Слишком много (ЛП)

Тео обхватывает меня за талию, прижимая к себе, и этот жест так же ожидаем, как цветы на свалке. Я думала, что он будет преследовать одну из многочисленных женщин, и приготовилась к вечеру, когда придется сдерживать свои чувства, но вот он здесь, прикасается ко мне на публике, в интимной обстановке.
— Что ты хочешь выпить?
— Мне понравилось последнее, которое ты выбрал, так что я оставлю выбор за тобой.
Голубые глаза Кэссиди перемещаются между Тео и мной, ее губы складываются в тонкую линию. Она изо всех сил старается не сморщиться и не изобразить шок, но как только он удаляется, она вцепляется в мое предплечье.
— Ты с ним трахалась? — говорит она. — И он все еще здесь?!
— Мы не трахались, — шиплю я, оглядываясь по сторонам, чтобы проверить, не услышал ли ее кто-нибудь, но никто не обращает на нас внимания. — Мы друзья. Я живу у него дома, ради всего святого!
Вот дерьмо.
Так трудно было скрывать эту информацию от ее ушей все эти недели… Теперь я просто вынуждена была оступиться.
Она впивается ногтями в мою руку, щеки розовеют, глаза расширяются.
— Скажи мне если… — Она спотыкается на полуслове, ее улыбка сползает, а губы раздвигаются в неслышном охе.
Я сканирую комнату в поисках того, что заставило ее расстроиться, но она снова тянет меня за руку, чтобы привлечь мое внимание, прежде чем я сложила два и два вместе. Слишком поздно, я уже заметила, почему ее глаза потеряли блеск.
Логан.
Он стоит у рояля, обнимая одной рукой белокурую богиню за талию, а другой поглаживая изгиб ее бедра. Его взгляд прикован к ней, когда он говорит, плечи отведены назад, мускулистая грудь выставлена напоказ.
Тео считает Логана наименее искусным в игре в соблазнение, но он ошибается. Я бы поставила кучу денег на то, что в постели Логана побывало больше женщин, чем в постели Тео и Нико вместе взятых. Он не такой изощренный, как Тео, но это работает только в его пользу. Из семи братьев Логан — самый крупный игрок и самый искусный в общении. Как жесты Нико несут в себе угрозу, так и жесты Логана наполнены сексуальным подтекстом, когда он нацеливается на цель.
Кэссиди снова берет меня за руку.
— Ты должна рассказать мне все о себе и Тео. — Она притворно улыбается и тяжело сглатывает, словно пытаясь прогнать боль, забивающую горло.
— Ты хочешь уйти отсюда? — спрашиваю я. Очевидно, она испытывает к Логану чувства, выходящие за рамки сексуального влечения, и я могу представить, как больно наблюдать за ним с другими женщинами. — Мы могли бы пойти в Tortugo и выпить немного, а потом танцевать всю ночь напролет в Q.
— Нет, не глупи, — мягко говорит она, одаривая меня благодарной улыбкой. — И не пытайся сменить тему.
— Ты уверена? Я не против уйти.
— Уверена. — Она сжимает пальцами мое запястье, прося меня оставить тему или благодаря за то, что я предложил ей выход. Я не могу сказать. — Давай, говори! Я хочу знать, что у вас с мистером Хейсом.
Пока Тео не вернулся с высоким стаканом голубой жидкости, я вынуждена объяснять свою жизненную ситуацию и отвечать на мягко говоря неуместные вопросы, но как только он подходит ближе, выражение лица Кэсс превращается в ту же бесстрастность, с которой она относится ко всем Хейсам. Не прошло и минуты, как она оправдывается и спешит за Мэри-Джейн.
Я мысленно записываю, что однажды приглашу Кэсс выпить кофе и пройтись по магазинам, чтобы помочь ей пережить влюбленность в Логана.
Тео выводит меня на улицу, в задний сад, где собралось около сотни человек, наслаждающихся музыкой, которую ставит профессиональный диджей, расположившийся на импровизированной сцене. Я ожидала, что вечеринка пройдет внутри, но гостиная выступает в роли площадки для встречи и знакомства, и главное событие происходит именно здесь.
Она напоминает типичную вечеринку в колледже, которую можно увидеть в американских комедиях, но люди за двадцать пьют виски и вино, а не студенты, которые пьют пиво из красных соло-стаканчиков. Впрочем, наготы здесь тоже хватает. Многие женщины разделись до платьев и щеголяют в бикини или кружевном белье, пользуясь надувными фламинго в бассейне. Несколько пар целуются тут и там; одна из них почти всухую трахается на одном из шезлонгов.
  
По периметру стоят два вышибалы, которые, вероятно, следят за тем, чтобы никто не затеял драку и случайно не сломал дорогую мебель Нико для патио. Слева от сцены стоит стол для пивного тенниса, и Тео тянет меня в ту сторону.
— Талия! — кричит Джек, приближаясь вместе с Шоном. Они оба одаривают меня быстрыми взглядами и одобрительными улыбками. — Ты выглядишь потрясающе! Я рад, что тебе идет.
— Я удивлена, что оно подходит, — признаюсь я. — Но спасибо. Вы избавили меня от бешеного похода по магазинам сегодня.
Они целуют меня в щеку, и Джек кружит меня, любуясь платьем. Мы как-то незаметно попадаем в ритм музыки, отходя от стола, чтобы потанцевать среди других людей.
Я расслабляюсь, теряюсь в музыке и начинаю думать, что, возможно, у меня все получится. Может быть, мое прошлое не разрушило мое будущее. Может быть, я смогу прожить свою лучшую жизнь среди новых друзей. Я бессвязно счастлива и надеюсь, что это надолго.
— Ты должна рассказать мне, что происходит между тобой и Тео! Клянусь, я не расскажу ни Шону, ни кому-либо еще. — Через несколько песен Джек ведет меня в бар, глаза сверкают, возбуждение сочится из его пор. — Пожалуйста… очень прошу! Я вижу, как ты смотришь на него, девочка. Ты хочешь его!
Я провела достаточно времени с семьей Тео, чтобы понять, что у нас с Джеком есть общая духовная связь. Скорее всего, несмотря на свои обещания, он в мгновение ока перескажет мои слова Шону, но кто знает? Возможно, я ошибаюсь. Построить настоящие отношения — значит отпустить свою подозрительную натуру.
— Разве можно меня винить? Ты же видел его. Ты его знаешь.
Рот Джека расплывается в широкой ухмылке, и он толкает меня локтем в ребра.
— Я так и знал! — Он хлопает в ладоши, жестом приглашая бармена подойти. — Итак, каков план игры? Тео трудно расколоть. Они все такие, но я думаю, что ты ему тоже нравишься, понимаешь? Он следит за тобой как ястреб.
Я наклоняюсь ближе, понижая голос.
— Это потому, что он знает, что это платье слишком узкое для трусиков.
Глаза Джека становятся шире, и он игриво отталкивает меня, лукаво ухмыляясь.
— Ты маленькая дразнилка!
Я бросаю взгляд в сторону стола для пивного тенниса, где мы оставили Шона и Тео. Моя улыбка сползает с лица, а желудок опускается, как мешок с песком, брошенный в реку. Он разговаривает с красивой женщиной, что, по правде говоря, подсказывает мне, что я должна забронировать номер в мотеле на ночь, иначе мне придется слушать о его сексуальной жизни.
Мне нравится жесткий секс.
Мой разум наполняется нарастающими нитями головной боли, которая грозит перерасти в полноценную мигрень, когда Тео смеется над тем, что говорит женщина. Они близко, в нескольких сантиметрах друг от друга, и он не мешает ей проводить пальцами по его руке.
Я отвожу взгляд, желчь обжигает горло.
Надежда улетучивается, а вслед за ней и хорошее настроение, и уверенность в себе.
— Талия. — Словно побужденный к действию вонью разочарования и уязвимости, внезапно окружившей меня, Дин приближается, сверкая гнусной голливудской улыбкой, чтобы продемонстрировать белый жемчуг, который, должно быть, стоил целое состояние. — Рад видеть тебя здесь.
— Привет, Дин, — говорю я со вздохом. — Я не ожидала увидеть тебя здесь.
Он не попросил новую девушку на поле, а это явный признак того, что игра еще не закончена. Наступает перерыв, и Дин готовится нанести новый удар. Он сменил тактику, перейдя от безжалостной, назойливой атаки к более тонкому флирту, но даже это не очень нравится мне после того фиаско, которое потерпела наша вечеринка с выпивкой.
Джек сводит брови вместе, готовый вмешаться, но его глаза блуждают по Шону, словно он ищет подкрепление, и, должно быть, он мельком видит, как Тео флиртует с блондинкой, потому что его губы поджимаются.