Укрощение строптивых 2 (СИ)

Когда он закончил повествование, я разрыдалась с новой силой, невероятно больно было узнать о предательстве родного человека.
— За что она так со мной? — всхлипнула я.
— Счастье моё, тут дело не в тебе, твоя сестра жаждала власти, а ты стояла у неё на пути. Не стоит даже пытаться тебе понять её мотивы, ты не поймёшь, потому что другая, светлая, нежная и моя, — после слова «моя» он накрыл мои губы своими. Не знаю, почему, но для меня этот поцелуй был самым желанным и таким волнующим…
— Ты моё наваждение, я влюбился в тебя как мальчишка, стоило мне только взглянуть на портрет. — прервав поцелуй, тихо проговорил мне в губы своё признание.
— Я не знала этого, мне казалось, что я тебе крайне неприятна, — засмущалась я, а у самой по телу стало разливаться тепло, первый раз за всё время мне стало легче дышать, боль, мучавшая меня годами, стала отступать.
— Неприятна? — усмехнулся он, — нет, любовь моя, ты для меня весь мир, я грежу о тебе днём и ночью, мечтая заключить в свои объятья и любить тебя до потери памяти.
— Ох… — не смогла я сдержать вздоха удивления, а потом, вспомнив, в каком состоянии были Юля и её подруга, поспешила себя обезопасить, — только не надо зверствовать, как ректор и его брат, я не выдержу такого напора! — после моих слов Лориен рассмеялся в голос.
— Откуда тебе известно, что не выдержишь, ведь не пробовала ещё? — отсмеявшись, задал он провокационный вопрос. И правда, я действительно не знала, каково это – быть с любимым мужчиной.
— Может, и не знаю, зато подруг видела после сексомарафона с их мужьями, и поверь, они были крайне удручены после проведённой ночи с ними, ведь мера во всём нужна.
— Мера? — хохотнул он, — согласен, а также обещаю, что ты втянешься, и сама будешь не прочь проводить побольше времени со мной, ты забыла, кем ты являешься?
— Как же мне забыть об этом, когда ты каждый день напоминаешь, — сделала вид, что обиделась, но уверена, что глаза выдали мой зарождающийся интерес. — И вообще, хвастаться некрасиво. — намекнула я ему, что он преждевременно присваивает себе лавры умелого любовника, тут нужна практическая проверка, а словам доверять глупо.
— Хорошо, обряд проведём сразу после тренировки в лесу, а то мне как-то обидно, что ты в меня не веришь. — поцеловал он меня в кончик носа. — А сейчас я верну тебе то, что твоё по праву.
— Что ты мне хочешь вернуть? — удивилась я.
— Вот это, — показал мне лилию, появившуюся на его руке.
— Ты отдашь мне её добровольно? — не поверила я, что он может спокойно отказаться от власти надо мной. Не было случая, чтобы так поступали те, кто получал власть над нимфой.
— Вел, мне нужна твоя любовь добровольно, а не по принуждению, тем более, я провёл этот обряд, чтобы защитить тебя тогда, и уж точно не подчинять в будущем. — изумил он меня своим признанием.
— Но ведь ты говорил на тренировке… — решила напомнить ему тот случай, когда он угрожал мне полным подчинением. Видно, он тоже вспомнил и помрачнел.
— Вел, ревность мешала мне здраво мыслить, ярость и обида переполняли меня, но то, что я там говорил, это был блеф. Я никогда, ни при каких обстоятельствах не превратил бы тебя в тень самой себя и постельную игрушку. Мне до сих пор стыдно за тот случай, но прошлого не воротишь, чтобы исправить, и нет мне за это прощения.
— Лориен, — несмело провела я рукой по его лицу, — я тебя люблю и не держу зла, обещаю, что вычеркну из своей памяти эти страшные моменты, чтобы они не омрачали нам жизнь.
— Зато я никогда не забуду, сколько боли тебе причинил, маленькая моя, — виновато посмотрел он на меня.
— Не живи прошлым, оно ушло, зачем постоянно оглядываться назад и омрачать этим наше будущее? — после моих слов он с надеждой во взгляде посмотрел на меня, было ощущение, что я ему подарила новую жизнь, и он не верит своему счастью.
— Ты об этом не пожалеешь, клянусь! — опаляя мои губы страстным поцелуем, с горячностью пообещал он сделать меня самой счастливой.
  
Глава 28
  
Юля
— Девчонки, я сгораю от любопытства, а ещё больше волнуюсь, как там Вел, вдруг её эта рептилия обидит? — металась я по комнате.
— Юль, да мельтеши ты, уже в глазах рябит из-за тебя! — нанося макияж, ответила Светик, — всё у них будет нормально, поскандалят, конечно, Вел стукнет чем-нибудь его по голове для лучшего усвоения урока, и помирятся. А ты лучше делом займись, приведи себя в порядок и не забудь надеть то, что я тебе принесла.
— Если этот прикид выглядит, как у Рэн, ни за что! — отказалась я от эронаряда.
— Юля, ты что, всю операцию решила завалить?! — изображая грозу полей и огородов, взвилась Светик.
— Причём тут операция и экипировка, как у путаны! — не отставала я от неё.
— Юля, ты через чур консервативна, и вообще, это платье можно назвать целомудренным по сравнению с теми костюмами, в которых мы будем выступать. — убила она меня, хотя нет, примерно такого поворота я и ожидала.
— Сама развратница, и нас туда же тянешь! — воскликнула я в сердцах.
— Юль, прекращай, мы, вообще, зачем этот номер затеяли, а? — напомнила мне о причине этого чёртового выступления, и я в очередной раз пожалела, что согласилась на эту авантюру.
— Блин, Светик, не нравится мне это! — плюхаясь на кровать, высказала я своё мнение.
— А мне кажется, ты просто боишься выступать! — невозмутимо ответила она.
— Я, Юлька Куропаткина, и боюсь? Глупости! — возмутилась я, — ещё чего! Ты, Светик, пургу гонишь, я не трус, а просто стесняюсь, мужиков там будет ого-го сколько!
— Юль, а на пляже ты тоже стесняешься? — усмехнулась она, а я после её слов напряглась.
— Свет, только не говори, что мы перед мужиками в купальниках будем попами трясти? Сама же понимаешь, пляж – это одно, а вот сцена – совсем другое, — решила сразу её отговорить, вдруг, и правда, она решится на такое.
— В купальниках не будем, обещаю, — успокоила она меня, — а теперь марш красоту наводить, пацан в юбке! — дала она словесный пинок мне под зад для ускорения.
Я со скорость сверхзвуковой ракеты рванула выполнять распоряжение подруги, и правда, что я всполошилась, что здесь такого страшного? Всего лишь нужно сексуально одеться для своего мужа. Да и платье не такое уж и развратное, облегающее фигуру, правда, спина открыта по самую попу, так это мелочи по сравнению с купальником, так успокаивала я себя мысленно, пока наводила марафет. Уже вернулась Рэн, выдала нам зелья, одно для выносливости, за которым она бегала к мадам, а вот второе у магистра взяла, тот вначале пытал её, зачем оно ей нужно, а затем догадался. Говорит, долго смеялся, но обещал не посвящать друзей в наши планы. Мы же, как и Рэн в прошлый раз, решили увеличить дозы в два раза, ну, чтобы наверняка, правда, подруга попыталась отговорить нас от опрометчивого поступка, но потерпела фиаско. В итоге, махнув на нас рукой, она села на стул и ушла в невесёлые думы, хотя, я уверена, она занялась анализом, во что может вылиться наше упрямство. И, судя по её лицу, она поняла, что дела плохи, и наша жадность нам же выйдет боком.
И, наконец, вернулась Вел. Я быстро провела визуальный осмотр на наличие телесных повреждений, к моей радости, этого не наблюдалось, как и у декана тоже. Хотя, выражения их лиц претерпели изменения, теперь они светились, как начищенные самовары, от счастья и любви, и вот уже в очередной раз я позавидовала по-доброму уже другой подруге.
— Как я вижу, у вас всё на мази, любовь-морковь и прочее. — не сдержалась я и прокомментировала происходящее.
— Да, мы всё выяснили, и теперь все разногласия улажены. — расплылась подруга в улыбке.
— Разногласия улаживали с применением физического метода убеждения и добычи информации по какой причине твой тебя изводил так долго, или обошлись словесными баталиями? — подколола я влюблённых. Если честно, я была рада, что наконец подруга перестанет страдать от неразделённой любви.
— Попытки наказания были, конечно, в виде летящих предметов, и мне с великим трудом удалось увернуться, — веселился декан.