Гимн шута 8 (СИ)

Лев Демидович пока больше склонялся к первому варианту. И вовсе не только потому, что ему хотелось верить именно в него.
«Борзый» тем временем буркнул что-то еще.
— Жду, — коротко бросил Юсупов-старший и дал отбой.
Некоторое время мужчины молчали.
— Думаешь, она жива? — поинтересовался Игнат.
— Думаю, да, — куда увереннее, чем чувствовал на самом деле, ответил отец. — Подставной кортеж не уничтожили, а вполне аккуратно остановили. Практически без жертв… для данной ситуации. Так что пока противник действует в рамках клановых интриг, а не разжигает междоусобицу. Тем более, полагаю, с нами хотят поторговаться. А для этого у второй половины должны быть веские аргументы за спиной. Например, жизнь моей дочери и твоей сестры.
Вновь раздался звук вибрации.
— Слушаю, — коротко выдохнул воевода и, выслушав не столь уж длинное предложение, выразил свое отношение к вопросу всего одним словом. — Принял.
Больше он разговаривать не стал, вновь сбросив вызов.
— Хотят встретиться, — ровно произнес мужчина в ответ на вопросительный взгляд сына.
— Я с тобой, отец, — тут же твердо заявил Игнат.
— Нет, — довольно жестко припечатал воевода. — Не тот случай. Помни, я только что узнал о происшествии. И даже такого идиота, как Никитка заставит задуматься, если я явлюсь с тобой на ЭТИ переговоры?
Будущему Главе такая постановка вопроса не понравилась. Но и возразить аргументов у него не нашлось.
Молодой человек встал и выполнил легкий отточенный поклон.
— Держи меня в курсе, отец.
— Непременно.
  
Глава 3
 
Глава 3
Виктория устроилась на заднем диване лимузина. Наверное, впервые ей пришло в голову, что пассажирское сидение баснословно дорогой машины просто создано для того, чтобы развалиться всласть. Однако подтянутые телохранители и застегнутый на все пуговицы в прямом и переносном смысле родич заставили неосознанно подтянуться.
— Ты в безопасности, Виктория, — негромко произнес Николай Александрович, продемонстрировав знакомую с детства легкую улыбку.
«Принцесса» кивнула. Вот ее и освободили из логова «дракона». Но рада ли она этому? Вопрос хороший. С одной стороны, она возвращается домой. Это неплохо. Та же ванная комната, в которой легко может уместиться вся квартира Фила — несомненный плюс. С другой стороны, скандалы, интриги, расследования перед голосованием Управления… Тут смотреть нужно. В оба. Просто затем, чтобы вдруг не стать разменной монетой в общей игре. Недаром же ее отправляли к «мужу» пожить. В целом, происходящее вокруг можно было описать очень подходящим словом «неопределенность». И это давило на нервы.
Под чуть сильнее сжавшимися пальчиками зашелестел пакет. Однако дядя, пусть и испытавший некое удивление в первый момент, уже принял новую реальность. И даже практически не косился на ношу двоюродной племянницы.
— Что-то очень ценное? — поинтересовался безопасник, чуть подавшись вперед к Виктории.
— Да, Николай Александрович, — мягко согласилась «принцесса» тем самым тоном, какой никак не предполагал продолжения доверительной беседы.
«Странная реакция!» — отметил мужчина. Мужчина знал девушку с рождения и не припомнил, чтобы она так «закрывалась». Во всяком случае, не от него.
— Виктория, — негромко начал начальник «спасательной миссии». — Что-то случилось? Я бы мог подобрать хорошего психо…
Девушка улыбнулась. Совсем не той сдержанной улыбочкой, а по-настоящему.
— Думаю, справлюсь, — заверила она. — Кстати, ты когда-нибудь пробовал сырники?
Вопрос сбил с толку. Во всяком случае, Юсупов, занятый оценкой морально-психологического состояния «спасенной», такого ответа не ожидал.
— Это какое-то блюдо? — негромко поинтересовался он.
— Лучшее на свете! — заверила племянница с таким видом, что не поверить ей было решительно невозможно.
Впрочем, предложенная тема куда больше интересовала Николая Александровича в качестве «крючка». Впервые с момента посадки Виктория «ожила». Этим следовало воспользоваться.
  
— Думаю, наши повара вполне смогут… — начал негромко он.
— Нет, — тут же уверенно покачала головой «принцесса». — Я сама справлюсь. Полагаю, на кухню меня пропустят без проблем?
Девушка мысленно усмехнулась, наблюдая за довольно явной задумчивостью на лице собеседника. Тот явно легких «подколов» в стиле Павла, как говаривал Кроль, не вывозил.
— Николай Александрович, — негромко позвала Виктория минуты две молчания спустя. — Куда мы летим?
Отчего-то привычное обращение «дядя» казалось девушке ныне не слишком подходящим.
Родич приподнял бровь. Вопросительно. Мол, а почему ты спрашиваешь?
Такие вопросы были совершенно не в характере «уралочки». Это ведь дело всякой «черни» знать конечную точку маршрута, как готовить яичницу и откуда в ее шкафу берутся постиранные и поглаженные вещи.
— Мы сменили маршрут пятнадцать минут назад, — объяснила свои сомнения девушка. — Теперь же явно вылетели за границы столицы.
Тут поспорить было трудно.
— На этажах сейчас небезопасно, — негромко ответил Николай Александрович. — До собрания Управления еще целых две недели. Твоему отцу не хотелось бы, чтобы за это время с тобой что-то произошло.
Виктория удивила родича, понятливо кивнув.
— Безопасность, понимаю, — вздохнула она, и тут же хмыкнула. — Хоть без мешка на голове. И на том спасибо!
Мужчина на миг подумал, что ослышался. Мешок на голове Юсупова⁈ Да не бывать такому!
— У Волконских очень… своеобразное представление о гостеприимстве.
— Ты себе даже вообразить не можешь! — с таким чувством выдохнула племянница, что безопасник еще более утвердился в мысли, что нужно будет провести психологическое освидетельствование девушки.
Естественно, когда все закончится. Он искренне надеялся, что удачно. Для всех. Потому что ценой ошибки может быть чья-то жизнь. И мужчина искренне надеялся, что не его собственная.
— Я хочу связаться с отцом, — неожиданно сменила тему Виктория.
Николай Александрович только мягко покачал головой.
— Безопасность, — с удивительной смесью отвращения и понимания выдохнула «принцесса», но тут же продолжила перечислять. — Игнат, Павел?..
Вот тут настала очередь мужчины удивиться:
— А причем тут Волконский? — поинтересовался Юсупов аккуратно.
По его данным, «муж» заботился о Виктории в рамках обычной коммерческой сделки.
— Он волноваться будет! — убежденно выдала девица еще один довольно абсурдный тезис.
— Думаешь? — негромко переспросил Николай Александрович.
— Конечно, — без всякого сомнения, кивнула «уралочка». — Он так и сказал: «Ну ты… это… доберешься — позвони!».
Юсуповой без труда удалось передать интонации клановца, который хоть и смог сдержать пожелание «Скатертью дорога!», но не тон.
— Я думаю, что сейчас не лучшее время, — спокойно произнес командир «спасательной миссии».
— И почему же? — поинтересовалась Виктория, скрывая легкое беспокойство.
Ей ответ пришелся не по нраву.
Обычно она вопросов не задавала. Но за последний час, похоже, что-то изменилось. Она без проблем обменялась парой слов с отцом до выезда. Так что же случилось такого, что воевода вдруг стал недоступен? Да и Игнат с Павлом тоже.
— Особая ситуация, — посерьезнел мужчина. — Согласно регламенту руководство клана недоступно для связи. Стандартная процедура.
— И как давно? — тут же задала абсолютно несвойственный ей, но такой правильный в данной ситуации вопрос.
— Со вчерашнего дня.
Настаивать «принцесса» не собиралась. Да и не до того вдруг стало. Глайдер явно «провалился» в посадочную глиссаду.
— Мы прибыли! — сообщил девушке Александр Николаевич, протягивая не слишком модную, но, что куда важнее, теплую куртку.
Виктория Львовна вежливо кивнула и, равнодушно приняв руку помощи одного из гвардейцев, покинула глайдер. Пакетик она с собой, естественно, не забыла.