толька, смотри, мужик-дерьмо!
Я всё посмеивался - у нас с ним общее только машинные дела. Я же тогда, после того, как в себя пришел... жить совсем не хотелось, раз ты не появляешься, значит всё, звездец семейному счастью. Как-то безразлично все стало, мать придет, я ей:
-Все нормально!
Катька прибежит, что-то говорит, волнуется, а у меня в голове одно:
-Всё! Ничего уже не будет!
Регина заявилась, вытащила меня из палаты, в кабинет какой-то затащила ... как она меня материла, ты представить не можешь. Я её и знал-то понаслышке, а тут женщина, имеющая немалый вес, матерится виртуозно, орет мне в лицо, что я мудак, каких поискать. Я было подумал, муженька защищать прибежала, так и сказал, что ничего никому не собираюсь доказывать. Она с кулаками на меня, орет:
-Дебил, мне надо знать все подробности! А то я не поняла, что тебя подставили!!
Встряхнула она меня, так вот мы с ней и знаться стали, она дотошно раскапывала все про мужа своего, он и загремел лет на восемь, что ли. Веришь, даже ничего не ворохнулось, и не порадовался, когда узнал, что сел тот, тебя-то не вернешь никак! Эээ, ты опять рыдаешь? Сейчас-то чего? - заворчал Ерохин, ловко выскользая из под нее, устраиваясь рядом на боку
-Жааалко, - прорыдала Лена, - столько лет из-за одного козлины...
-Ну, все же хорошо теперь или..? - замер Ерхин.
Лена, всхлипнув, прижалась к нему:
-Тооолька, я же без тебя, как заводная игрушка жиила!!
Ерохин гладил её по спине, по волосам и молчал.
-Тооль?
-Всё нормально, вспоминаю!
-Что?
-Как это, обнимать свою жену, не боясь, что прилетит гадость в ответ.
Лена помотала головой.
-Что, не так?
-Неет! Не отпущу больше!
-А я и сам никуда не уйду, хорошо начудили оба! Катька наша мудрее родителей своих оказалась! Ну-ка! - он ловко перевернул Лену на спину и осторожно стал вытирать её мокрые щеки своей шершавой рукой. Лена всхлипнув, прижалась губами к ней и Ерохин пропал.
Как жадно он целовал свою обретенную жену:
-Ленка, Леночка, поверить не могу, что ты вот она, рядом!! - бормотал он между поцелуями. - Ленка, счастье моё... как же хреново без тебя мне было!
В комнате заливался сотовый Лены, отзвонив, умолк, и запел Ерохинский, но родителям было не до звонков, они как два глухаря токовали, не слыша и не осознавая ничего, кроме их двоих, в эти минуты не было никого и ничего больше. Наскучавшиеся, четко осознавшие, что друг без друга им просто не жить, они впитывали мгновения, старались как можно теснее прижаться, полнее раскрыться, сейчас не было ничего запретного и ненужного, были только Лена и Толя во всем мире, они отдавали себя полностью.
А в Питере прыгала и скакала козой их дочка, понявшая - раз оба не отвечают, значит, мирятся!
-Бабулик, бабулик, а-а-а-а, - завопила она в телефон, - бабулик!! Они оба не отвечают мне!
-Кать, Кать, - дрогнувшим голосом ответила Виквика, - Кать, мы с тобой молодцы!
-Бабулик, ты только не рыдай!
-Не, Кать, Андрэ через десять минут явится, а у меня глаза накрашены, на кого стану похожа, потекут ведь! - промокая кончики глаз платочком, пробормотала Виквика.