Доводы нежных чувств (СИ)

— Почему так поздно? У мисс танцы. Ей требуется умыться и переодеться. Из-за вас она опоздает, — женщина взяла девочку за руку, намереваясь увести её.
— Подождите! — остановила её Бьянка. Она не могла позволить себе оставить всё, как есть. — Софи поранила ногу, нужно обработать.
Гневный огонь зажёгся в глазах гувернантки. Нижняя челюсть затряслась от еле сдерживаемого негодования. Она подошла вплотную к Бьянке и процедила:
— Я знала, что вам нельзя доверять. Обо всём случившемся я доложу мистеру Коулу. Не надейтесь, что это сойдёт вам с рук! — процедила она и, развернувшись, быстро зашагала по коридору, увлекая за собой Софи. Девочка явно не поспевала за ней и поминутно оборачивалась в сторону Бьянки, бросая на неё взволнованные взгляды. Та в свою очередь так и продолжала стоять на месте, чувствуя себя кругом виноватой.
Весь вечер она не находила себе места от волнения. Казалось бы, простая ссадина на коленке, но сколько шума она вызвала в высшем слое общества. Бьянка очередной раз поймала себя на мысли о том, что ей не место среди этих людей и на душе заскребли кошки. Она привыкла к Софи, ей нравилось общество Джона, и их возможная ссора огорчала девушку. За этими мыслями она не заметила, как за окном стемнело. В голове мелькнул проблеск надежды: может быть, всё обошлось? Но когда она села причёсывать волосы, чтобы начать подготовку ко сну, в её дверь постучали. Девушка ещё не успела переодеться, а потому, сжавшись в тревожном ожидании быстро подошла, чтобы посмотреть, кто пришёл. За порогом стояла няня Софи. Лицо её не выражало никаких эмоций. Женщина сказала лишь:
— Идёмте со мной. Я не намерена оправдываться в одиночку.
Бьянка вышла из номера и зашагала вслед за женщиной. Глухой звук их шагов отдавался чуть слышно от деревянных стен коридора. Девушке, которая уже не рассчитывала на выяснение обстоятельств их невинной прогулки с Софи, теперь хотелось поскорее закончить с этим и не раздувать из мухи слона. Чем ближе они подходили к комнате Коула, тем больше тревожное ожидание сменялось негодованием.
Гувернантка резко остановилась возле одной из дверей и постучалась. Знакомый голос пригласил их войти. Миссис Гарди уверенно шагнула за порог, оставив открытой дверь, после чего следом за ней вошла Бьянка. Почему-то при виде мужчины, сидящего за широким столом, ей снова стало не по себе.
— Добрый вечер, мистер Коул, — проговорила женщина. — Как и обещала, я привела мисс Инноченти, — высокомерный взгляд упал на лицо Бьянки. — Она сегодня взяла на себя обязательство погулять с юной Софи, после чего ребёнок вернулся домой с дырой на платье и с разбитым коленом!
Всё то время, пока женщина произносила свою речь, Джон переводил внимательный взгляд с одного лица на другое. Когда же она замолкла, взоры присутствующих устремились на Бьянку. Она глядела в пол и не знала, что сказать. Все монологи, которые она репетировала этим вечером, улетучились из головы и теперь в ней витал сумбур из разнообразных, не связанных между собой, мыслей.
Джон решил сжалиться над ней. Он поставил локти на стол и произнёс:
— Не понимаю ваших претензий, миссис Гарди. Я виделся сегодня с Софи и, как успел понять, она была в восторге от прогулки, — Джон вопросительно взглянул на гувернантку.
— Но как такое возможно? Подобное времяпрепровождение недопустимо для юной леди! Они же лазали по развалинам. Юная мисс могла упасть и сломать себе что-нибудь! Такое безрассудство со стороны мисс Инноченти недопустимо!
— Что вы хотите, чтобы я сделал? — спокойно спросил её Коул. — Запретить мисс Инноченти общаться с Софи? Они очень дружны и если я это сделаю, то моя племянница будет глубоко несчастна.
— Но, господин… — женщина подбирала слова, — они играли в футбол с нищими оборванцами!
Теперь уже Бьянка не выдержала и закрыла лицо руками. Сколько бы Джон её ни выгораживал, всему есть предел.
— Миссис Гарди права, — вступила она. — Я действовала неправильно. Развлечения тосканской бедноты — не лучший досуг для леди её уровня. Сегодня я подвергла Софи опасности и готова ответить за это, — она выдохнула.
 
— Каким образом вы намерены за это ответить? — поинтересовался Джон.
— Не знаю, — честно призналась девушка. — Могу постирать и зашить её платье…
— Немыслимо! — встряла гувернантка. — Мисс Софи не носит штопанные вещи! Она же не нищенка!
— Миссис Гарди, — в голосе Коула звякнул металл раздражения. — Прошу, оставьте нас, — он пристально взглянул на женщину. Лицо её приняло возмущённый вид и, беззвучно хлопая губами, она развернулась к двери, за которой вскоре скрылась.
Джон поднялся с места, обошёл стол и приблизился к Бьянке. Девушка продолжала стаять, сцепив руки за спиной, и старалась не смотреть на мужчину.
— Вернёмся домой, уволю её, — тихо проговорил он.
Бьянка в недоумении подняла на него глаза и в тот же миг вздохнула с облегчением, увидев доброжелательное выражение лица.
— Но я действительно потеряла контроль, — изводила она себя. — Вместе с Софи я каждый раз, будто бы, возвращаюсь в детство. Мне так хотелось показать ей те места, где я гуляла. Тогда это всё казалось мне таким интересным, полным тайн и загадок. Софи очень понравилось на развалинах акведука. Она даже нашла черепок от какого-то горшка и всю дорогу убеждала меня в том, что он страшно древний и его надо отдать в музей.
— Да, она мне показывала, — Джон улыбнулся. — Вы ни в чём не виноваты, Бьянка, — он снова стал серьёзным. — Вы показали Софи детство таким, каким оно должно быть — с разбитыми коленками и множеством впечатлений. Я бы не смог ей этого дать, а потому должен вас благодарить.
Бьянка прижала ко лбу ладонь в немом бессилии. Она столько всего уже успела себе насочинять и ждала, что Коул будет ею недоволен, а он стоял теперь тут и благодарил её за безрассудство, которое она учинила. Требовалось отдышаться.
— Вам плохо? — спросил он, кладя руку ей на плечо. — Присядьте, — он повёл её к дивану, усадил и сам опустился рядом, продолжая поддерживать девушку. — Если это всё из-за нашей скандальной гувернантки, то не стоило переживать. Мне не в чем вас винить и вряд ли вы сможете сотворить что-то такое, в чём я мог бы вас упрекнуть.
Внезапно Бьянка почувствовала, как рука Коула медленно движется от её плеча по спине и опускается всё ниже. В потоке мыслей она вдруг осознала, насколько сильно между ними нарушена дистанция. Мужчина уже почти прижимал её к себе, а она даже не пыталась сопротивляться. Бьянка взглянула ему в глаза, о чём немедленно пожалела. В вечернем полумраке они приобрели волшебный янтарный отблеск. Бьянка ясно ощутила, насколько невыносимым и нестерпимым было его ожидание. Он уже признавался ей раньше и те чувства, которые изматывали Джона всё это время, рано или поздно должны были пересилить его железную волю. Воля же Бьянки растворялась в глубине этих янтарных глаз. Коул приблизился. Девушка тоже подалась вперед и в тот миг, когда сомкнула веки, почувствовала нежное прикосновение мужских губ к её губам. Голова закружилась от окативших их обоих чувств. Коул уже касался рукой нежной девичьей щеки, уводя пальцы дальше — к густой копне пшеничных локонов. Бьянка положила ладонь ему на плечо и теперь впивалась пальчиками в плотную ткань тёмно-зелёного сюртука. Когда оба полулёжа на диване сжимали друг друга в страстных объятиях, Джон опомнился первым. Превозмогая себя, он отпустил её и нехотя отстранился. Губы Бьянки распухли от продолжительного поцелуя, который ей, судя по всему, не хотелось прерывать. Она не сразу пришла в себя после пережитого, отчего вскоре румянец окрасил её щёки.
— Уже поздно, — хрипло проговорил Джон, стараясь не смотреть на ряд пуговиц рубашки, расстёгнутых на груди девушки. — Нужно ложиться спать.
Бьянка отпрянула от него и, подскочив с дивана, принялась поправлять неловкими пальцами свою одежду. Руки не слушались и хотелось провалиться сквозь землю от стыда. Надежды на то, что происшествие с Софи будет единственным волнением этого дня разбивались в дребезги.