Невероятная сила вашего подсознания. Медитация. Практическое руководство

Обратите внимание: в ходе медитации принципиально важно соблюдать четкий ритм: мысленно вбирать в себя чужую тьму на вдохе, а воображать, как она рассеивается, — на выдохе. Таким образом медитация будет максимально эффективной. Строго соблюдайте этот ритм, не забывайте рассеивать тьму, а не только впитывать ее!
На каждом вдохе мысленно повторяйте: «Как я мечтаю освободиться от страдания и его источников, так пусть и ты освободишься от боли, горя и его причин». Вообразите, как человек, о котором вы думаете, действительно освобождается от бремени страдания, как ему становится легче дышать, как он начинает улыбаться и светлеет лицом. Постарайтесь конкретизировать образ: если тому, о ком вы думаете, больно, — вообразите, как боль его утихает; если его терзает страх — представьте, как он с облегченным вздохом расправляет плечи, ибо страх ушел, и т. д. Медитация на конкретный образ будет более действенной.
  
Теперь представьте, что темное облако полностью исчезло. На этом этапе важен один нюанс: вам нужно вообразить, что вы не вобрали темное облако в себя, но представить, что оно рассеялось, что его разогнал свет — как лучи солнца и ветер разгоняют тучи. Вновь представьте человека, о котором вы думаете: вообразите, как он радуется, испытывая чувство полного покоя и глубокого облегчения.
Переходим к следующему этапу, который потребует еще более масштабной работы воображения. Подумайте: если вам дорог человек, о котором вы только что думали, то и весь мир наполнен людьми, которые кому-то дороги. Осознайте, что все живые существа достойны любви. Представьте себе бесчисленное море людей, которые, как и вы, страдают от бед, тревог, недугов и страхов. На каждом вдохе распространяйте свое осознание на всех, не исключая никого, во всех направлениях, без границ. На вдохе пожелайте: «Пусть каждый человек на Земле, подобно мне, освободится от страдания и его причин».
Затем проделайте ту же процедуру с «темным облаком», которую уже проводили, медитируя об одном человеке. С каждым вдохом вбирайте невзгоды и горе, боль и страх каждого живого существа. Вдыхайте их в бескрайнюю сферу света, неиссякаемый источник, способный вобрать все страдание мира и не потускнеть. Рассеивайте тьму в свете собственного сердца. Тем самым вы проявите подлинное сострадание: искренне пожелаете каждому освободиться от страдания и его причин.
А теперь на несколько мгновений отпустите свое воображение, отпустите мысли и устремления, отпустите все объекты сознания. Погрузитесь в чистый поток собственного осознания. Почувствуйте покой, исходящий из самых глубин вашего существа. Позвольте сознанию вернуться к своей изначальной и кристально чистой природе. Затем совершите плавный выход из медитации с помощью 21 вдоха- выдоха и повторите клятву, утвердив свои намерения стремиться к благу для всего мира.
ДЛЯ ДАЛЬНЕЙШИХ РАЗМЫШЛЕНИЙ
В своей книге «Искусство быть счастливым» далай-лама определяет сострадание как «состояние ума, которое ненасильственно, безвредно и неагрессивно. Это психологическая установка, в основе которой — пожелание другим освободиться от страдания. Она связана с чувством долга, ответственности и уважения к ближнему». Сострадание возникает из искренней заботы; далай-лама рассматривает его как главную из эмоций, присущих человеку. Когда сострадание наполняет сердце, невозможно страдание другого, ибо ощущаешь его столь же болезненно, как свое собственное. Конечно, мы прежде всего настроены на собственную реальность, поэтому, если мы действительно переживаем реальность чужого страдания, у нас в душе спонтанно возникает сострадательное чувство заботы. Представьте, что у вас на глазах тонет в реке какой-то несчастный и вы слышите его крики о помощи. У вас тотчас возникнет порыв броситься ему на подмогу. Это желание возникло само по себе, а не в результате обучения; это и есть сострадание — врожденное чувство, глубочайший импульс к проявлению заботы о другом.
В буддизме принято различать три уровня сострадания:
• сострадание к тем, кто испытывает страдание и боль;
• сострадание к тем, кто в поисках счастья слишком занят мирскими заботами;
• сострадание к тем, кто слишком фиксируется на ложных категориях «я» и «мое».
1-й уровень сострадания. Все мы в той или иной мере познали боль, страдания, страх и т. д. на собственном опыте, и, следовательно, у всех нас есть нечто общее. Подобный жизненный опыт и осознание этой общности способны сплотить нас, побудить заботиться о других, как о самих себе. В связи с этим далай-лама замечает: «Все мы одинаково ощущаем физическую боль и, вследствие этого, одинаково ощущаем, что у каждого из нас есть тело. Точно так же мы могли бы представить себе универсальный опыт страдания, единый и одинаковый для всего человечества. Этот опыт способен стать объединяющей силой, которая могла бы связать нас с окружающими. Возможно, в этом и кроется глубинный смысл нашего страдания. Именно наше страдание служит основополагающим элементом, общим для всех, фактором, объединяющим нас со всеми живыми существами».
Следует отметить, что представление о единстве всех живых существ прослеживается во всех духовных традициях, религиях и учениях мира. Мудрец Шантидева выразил эту мысль метафорически; он говорил, что у всех живых существ одно тело: «Хотя наше тело и состоит из различных частей, рук, и т. д., оно защищает себя как целое. Сходным образом, все существа, с их радостями и печалями, равны, как и я, в своём стремлении к счастью».
Разумеется, очень трудно открыть свое сердце страданиям других, поскольку легко поддаться чувству смятения и беспомощности, особенно глядя на страдания мира, отражающиеся в средствах массовой информации. Тем не менее более 1000 лет назад мудрец Шантидева, столкнувшись с этой же проблемой, пришел к следующему заключению: «Я должен искоренить страдание других, поскольку это такое же страдание, как и мое собственное.
Я должен позаботиться о других, поскольку это разумные существа такие же, как и я».
2-й уровень сострадания возникает в отношении людей, возможно, не страдающих в данный момент, но, находясь во власти иллюзий, придерживающихся образа жизни, который не ведет к истинному счастью, а лишь к неудовлетворенности, горестям и страху. Подобные люди все еще верят, будто счастье можно обрести, достигнув материальных целей — богатства, власти, роскоши, преклонения окружающих. Зачастую эти рабы иллюзий, совершая в своем стремлении к успеху самые эгоистичные, бесчестные и бессердечные поступки, не испытывают ни малейших угрызений совести. Однако буддизм предписывает не относиться к подобным людям с презрением (особенно учитывая, что вы сами тоже порой ведете себя именно так), не отвергать и не ненавидеть их, а призывает сострадать им. Пожелайте же тем, кто заблуждается: «Пусть они освободятся от страдания и его причин».
3-й уровень сострадания, самый глубокий и проникновенный, настраивает нас на реальность всех непросветленных существ, которые борются за обладание всякого рода материальными, эстетическими, интеллектуальными и даже духовными ценностями и при этом держатся за иллюзию «я» или «мое». Они живут в хищническом индивидуалистическом мире. Людям свойственно искать собственного счастья как чего-то независимого от благополучия всех остальных. Однако мы не существуем независимо от других, и разве наше счастье может быть независимым? Настраиваясь на реальность других существ, относясь к ним, как к самим себе, мы вступаем с ними в отношения «я-ты», видим в каждом человеке свое подобие. По канонам буддизма, это правильный, сострадательный подход, а его противоположность — эксплуататорское отношение «я-оно», при котором другой человек воспринимается как вещь, неодушевленный предмет. Подобное ошибочное отношение возникает из-за психических недугов (еще раз напомню, что именно так в буддизме принято называть страсти, собственнические желания, ревность, зависть и т. п.). Выше модели отношений «я-ты» может быть только модель «я-вы»: на этой стадии человек полностью перестает различать себя и других, и именно на ней сострадание полностью объединяется с мудростью. Достигнув этой высшей ступени, вы уже никогда не будете ощущать себе отдельным человеком, но станете воспринимать и себя, и любого другого как ячейку мироздания.