Студиозус 2 (СИ)

Мне в тот раз от ректора не досталось, а вот ему, должно быть, прилетело по полной.
— Ты не умеешь пока ничего. А то, что смог пройти все мои испытания, это тебе повезло. Такое иногда бывает. На этом вводная часть закончилась, дуй в доспех, будем продолжать делать из беременной каракатицы пилота МД. А пока техники тебе помогают, я пойду разберусь с зеваками. И кто их только каждый раз пускает?
Сказав это, Василий Михаилович направился к группе студентов старших курсов, что стояли возле входа на полигон и наблюдали за нами.
Сегодня я пришёл сюда в гордом одиночестве. У остальных ребят из группы и своих дел полно. Думал, что буду заниматься без зрителей и никто не увидит, как я неуклюже обращаюсь с доспехом. Ведь я не уверен, что смогу правильно воссоздать технику тёти, которую она мне показала несколько часов назад.
Техника было очень простой и не требовала каких-то сверх усилий по контролю над силой, но были небольшие нюансы, которые я не до конца смог уловить. А так у меня получилось создать её с третьего раза, под руководством княгини. И уже благодаря ей получилось гораздо лучше контролировать количество и объём силы. Теперь бы ещё применить эту технику к доспеху, и тогда мне никакие зачёты не страшны. Стану единственным первокурсником, которого допустили до боевого дежурства через месяц после начала занятий.
Единственное, что мне оставалось — это верить в себя. Но с этим никаких проблем не было. Поэтому, когда техники закончили моё подключение, я уже принялся создавать себе костыль. Техника окутала моё тело, выступая в роли проводника, через который и необходимо было выпускать силу, словно через кран. Придавил чуть сильнее, и струя уменьшилась, открыл и увеличилась.
Правда, из объяснений тёти я этого не понял. Пришлось самому подумывать, когда получилось создать технику. Вот и сейчас, устроившись в ложементе, я создал это покрытие и даже немного потренировался в открытие и закрытие крана. Всё получилось отлично. Теперь главное, чтобы получилось и при взаимодействии с доспехом.
Без разрешения инструктора запускать реактор нельзя, а он ещё разбирался со студентами. Казалось бы, грозный хозяин местного полигона и всех МД, что есть в академии, ничего не может сделать вот с такими зеваками. Большинство учащихся были сильнее Чернышёва. И он не мог даже силой заставить их уйти с полигона. Использовать для разгона несанкционированных смотрин мобильные доспехи, было чересчур. Вот и выходило, единственное, что может сделать Василий Михайлович — пожаловаться ректору. Но он этого точно не станет делать.
Лучше будет вот так гонять ребят, которым довольно весело, если судить по тому, что я вижу из открытой кабины МД. Обзор был не самым хорошим, но вполне хватило, чтобы я не пропустил появление ещё одного ученика Чернышёва. Он появился как раз за спиной двух, особо непонятливых студентов и сразу же решил помочь своему учителю.
Парень был гораздо крупнее своих оппонентов, поэтому легко скрутил обоих и дождался, пока подбежит запыхавшийся Чернышёв. Дальше было несколько болезненных уроков. Болезненных для наглецов и довольно занятных для зрителей, среди которых был и я.
Хоть Василий Михайлович и был далеко не молод, но он показал высший класс, справившись с двумя молодыми противниками. И ведь они ничуть не уступали ему в физических возможностях. Один был даже выше и массивнее.
Сломленные и опозоренный незваные зрители побрели в сторону выхода с полигона, под присмотром старшего ученика Чернышёва, а он направился ко мне. Было видно, что интенсивные физические нагрузки дались ему с огромным трудом. Лицо всё раскраснелось, майка взмокла от пота и появилась одышка.
— Неужели вам настолько сильно не нравится, когда другие смотрят на занятия?
— Когда другие смотрят на занятия, мне совершенно наплевать. А вот моим ученикам это доставляет множество неприятных моментов. — пару секунд подумав, стоит мне об этом рассказывать или нет, всё же решился учитель. — Управлять доспехом в академии Годуновых означает быть слабаком. Как ты думаешь, сколько каждый год ко мне приходит новичков?
 
— Если исходить из того, что в этом году я всего один, то немного.
— В этом году вас шестеро. Ещё четыре парня с серебряного факультета и один с золотого. Просто вы пока не встречались. А так, каждый год ко мне приходит максимум человека три. Все остальные не проходят по параметру силы. Слишком у них её много.
— Прям, как у меня.
— Ты аномалия, с которой мне ещё предстоит разобраться. И желательно, чтобы до этого момента не рванул реактор твоего МД. — махнул на меня рукой Василий Михайлович.
— Разве аномалия способна сделать то, что я уже показал?
— Получается, что способна. А показать ты ещё ничего и не показал. Летать умеешь, сносить всё на своём пути и палить во все стороны без разбора. Вот единственное, что ты показал. Подожди две минуты, сейчас я залезу в свой МД и мы начнём первую настоящую тренировку. Посмотришь, как правильно нужно управлять машиной. И попробуешь сам сделать хотя бы пару шагов, без того, что бы громить мне полигон.
— А может, для начала, мы будем делать это где-нибудь, где больше свободного пространства? После последнего занятия Дмитрий Петрович сказал, что следующий разгром мне придётся оплачивать из своего кармана. Вернее, это придётся делать Апраксиным.
— Мне он ничего такого не говорил. — нахмурился Василий Петрович. — Я бы тогда даже из гаража не стал доспех выводить. Там бы занимались, чтобы побольше всего разгромить. А то, что Апраксины оплатят восстановление всего, что ты разгромишь очень хорошо.
А вот теперь инструктор сиял, словно новогодняя ёлка. Разве что руки не потирал от предвкушения. Зря я, конечно, рассказал ему об угрозе Дмитрия Петровича. Да и расстроится Чернышёв, когда я ничего не сломаю. По крайней мере, в мои планы это сегодня не входило. Если увижу, что на пути стоит преграда, поднимусь в воздух. С этим никаких проблем у меня нет.
Из размышлений меня вырвал металлический скрежет и грохот, раздавшийся со стороны ангаров под МД.
— У вас не получится повесить это на меня и Апраксиных. — заорал я, что есть мочи вывалившемуся из ангара Василию Петровичу.
Он не вписался в габариты и снёс одну из массивных дверей, которая упала, подняв этот грохот.
Интересно, это точно мне нужно учиться управлять МД?
p.s. Друзья, уже стандартное напоминание) Больше трехсот человек не добавили книгу в библиотеку. И конечно же не забывайте про лайки и комментарии, это очень мотивирует автора.
  
Глава 3
 
Оказывается, чрезмерное применение дара может довольно пагубно сказаться на общем состоянии и здесь ничего не сможет помочь. Даже усилия целителя будут бесполезны.
Это я узнал на собственной шкуре, когда проснулся и попытался встать с кровати. Вот только у меня ни черта не вышло. Тело протестовало и отказывалось выполнять свои функции. Болела каждая мышца, словно вчера я с утра до ночи занимался физическими упражнениями. А я всего лишь провёл одну тренировку по управлению МД. Провёл крайне успешно и результативно. В первую очередь для Годуновых и Апраксиных.
Первым не придётся вновь восстанавливать полигон, дверь в один из ангаров не в счёт, здесь виноват Чернышёв, а вторым не придётся оплачивать это восстановление. Значит, сумма в моём контракте останется неизменной. Что ещё сильнее улучшило моё настроение, после столь удачно проведённой тренировки.
Окрылённый я добрался до своего квартала, а дальше уже толком ничего не помню. Накрыло меня уже здесь. Раз проснулся у себя в кровати, значит, смог до неё добраться. Это уже радовало. А потом я начал звать на помощь. Благо на голос общее состояние организма не сказалось.
Первым прибежал Руслан и долго смеялся надо мной. Пока мне это не надоело и я не приложил его как следует страхом. Очень странно, тело болит от чрезмерного применения магии, а вот самой магией могу пользоваться без ограничений. Вроде даже стал сильнее. По крайней мере, Руслан даже упал, когда начал пятится, словив от меня оплеуху страха.