Южная пустошь - 2 (СИ)
— Немедленно верни мне все артефакты! — услышала я звенящий от едва сдерживаемого гнева голос Илайи.
— Я не понимаю о чем вы, — безжизненным, безэмоциональным голосом ответил герцог Форент, — у нас нет никаких артефактов…
— Я знаю, что их выкрала эта мерзкая аддийская девчонка! — потеряв самообладание, заорала Илайя. — Прикажи, пусть приведут…
Я не стала дожидаться, когда Илайя отдаст приказ привести Хурру. И резко толкнув дверь, остановила ее тираду.
— Что здесь происходит⁈ — громко спросила я, быстро оглядывая просторный Зал советов.
Разъяренная Илайя стояла напротив бледного герцога Форента, неестественно вытянувшегося перед ней в струнку и смотревшего на воительницу с выражением полного ужаса. А я помнила свои ощущения от магического приказа и невольно посочувствовала старому герцогу.
— О! — Илайя истерично захохотала, — а вот и сама «королева» явилась. Очень хорошо! А то мне уже порядком надоело. Замри и не двигайся, — рявкнула она на герцога и тот замер, едва дыша. А амазонка сделала шаг в мою сторону и поймав мой взгляд, приказала точно таким же тоном, как недавно герцогу Форенту. — Немедленно верни мои артефакты! Я приказываю!
Я успела подумать, что мы просчитались, когда решили будто бы Илайя может управлять только одним, и, чтобы обезопасить себя от влияния артефакта, достаточно не встречаться с амазонкой в одиночку. Пусть она может приказывать только одному, но зато, похоже, она может сделать это сколько угодно раз. А значит сейчас я самолично отдам ей украденные Хуррой артефакты. Но в этот самый момент, когда я поняла, что снова проиграла, что-то случилось…
У меня на мгновение появилось ощущение, что кто-то шагнул из-за моей спины, прикрывая меня. И приказ Илайя, приправленный магией артефакта не достиг цели и не попал в меня, вынуждая делать то, что я не хочу…
— Дишлан, — выдохнула я одними губами, мгновенно вспомнив слова Виктории о том, что он защитит меня. На глазах вспухли слезы. Но, чтобы не выдать себя перед Илайей, я разлепила губы и ответила, делая вид, что повинуюсь ее словам. — Я не понимаю о чем ты, у нас нет никаких артефактов…
Моя эмоциональность сыграла мне на руку. Илайя, вероятно, так привыкла к беспрекословному подчинению, что ни на секунду не усомнилась в действии своего артефакта. А выступившие на моих глазах слезы приняла за признание собственной слабости.
— Но их украла твоя дочь! — завопила она. К счастью, в ее словах больше не было магии,подавляющей волю. И мне легко удалось соврать снова.
— Хурра никуда не отлучалась. Она все утро была на моих глазах. А я бы на твоем месте, — я позволила себе смахнуть влагу с глаз, — в первую очередь проверила своих «верных» подруг, которых ты притащила и эпицента Северной пустоши. Только такая наивная девчонка, как ты, поверила бы клятве верности от преступниц.
— Ты ничего не знаешь! Они никогда не предадут меня! — Илайя окончательно вышла из себя, превращаясь из холодной амазонки в капризную принцессу. Остальное только топнуть ножкой и надуть губы. Эта мысль так рассмешила меня, что я не сдержала усмешку:
— Ты права, не знаю. Но все же на твоем месте, я в первую очередь проверила бы их, а потом отправилась бы к своим врагам, требовать то, чего у них нет, растрачивая своей потенциал понапрасну.
— Замолчи! — Заорала Илайя, все же топнув ногой. И в этот раз ее приказ достиг цели, заткнув мне рот так качественно, что я не могла даже мычать.
Предводительница же амазонок, развернулась на пятках и рванула прочь из Зала советов. Мне оставалось только надеяться, что мои слова таки достигли цели, и она помчалась искать пропажу в рюкзаках своих товарок.
Я опустилась на стул. Ноги мелко дрожали. Герцог Форент по прежнему стоял, выпрямив спину и тянул подбородок вверх:
— Ваше величество, — негромко спросил он, — эти артефакты… Вы, правда, ничего не знаете об их судьбе?
— Ш-ш-ш, — зашипела я, выдыхая воздух сквозь зубы. Приказ Илайи все еще сжимал челюсти, заставляя молчать.
— Я не совсем понял, что это означает, — в голосе герцога послышалась усмешка. — Но, признаться, меня устраивает любой вариант. Выкрала ли артефакты Хурра, или это был кто-то другой, но истерика Илайи доставила мне истинное наслаждение. Не так уж она сильна, коли не способна сдержать ее проявление.
— Ш-ш-ш, — снова зашипела я, соглашаясь с герцогом Форентом.
— Кстати, у меня для вас есть две новости. — герцог не унимался, — одна хорошая, а другая плохая. Посмотрите на стол, на тот край, что дальше от вас. Видите пакет? — Скосил он глаза.
Я повернулась и посмотрела в ту сторону, в которую он указывал. На краю стола на самом деле лежал знакомый пакет с документами. В груди екнуло. Я быстром шагом обошла стол. Я должна была убедиться, что предчувствия меня не обманули, и это на самом деле то, о чем я подумала…
— Ш-ш-ш! — отчаянно провыла я. Это был тот пакет с письмами, который я вручила одному из наших гонцов. И если он здесь, значит Илайе удалось перехватить несчастного.
— Да, — согласился герцог, — это плохая новость. Нашему гонцу не удалось обойти воительниц. Но хорошая новость в том, что второй не попался. Я значит очень скоро Гирем со своими людьми поможет нам организовать охрану поселения…
— Ш-ш-ш… — Это все, что я могла ответить. Но герцог Форент был прав, если нашему гонцу удалось добраться до Гирема, то все станет проще. Хотя, я вздохнула про себя, появление ночного короля в моем доме очень сильно осложнит мне жизнь. Неумение моего бывшего любовника отступать от своих желаний, было для меня большой проблемой даже тогда, когда он жил далеко в пустоши. А, когда он будет рядом, можно вообще забыть про покой… — Ш-ш-ш, — выругалась я.
— Мне кажется, или вы не особенно рады? — усмехнулся старый герцог. И прежде чем я успела зашипеть в ответ, перевел тему разговора. — Знаете, что меня больше всего смущает во всей этой истории?
Нет, помотала головой я.
— Зачем Илайе артефакты? — Голос герцога звучал задумчиво… — Нет, я понимаю, она с помощью них отдает приказы, остается неуязвимой для ядов… Но мы с вами знаем, как много существует бесполезных Даров. Вроде Рога Изобилия Нюня, который ворует гринки у его ближайшей родственницы, то есть у вас.
— Ш-ш-ш, — я пожала плечами.
Таких, условно бесполезных артефактов, на самом деле было гораздо больше, чем полезных. Фиодор говорил, что на один более-менее значимый Дар, приходится до десятка никчемных. Таких, как дудочка циркача, повинуясь воле которой муравьи устраивали красочные шествия на большом белом столе на потеху публике. Или медальон, в котором сам собой появлялся портрет дорогого сердцу человека. Или гребень делавший волосы гладкими и шелковистыми.
Но кто сказал, что Илайя собрала у себя такие бесполезные штуковины? Возможно, ее артефакты совсем другие. Я не могла поделиться с герцогом Форентом своими размышлениями, но он меня прекрасно понял:
— Я видел у нее на шее множество цепочек. Не меньше десятка. И полагаю, что самое ценное амазонка носит с собой. Значит те, что выкрала Хурра, или кто-то другой, скорее всего не особенно ей нужны. Однако она рискнула прийти сюда и потребовать их вернуть… И была явно страшно зла, что у нее ничего не вышло. И отсюда я снова повторю свой вопрос: зачем Илайе эти артефакты? — Последнюю фразу он простонал. Магия заканчивала свое действие, оставляя после себя боль и перенапряженных мышцах… — Боги, — прошептал герцог, — как же больно! Простите, ваше величество, но я не могу сдержаться…
Я же пока могла только качнуть головой, соглашаясь. Да, это больно. Я уже испытала воздействие артефакта на себе и помню, как сильно болело все тело, когда магия закончилась…
— И еще, — герцог с трудом доковылял до стула, плюхнулся на него, закусив губу до крови, и простонал, — почему проклятые артефакты так хорошо работают здесь, в пустоши. Стихийная магия мешает Анни видеть будущее, но совершенно не блокирует действие Даров Илайи? Вы не находите, что это странно?