Академия Космического Флота: Дежурные (СИ)

Лишь однажды сокурсницы проявили искренний интерес, да и тот, как выяснилось, носил исключительно прагматичный характер: в тот день стайка наших девушек впервые увидела меня в компании лейтенанта Раадши-Харта и умоляла с ним познакомить. А я… отказалась. Просто потому, что сочла, что если Хэлу надо, то он сам подойдёт и заговорит с любой девушкой, которая ему понравится. Хальгард явно не из стеснительных.
Да и в принципе я считала, что пол не должен влиять на отношения. Какая разница, девушка ты или парень? Кто сказал, что первый шаг обязательно должен делать мужчина? Что за ерунда? Нравится человек, тьфу, ларк… ну так иди и познакомься! Если всё время просиживать штаны в ожидании того, что некто прочтёт твои мысли и сделает что-то за тебя — так можно и всю жизнь оставаться на обочине. В ожидании чуда. А если кто-то нравится, но «я хочу, чтобы он при всех бегал за мной и совершал красивые жесты», то это какое-то неправильное «нравится». Детское, что ли.
С Хэлом мы сталкивались в коридорах и столовой всякий раз случайно, не планируя встречи, но абсолютно каждое наше столкновение он искренне радовался и останавливался, чтобы переброситься парой фраз и спросить, как дела, даже если куда-то спешил. Несмотря на предупреждение Дени держаться от ларков подальше, Хальгард мне импонировал. Да, от него всегда на двести двадцать вольт шарашило аурой обаяния — улыбки, жесты, наклоны головы — но при всём при этом общаться с Хэлом оказалось действительно легко. То ли он как старший брат в многодетной семье хорошо меня понимал, то ли всё ещё чувствовал вину за мои травмы в шахте, то ли дело было ещё и в том, что я проживала в каюте единственной в их группе девушки — не знаю, но у нас всегда оказывались общие темы для обсуждения.
А против врождённого обаяния ларка у меня давно сформировался собственный иммунитет: когда твоя мама выходила замуж восемь раз, волей-неволей перестаешь воспринимать мужчин как мужчин. Слишком они ненадежные. Все мужчины, которые пытаются понравиться, красиво ухаживают и намекают на отношения — временные; постоянные — лишь братья.
Ивес Ир’сан, несмотря на распоряжение своего куратора, меня избегал. Собственно, после рассказа Дени я и не удивлялась такому раскладу. Понимала, что рано или поздно надо будет с ним поговорить, попробовать объясниться, извиниться, в конце концов, и за ту неуместную шутку про связывание, и за «шантаж» насчёт бета-колебаний… Возможно, даже внятно обосновать, почему я так сказала, но подходящего случая всё не наступало.
С момента поступления прошло два месяца, я сдала теоретический тест по управлению космотранспортом и неожиданно получила разрешение на пилотирование на учебном симуляторе. В группе почти все умели водить флаеры или хоть какой-то вид транспорта, а потому и первые уроки управления космическим транспортом всем дались играючи, а я всё никак не могла взять в толк, как надо переключать сцепление и почему у меня периодически блокируются тумблеры скоростей. Я как раз села в вытянутую, как яйцо, капсулу и тщетно дёргала рычажок передачи, когда над ухом раздался знакомый мужской голос:
— Тут переход через третью световую происходит, и система перепроверяет все настройки. Морковка, смотри, ты здесь и здесь забыла снять предохранители, вон там — не втянула закрылки.
Крупная загорелая ладонь постучала по экранчику. Я повернула голову и обнаружила перед собой уставшего, почти измождённого Хальгарда: тёмно-серые круги под глазами, да и платиновые волосы не сияют, как раньше, а смотрятся невзрачно пепельными, плечи слегка опущены. Нет, он не потерял врождённого шарма, просто выглядел далеко не лучшим образом. Верхние пуговицы мундира были небрежно расстёгнуты вместе с рубашкой под ним, обнажая треугольник литой груди, но я понимала, что сейчас Хэл не красуется: он настолько устал, что откровенно забил на внешний вид.
— Да-да, в курсе. — Он махнул рукой, угадав по выражению лица, что я думаю о его состоянии. — Отрабатывал норму в ремонтном цехе, а сейчас ещё надо хотя бы несколько часов стандартного дежурства закрыть, и можно будет наконец-то поспать.
 
Да уж, наказали так наказали. Я со вздохом ткнула в экран симулятора, сняла предохранители, а затем набрала команду для закрылков, но рычаг передачи всё никак не хотел разблокироваться.
— Э-э-э, нет, так не пойдёт. Ты развернула закрылки, а не втянула их, это другое. Здесь, на симуляторе, этого не видно, а в истребителе сразу хорошо почувствуешь, особенно если в атмосфере будешь, затрясёт по-страшному, — начал было ларк и вдруг осёкся. Его тёмно-зелёные, как папоротник, глаза загорелись точно так же, как у близнецов, когда те задумывали очередную шалость. — Слушай, а давай я тебе покажу? Один раз увидишь — уже не спутаешь.
И, не дожидаясь согласия, он уверенно потянул меня, легко поднимая из уютного кресла тренажёра. Даже если бы я не хотела с ним идти, сопротивляться физической силе ларка не смогла бы. Да и обаянию, впрочем, тоже.
— Слушай, Хэл, а это точно разрешено? — Всё-таки я предприняла вялую попытку к протесту. — Я только-только недавно стала кадетом, у меня ещё нет разрешения на выход в космос…
— Зато у меня есть! Я, между прочим, лейтенант и в одиночку могу спокойно управлять кораблём, рассчитанным на пять персон. Но раз у меня часы дежурства висят незакрытые, совместим полезное с ещё более полезным! Я отработаю норму, ты получишь первый опыт управления истребителем при поддержке старшего по званию.
— А разве это должен делать не Ивес? Его же моим наставником назначили…
— Ив мне только «спасибо» скажет, — отмахнулся ларк.
И то верно, с учётом того, как цварг старательно избегает меня вот уже два месяца и присылает раз в неделю лишь дежурно-холодное и безукоризненно вежливое сообщение: «Кадет Соколова, прошу доложить, если у вас имеются проблемы с учёбой».
Даже если бы я катастрофически не справлялась, после таких сообщений пропадало всякое желание просить помощи у Ир’сана. «Сама разберусь», — пыхтела себе под нос и вбивала очередной запрос в поисковик казённого планшета, отправлялась выяснить что-то у местного хозяйственника, делала пометку уточнить у преподавателя или перерывала Устав Академии. В общем, справлялась.
— Может, мне стоит захватить скафандр и шлем из каюты?
— Не волнуйся, в шлюзе всегда целый стеллаж универсальных.
Мы успешно миновали несколько однотипных серо-голубых коридоров. Широкоплечий Хальгард, словно ледокол, уверенно рассекал море младшекурсников, таща меня на буксире за руку. Я с трудом поспевала за ним, стараясь не обращать внимания на завистливые женские взгляды. Честно говоря, меня и саму смущало то, с какой горячностью Хэл вдруг предложил полетать вдвоём. Со стороны мы наверняка смотрелись как влюблённая парочка, ищущая место для уединения.
Ларк остановился перед широкой дверью в шлюз с истребителями, похлопал себя по карманам, выудил из заднего правого пластиковую карточку-удостоверение и вставил её в кармашек на двери, затем набрал код на электронной панели.
— Добро пожаловать на дежурство, лейтенант Хальгард… — начал говорить синтезированный голос, но ларк проигнорировал приветствие. Вместо этого он уверенно шагнул внутрь шлюза, увлекая меня за собой.
Огромный зал, насколько хватало взгляда, был заставлен отполированными до глянца тёмно-синими истребителями с золотыми полосками на фюзеляжах. Гладкие обтекаемые бока машин благородно поблёскивали в вечернем пламенно-оранжевом освещении помещения. Истребители скалили хищные кабины-морды, гордо выпячивали хромированные стабилизаторы и, казалось, вот-вот были готовы захлопать крыльями причудливой формы и улететь в чёрный вакуум за стеной. Вытянутые турбины, внушительные цилиндры-накопители, овальные и шестиугольные иллюминаторы — всё смешалось перед глазами. Никогда не видела столько технического совершенства в одном месте! Вселенная, неужели я на одном таком красавце прямо сейчас полетаю?!
— Изуми-и-ительно! — непроизвольно вырвалось, стоило увидеть коллекцию машин Космофлота.