Кот по имени Семён Семёнович Горбунков

Одиночество ведь не выносит не только котов, но и родных, которые готовы прилететь к тебе за несколько тысяч километров, а также оно абсолютно и совершенно не переваривает слово «люблю», сказанное от души.
– Только я всё-таки к тебе прилечу. Позволь мне тебя проводить к Максу. Заодно и сам его увижу. Странное дело, соскучился я по вам обоим! Тем более, что у нас в Москве теперь племянница имеется – дочка Серёжки. Макс говорит, что она очень смешная… Навестим их. Ладно?
  
– А, знаешь, прилетай! Я… я буду так тебя ждать! Я ведь никогда не ждала старшего брата! – призналась Ирина.
– Хорошо, вот теперь у тебя будет такая возможность. Только ты так и не ответила, кто такой этот Мыл? – припомнил Вадим.
– А вот прилетишь, я тебе его покажу! – пообещала, расхохотавшись, Ирина.
Оказывается, это так приятно… Знать, что у тебя есть старшие братья, за которых можно спрятаться, укрыться за широкими плечами, борясь с детским желанием показать язык всем неприятелям разом! Можно представить брату кота по фамилии Горбунков и знать, что он тебя поймёт, можно даже с мылом его познакомить, и наслаждаться выражением его лица. Так много всего можно, когда чувствуешь себя нужной и любимой младшей сестрой.
Возможно, именно из-за этого нового и дивного ощущения, Ирина шла в понедельник по институту так, что её с трудом узнал научный руководитель, глубоко задумавшийся над найденным на столе заявлением об увольнении.
– Ирина Антоновна, я не понял, что это?
– Это? Это я увольняюсь. Решила избавить вас от необходимости возиться с навязанным «тухлым яйцом». И да, позвольте извиниться за деда… Он не должен был как-то вам докучать подобными вещами – я ехала, чтобы честно работать, а не быть в положении «академической внучки». Подпишите, пожалуйста, заявление, и я освобожу вас от своего присутствия.
– Слышала! Обиделась? Наябедничает! – эти панические мысли всполохами метались в голове научного руководителя, ясно отражаясь на физиономии.
– Да, случайно слышала, нет, не обиделась! И уж точно не стану жаловаться. На что? На собственную глупость разве что, раз давно не разобралась, что происходит! – Ирина приняла подписанный лист, заверила нервного руководителя, теперь уже бывшего, в том, что зла точно-точно не держит, а уходя, сказала:
– Хотела сказать, чтобы вы не волновались… Я забрала кота. Ну, Семёна Семёновича Горбункова…
– Зачем? – не понял руководитель.
– Как зачем? Себе! Я в субботу его во дворике обнаружила и поняла, что он – мой кот!
– Так вы же… это… уезжаете!
– И он со мной! Вот только сейчас выпрошу у охраны его ветпаспорт – он нужен, чтобы ему билет на самолёт купить.
Вадим, поджидающий сестру в машине, несколько удивился, когда увидел, что её провожают растрёпанный и явно крайне изумлённый дяденька научного вида и крупный тип в камуфляже, старательно открывающий перед Ириной все двери.
– Не волнуйтесь, мы с ним уже купили ему приданое, и недруга прогнали, и праздники отпраздновали, и брата моего старшего встретили, короче, никому я его не отдам! Мой кот! – убеждала Ирина Горбунковских поклонников, укладывая в сумочку свою трудовую книжку и ветпаспорт кота Семёна Семёновича. – И спасибо вам за него! Без вас он бы меня не дождался, а как я без него?
Вещи были собраны, да не так и много их было у Ирины… Ключи возвращены квартирной хозяйке, машина, взятая напрокат, отогнана в гараж.
– Знаешь, я только сегодня поняла, что у меня тут всё было временным, – негромко сказала Ирина. – Кроме Семёна Семёновича и твоего приезда. Самое-то главное я нашла в последние дни, вот с ним, с этим самым важным, и уезжаю.
Самолёт резво пробежал по взлётной полосе, взлетев навстречу небесному ледоходу, освободившему путь двум людям и коту.
Ирина держала переноску на коленях, уговаривала не волноваться абсолютно невозмутимого Семёна Семёновича, чуть поплакала, прощаясь с городом, который неожиданно дал ей так много, а потом задремала.
– Ну, что Макс, встречай нас… будем навёрстывать то, что мы друг другу задолжали! – думал Вадим, косясь на спящую сестру и очень важного кота Горбункова, который, как и все коты, делал вид, что знает что-то абсолютно неизвестное и непостижимое для людей.
 
Глава 6. Академические внуки
 
Они собирались вместе часто – академику Вяземскому нравилось, чтобы они присутствовали на семейных обедах по выходным, но, пожалуй, никогда ещё они не собирались вот так – когда по-настоящему, когда родственники становятся родными.
Макс встречал брата и сестру в аэропорту и вез их домой, поглядывая на улыбающегося Вадима и немного напуганную Ирину с котом на коленях.
Накрапывал дождь, заливая лобовое стекло, и сестра выглядела так, словно готова к нему присоединиться…
– Ир, ты чего так переживаешь? – не выдержал он, в конце концов.
– Да понимаешь, я же уволилась… а что теперь? Я никогда не уходила в пустоту!
– Если с деньгами проблема, то… – заговорили оба брата.
– Нет, у меня есть – я же квартиру в Питере сдавала, а в Новосибирске тратила немного. Дело в другом – я никогда не была и не буду такой как вы оба. Нет, Вадим, не спорь! Макс, это же правда. Короче, я когда ехала в Новосибирск, решила для себя, что работа там будет моей последней попыткой заниматься наукой. Если не выйдет, то я буду менять… менять всё!
Ирина на секунду прикрыла глаза. Сложно решиться на какие-то кардинальные изменения в жизни, особенно, если думала, что твоя жизнь упорядочена и расписана от и до. Когда у неё нашлись силы посмотреть на братьев, то обнаружилось, что оба переглянулись с самым серьёзным видом.
Макс кивнул старшему брату.
– Давай, сначала ты.
Вадим пожал плечами. Ему было в новинку ощущать себя по-настоящему старшим братом, но он решил, что когда-то же надо начинать…
– Ир, мы с Максом думаем, что это правильно! Нет, не потому что ты не так талантлива или что-то в этом роде – вон наша мама… Да, она никогда не дотягивала до уровня бабушки, к примеру, но она реально настоящий химик-учёный. Другое дело, что тебе надо попробовать себя в другой области. Попробовать и понять, что не надо что-то кому-то доказывать.
– Да, лучше найти себе дело по душе! Чтобы заниматься им не из-за фамильных иллюзий, а в охотку, – поддержал брата Макс. Пусть Ирка пока смирится с тем, что прикладная химия – это тоже вещь нужная!
Ирина уже была в гостях у Макса – проездом, но в этот раз ей были по-настоящему любопытны и его домочадцы, и их питомцы.
Мила торопилась на работу, поэтому успела только обнять золовку, познакомиться и погладить Семёна Семёновича, грозно скомандовать собственному прайду.
– Кота обижать не сметь!
И позвать из соседней квартиры её хозяйку – свою бабушку Елизавету Петровну.
– Ирочка, пойдёмте ко мне. Да, да, вам у меня будет значительно удобнее! Я уж про Семёна Семёновича не говорю… наши дамы – особы с характером, чего доброго, обидят мальчика. Макс, имей ввиду, Вадима это тоже касается! Ты же знаешь, КАК они любят испытывать людей на прочность…
– Ещё бы мне не знать, – фыркнул Макс. – Моя же Мурьяна в заводилах. Брат, не боись, главное, к кактусу близко не подходи – он, видишь ли, питомец моей кошки.
Кактус оскорбился и на три десятых миллиметра встопорщил две верхние колючки, правда, людям на это было глубоко безразлично – они даже не заметили столь угрожающей и мощной демонстрации кактусосилищи. Всё-таки, нет в мире понимания разумности колючих и таких обаятельных кактусов…
Елизавета Петровна была рада тому, что к ней обратилась внучка и попросила приютить у себя Ирину.
  
– С ней едет Вадим, им, как я понимаю, надо бы пообщаться вместе втроём!
– Да, дорогая, полагаю, им это необходимо! – ответствовала Елизавета Петровна, прикидывая, что для неё этот визит очень даже нужен и выгоден – она летом пообещала своей подруге Марине – маме Макса, Вадима и Иры, что при случае постарается помочь её младшей дочери.