Джо 4 (СИ)
Джо — 4
Пролог
Зевая, встать с постели и споткнуться об мешок с деньгами — ну, это невеликое горе. Но какая же настоящая женщина не побурчит, раз представился такой случай?
— Освальд… — Мойра даже потянулась, чтобы негодующе (но очень вяло) ткнуть храпящего мага в задницу, — Ну что ты опять…
Тот, разумеется, никак не прореагировал, но дал подруге жизни порадоваться тому, что они отыскали заклинания, избавляющие домашнюю атмосферу от перегара. Причуды… куда от них деваться. У каждого волшебника есть как минимум одна, являющаяся неотъемлемым атрибутом его жизни. Впрочем, чаще всего, они представляют из себя что-то малозначимое и безобидное, как у самой Эпплблум, но она, кстати, никому и никогда не раскрывала эту свою тайну. Даже Оззу.
На всякий случай. А то мало ли что. Молодой девушке крайне неприлично признаваться в том, что она — Сладкоежка.
Зевающая и слегка ворчливая, волшебница первым делом прошла на кухню, где, отточенным движением открыв шкаф, достала стеклянную банку, из которой быстренько навернула десяток полнокровных ложек варенья. Закончив с ублажением своей волшебной сути, блондинка приступила к гигиеническим процедурам, которые проходит каждая уважающая себя женщина, перед тем как улыбнуться новому дню.
Пока юная волшебница прихорашивалась, ей в голову медленно лезли мысли, связанные с работой, возлюбленным и, конечно же, деньгами. Чуть раньше в её жизни мыслей было на одну больше, но сейчас она себя чувствовала почти счастливой, потому что смогла отвоевать могучими усилиями их с Освальдом независимость от зловещего, могущественного, крайне опасного и невероятно непредсказуемого друга по имени Джо.
«Джо».
Имя, преследующее Мойру Эпплблум чуть ли не с самого рождения!
Девушка попыталась негодующе вздохнуть прямо в сложенные ладони, в которых плескалась холодная вода, но это кончилось тем, что она так нехило её вдохнула, что потом провела несколько минут, судорожно кашляя, крякая, фыркая и немного сопливя от переполнивших её усилий. Это, конечно, не только помогло проснуться, но и заставило слабую искорку гнева, бережно хранимую всю жизненную дорогу этой волшебницы, вспыхнуть с новой силой!!
Джо!! Это он во всем виноват!!!
С ранних лет (с шести!!) этот человек занимал её мысли! Он преступно и интригующе проводил время, пока они, остальные дети, играли в мяч, пускали радуги и купались в пруду! Он смел жить своей жизнью и смел игнорировать её, саму Мойру Эпплблум! Он читал разные книжки, он общался со стариками, к нему постоянно приходили какие-то незнакомые гоблины (немыслимо!!!). Он не играл с ними! Он не играл с НЕЙ!
Это было ужасно, но куда как менее ужасно, чем в Школе Магии. Там он, объявив себя позорным башенным магом, вообще отрешился от всех и всяческих связей. Мойра терпеливо ждала, пока он, заскучав, приползет к ней, но вместо этого, Джо принялся воспитывать башенников, и те разве что на руках его не носили! Он общался с ректором, с деканами, с Мастером Гремлинов, даже с ужасным архимагом-призраком, но не с ними, не с простыми студентами!
Тогда она решила, что между ними всё кончено. Завела фей, но те постоянно жаловались на Джо, из-за чего Мойре даже начало мерещиться, что от её волеизъявления вообще ничего не зависит. Молодой гениальный волшебник, совершенно непонятный, совершенно непостижимый, преступно плюющий на расцветающую красавицу Школы (это почти правда) продолжал свою неестественную жизнедеятельность, вымораживая из блондинки всё больше и больше нервов!
Да куда это катится, она даже попыталась ему признаться! Сама! Первой!
Ну… дурой-то не была, так что, когда увидела на худом смуглом лице Тервинтера отсутствие даже малейшего интереса к своему внезапному появлению (в платье! Со свитой! И даже винца немного тяпнула!), то там-то уже да, до Эпплблум наконец-то дошло, что всё это время она себе надумывала и придумывала, занимая в мыслях Джо места меньше, чем прошлогодний раздавленный таракан!
Это было ужасно.
Волшебница пришла в Дестаду в настолько расстроенных чувствах, что это, наверное, и помогло ей проложить тропу в сердце добродушной старушки, принявшейся обучать её алхимии и всему остальному. Там она хотела забыть всю свою прошлую жизнь и даже не стала заводить новых фей, тем более что те не хотели жить в человеческом городе даже за вкусняшки. Тем не менее, оказалось, что это лишь начало её истории с гениальным, но совершенно нелюбящим её магом. Только вот, везде есть нюансы…
Мойра вздохнула, заканчивая наводить красоту. Легкий макияж, немного чар, приталенная роба, матовый блеск ровно подстриженных ногтей. Волшебница Мастер Дестады готовилась к новому рабочему дню.
Джо, с которым у неё появились дела, открылся с совершенно новых сторон. Вместо отстраненного книжника, загадочного, но совершенно безобидного, он показал дьявольский оскал искусителя, манипулятора, авантюриста, садиста, изобретателя и сорвиголовы! Маги, люди, эльфы, карлы, феи, гоблины, гремлины, коты, быки, пугнусы!!! Всё попадало в демонический водоворот хаоса, которым дирижировал Тервинтер Джо, пришелец из иного мира!
А затем, о боги! Даже боги!!!
Да что там боги, когда Мойра увидела, какими взглядами его пожирает одна из первейших красавиц мира (мира!!!), Саломея Дитрих Ассоль ди Кастроидес, верховная жрица богини Лючии… у неё впервые проснулся ужас перед этим темноглазым чудовищем!
Она думала, что он книжник.
А он готовился.
Она думала, что он её не любит.
А он считал её глупым ребенком.
Она хотела забыть о нем.
А он вместо этого сделал её богатой и работающей на себя.
Он даже дал ей мужика!!
— Джо… — неизвестно каким образом, но злобно бурча это имя, волшебница умудрилась проскрипеть зубами.
«Скучный Джо, скучный! С книжкой неразлучный! Темные глазищи! Вредности в них тыщи!» — вспомнилась ей детская песенка-дразнилка, которой Эпплблум небезосновательно гордилась. Теперь же, объём испанского стыда (она не знала, что это такое, но чувствовала всеми жабрами души) был достаточно велик, чтобы отравить крыс во всей Дестаде!
Нет-нет-нет, всё-всё-всё! Теперь они с Освальдом мирно живут в Дестаде, пытаются вылечить его Причуду, занимаются алхимией и варят разную отраву на потребу публике. Башней Озза заведует парочка волшебных гоблинов, нанятых через Джо (проклятье, сука!), так что милый может проводить с ней массу времени! И всё! Никаких тебе богов, апостолов, эльфиек с их дурацкой волшебной полынью, козами и другими проблемами, никаких тебе бывших пиратов-гоблинов, от взгляда которых иногда по коже мороз пробегает, никакой тебе метлы с щупальцами, ползающей по потолку, никаких визитов легендарных эльфов, от которых ты потом ночью просыпаешься с писком (хотя их даже не видела! Зато читала!)
Ничего!
Всё! Хватит! Пора излечиться от этого навязчивого кошмара, липко завлекающего невинных окружающих в свои внезапные недра! Джо не здесь! Он где-то там, творит свои ужасные дела, рискует своей шкурой, ругается со своим ужасным котом! Здесь — только они, два мирных, любящих друг друга волшебника, вместе строящих свое счастливое будущее!
Утихомирив себя, Эпплблум спустилась, чтобы открыть лавку. Сегодня у неё должен был быть насыщенный день. Приедут посыльные от окрестных аристократов, леди Даманна пребудет обсудить новую волшебную помаду, а к вечеру еще и погрузочно-разгрузочные работы, погреба нужно опустошить от продукции и загрузить свежим сырьем. Говорят, ягоды живилики в этом году отчаянно хорошие уродились…
День! Обычный хороший день приличной волшебницы!
Мощный и уверенный стук в дверь, которую Мойра только собиралась отпереть, стал для неё сюрпризом. Это кому так рано понадобились услуги Мастера? Волшебник — это не извозчик и не пожарный, к нему приходят с большими, туго набитыми, кошелями и по делам, не терпящим спешки… Может, ошиблись?